Рубрика: Библиотека

Глава 39 из книги протоиерея Льва Лебедева «Великороссия: Жизненный Путь»

Как это происходило?

Хотя общий исход столкновения двух антихристовых режимов – гитлеровского и сталинского, определялся некими глубинными причинами, в непосредственных военных сражениях решающее значение могли обретать и обретали такиеслучайные события, неслучайность которых была слишком очевидной! Главнейшее из них произошло в первый и решающий период войны. Гитлер, руководствуясь идеей «блицкрига» (молниеносной войны) рассматривал кампанию 1941 г. как определяющую; в итоге её по меньшей мере должна была быть взята Москва, и в данном плане не было чрезмерной самоуверенности. Паническое бегство Красной армии привело к тому, что осенью этого года немцы действительно подошли к Москве. Громадный перевес немецких сил в технике и вооружениях не оставлял ни у кого никаких сомнений относительно победы под Москвой, и советские и немецкие синоптики предсказывали сравнительно тёплую осень. Германским войскам даже не было выдано зимнее обмундирование. На 7 ноября 1941 г. в Москве был запланирован парад немецких войск и отпечатаны пригласительные билеты на Красную площадь. Сталин находился в растерянности. Василевский, Жуков, другие советские военачальники делали всё, что было в человеческих силах для обороны столицы, но сил-то было крайне мало! Кое-где удавалось сдержать натиск немцев ценой настоящего героизма и самопожертвования солдат (к примеру, на Волоколамском шоссе, знаменитыми панфиловцами). Но на иных направлениях происходили «чудеса». Так, на одном из шоссе перед Москвой не оказалось ни одного существенного заслона ехавшим по нему немцам. Они ехали-ехали, и уже перед самой столицей остановились… В головах нормальных немецких военачальников не могло уложиться, что русские оставили Москву без прикрытия, совсем! Немцы решили, что здесь какой-то «хитрый подвох», «ловушка» и остановились, чтобы разгадать коварный замысел противника. А противника-то перед ними и не было! Так что, если бы они продолжали ехать, то так бы и приехали в самую Москву… Но этой их остановки было достаточно, чтобы советские, спохватившись, быстро «заделали прореху». А в конце октября – в ноябре ударили такие морозы, каких в Подмосковье давно не бывало в это время года. Мороз достигал 25°-30°С и более. И весь «фокус» оказался в том, что в немецкой технике, в основном, использовался эрзац-бензин, замерзающий при таких температурах! Главным образом, только самолёты, где употреблялся натуральный бензин, могли летать. Вся остальная громадная немецкая техника прочно стала на этом морозе. Практически не могли двигаться и солдаты, замерзавшие без зимней одежды… В таких условиях оказалось достаточно нескольких свежих соединений сибиряков в тёплых полушубках, чтобы нанести немцам сильнейшее поражение и отогнать их от Москвы на достаточное расстояние. «Блицкриг» сорвался! Нисколько не умаляя значения и человеческих усилий советских войск и тех трудных боёв, которые полузамёрзшие немцы всё-таки давали под Москвой советским, вместе с тем нужно признать, что решающим фактором их полного здесь поражения стало простое Божие чудо (уже без кавычек)! Многие «советские» и половинчатые, и, уж конечно, все русские православные так это и восприняли! А некоторым были даже знамения Царицы Небесной, свидетельствующие о том, что победы у немцев не будет. Настоящие чудеса стали происходить повсеместно как по отношению к городам, сёлам, так и к отдельным людям, солдатам. В страшных артобстрелах и бомбёжках, когда уже ничто и никто спасти мог, люди начинали обращаться к Богу и получали чудесные избавления! Это были вчерашние атеисты, настоящие «совки», из них большинство вообще не знали никаких молитв. Так один еврей политработник в минуту смертельной опасности в мыслях сказал: «Бог, если ты есть, – избавь меня, и я не буду ругаться матом с употреблением Твоего имени!» Он получил избавление. Слово своё сдержал. Но до конца дней оставался коммунистом. Другой человек, простой русский крестьянин, зная только одну, притом совершенноискажённую молитву «Отче наш» (это всё, чему в предвоенной деревне его смогла научить мать) сразу вспомнилеё под бомбёжкой под Тулой и потом всю войну повторял. Однажды он видел, как русские артиллеристы под огнём немцев тащили по лесной просеке пушку, которую никак не могли без приказа бросить. Немцы палили им в спину трассирующими пулями («красивенькие такие – красненькие, жёлтенькие!») и было отчётливо видно, как эти пули, приближаясь к советским солдатам, огибают их! Этот очевидец потом говорил: «Нет, не мы немца победили… У немца было столько оружия, что он мог по одному человеку бить из миномёта! Куда нам!… Бог победил!» В 1970-е годы этот человек стал старостой крупного городского собора, (но молитву «Отче наш» наизусть так и не знал). Что же говорить о тех женщинах, детях, стариках, что оставаясь в тылу, болели душой за своих сыновей, отцов, братьев, которые угодили на фронт! Половина их также начала обращаться к Богу с отчаянной мольбой сохранить своих близких. Начался массовый подъём веры. Мы уже видели, как Сталин использовал его. В открываемые храмы, как на оккупированной, так теперь и на советской территории люди буквально валом повалили! И тыловые, и уцелевшие фронтовики, приходя в них, отдавали Богу, Церкви всё ценное, что имели: золотые украшения, иные ценности, деньги… Один священник рассказывал, что в 1944–45 г.г. у них на городском приходе деньги не считали, а после каждой воскресной или праздничной службы раздавали служащим батюшкам просто по мешку денег. Так и получилось, что после войны до половины (никак не меньше!) советских людей оказались верующими. Но это были уже в большинстве не те, прежние русские верующие, а новые, не оцерковлённые, но искренне всей душой обратившиеся к Церкви! Эта огромная масса людей (десятки миллионов!) устремилась, естественно, в те немногие православные храмы, которые были открыты. Ибо на самом деле возрождение Церкви не происходило и не планировалось; большевики продуманно «дозировано» открывали лишь некоторые, далеко не все храмы, какие можно было бы открыть. Во всей бывшей Великороссии был открыт только один монастырь – Троице-Сергиева Лавра (до революции их было около 1000). Огромные пространства Сибири, Дальнего Востока, Севера так и оставались без действующих церквей. В крупнейших тыловых городах (Н. Новгород, Казань, Саратов, Самара и т.д.) было открыто по одному (редко – два) храма. В сельских местностях на сотни, а иной раз – на тысячи вёрст не было ни одной действующей церкви. Больше всего таковых оказалось на оккупированных территориях, где немцы и румыны открыли церкви. После их отступления большевики поначалу эти храмы не стали закрывать. Здесь и в сёлах действующие церкви были не редкостью.

Но была практически заново создана система, структура Московской «патриархии». В Москве разместился «патриарх» с канцелярией и Синодом, по областям возникли епархии с правящими архиереями и сетью подчинённых им приходов. Все эти архиереи и все священники становились таковыми только с согласия органов МГБ (бывшее ГПУ-НКВД). Все эти архиереи и все священники были обязаны поддерживать и поддерживали предательскую линию митрополита Сергия (Страгородского), исповедали полную преданность советской власти, сталинскому режиму и даже – признание коммунистической идеологии как самого передового социального учения в мiре! Никто не мог стать епископом, или настоятелем городского, а также крупного сельского прихода, не будучи предварительно негласным (внештатным) сотрудником Госбезопасности. Не связанными с ГБ могли быть только священники на вторых, третьих местах (не настоятели) или на глухих сельских приходах. Отныне для большевиков исчезла необходимость засылать в Церковь своих агентов-коммунистов, одевших рясы и изображавших из себя монахов или священников. Отныне сами епископы, священники и монахи (из тех, что хотели стать епископами) делались вполне надёжными осведомителями «органов» и послушными проводниками в церковную жизнь любых открытых или секретных, негласных решений партии и правительства. Так, к примеру, до сих пор благоденствует и окружён почитанием верующих один маститый митрофорный протоиерей, известный всем собратьям тем, что у каждого нового молодого человека, начинавшего ходить в храм, он спрашивал фамилию и место работы, тотчас сообщая об этом «куда следует». Своё сотрудничество с органами Госбезопасности священнослужители воспринимали не одинаково. Одни (и таких – большинство) шли на это только или из страха, или из личной корысти, или для карьеры. Другие рассматривали это как способ избавлять хороших людей от преследования «органов» и даже влиять на самые «органы» (а через них – на правительство) в интересах Церкви. Таким казалось, что коммунистический режим будет существовать ещё по крайней мере лет 300, и что поэтому в интересах Церкви и Отечества (!) нужно принять его правила игры, дабы как-то примирять Церковь и Государство, как-то высвобождать сознание парт, руководителей из-под демонического влияния, склоняя их к симпатии, к доброму отношению к Церкви и вере. Очень горько раскаяться пришлось таким церковникам в этом их глубочайшем заблуждении!

Корень заблуждения состоит в том, что с диаволом, с антихристом, с мiром, или обществом (системой), которые находятся под их непосредственным руководством и вдохновением, нельзя идти ни на какое сближение, ни на какую дружбу, или сотрудничество ни во имя Отечества, ни во имя Церкви, ни во имя спасения кого-нибудь из людей! В противном случае Дух Божий, Христов, Дух Святый как несовместный с духом диавольским покидает человека. Покидает Он и целое церковное сообщество, если оно становится на путь такой дружбы, согласия, единения, о чём мы уже говорили. Прекрасно зная это (в отличие от многих церковников!) большевики и воссоздали при Сталине такое «церковное» управление, или структуру «патриархии», которая была совершенно подчинена им и совершенносогласна с их духом и волей, полностью поэтому лишившись присутствия Духа Святаго, Духа Божия,созидающего и животворящего Церковь! И что же получилось? Миллионы, десятки миллионов советских верующих,искренне устремляясь в открытые храмы ко Христу, попадали в липкую паутину – «патриархии», которая служитантихристу! Это была и осталась по сей день огромная ловушка для стремящихся к вере и Церкви. Вот на этот-то случай и сохранялась весьма прозорливо большевиками и жалкая горстка епископов – предателей во главе с Сергием и горстка «показательных» храмов перед войной!

«Совкам», хлынувшим в Церковь, с их неоцерковлённым и лишённым должного богословского образования и канонического правосознания мышлением разгадать сущность этой ловушки было очень трудно, если не вообще невозможно в большинстве случаев. Они или вовсе ничего не знали о предательской декларации Сергия 1927 г. или, узнавая, в силу общей уже атмосферы лживости, расценивали её как «необходимый» в тех условиях шаг для «спасения Церкви»… «Патриархия» же постоянно представляла и ныне(!!) представляет дело так, будто в 1927 г. Сергий выразил простую лояльность советской власти (что – дескать и нужно было сделать, т. к. «несть власти, аще не от Бога» и т. д.). И, конечно, никогда не разъясняла и не разъясняет жуткой сущности главной формулы декларации: «ваши радости – наши радости, ваши неудачи – наши неудачи»…

Однако в 1943 г. и позднее в церковной среде, в народе еще было очень немало людей, знающих суть вещей и помнящих, что такое декларация 1927 г. и созданная на её основе тогда же антиканоническая лжепатриархия. Что же они? Часть их так никогда и не пошла в храмы «патриархии», а кто смог, присоединился к катакомбной Церкви,продолжавшей существовать, несмотря на страшные гонения, но – в глухом подполье. Однако в большинстве такие люди поддались иллюзии неожиданного «возрождения Церкви» в дни войны! И подъём веры в народе, и открытие храмов, и устройство церковных учреждений породило тогда надежду, что может быть, этодействительно перелом в политике большевизма, что, может быть, теперь Церкви даётся действительная свобода! И тогда возможно будет со временем и избрание достойных епископов и исправление порушенного канонического строя церковной жизни… Скоро они должны были убедиться в тщетности таких надежд, в иллюзорности упований. После войны по партийной и административной линии верующих стали преследовать так, что открыто ходить в церкви смогли только пенсионеры, или люди самого низшего уровня (дворники), которым нечего было терять. От церковников же требовали не агитировать за веру, наипаче молодёжь, и церковники подчинялись! Убеждались в антихристовой сущности «патриархии» и некоторые «совки», из тех что оказались духовно-чуткими. И протестовали, и обличали! Самых активных сажали. Сперва в тюрьмы, потом, при Хрущёве – в психушки. Других то угрозами, то обманами заставляли умолкнуть. Старалась вовсю и «патриархия» объявляя таких обличителей «нарушителями церковного мира и единства». Постепенно и священникам и мiрянам вольно и невольно внушалась мысль, что главной целью Церкви Христовой (!) является «тихое и безмятежное житие». Можно добавить, – «во всяком удовольствии и достатке»! Мысль овладела массами. И в итоге оказалось, что если Христос – само безстрашие, то служащие будто бы Ему священники и массы прихожан – это само малодушие! Если Христос – это «солнце правды», то служащие будто бы Ему верующие, члены Московской «патриархии» готовы налюбую ложь, любую подлость, любое предательство, только бы, к примеру, не закрыли храм! Действующий храм сделался самодовлеющим центром и смыслом веры и церкви «патриархии». Излишне говорить много о том, что это – вообще не христианство! Несчастным своим прихожанам «патриархия» стала внушать также, что от неё нельзя откалываться, т. к. грех раскола не смывается, как сказано у св. отцов, и мученической кровью. Истинно так! Только эту мысль нужно было отнести именно к самой «патриархии», отколовшейся от Христа и всякой Его правды. А потому раскол с «патриархией», решительный откол от неё есть святое дело возвращения к Богу, ко Христу, а, значит, и к Его Церкви. Но в глазах миллионов верующих «совков» Московская «патриархия» – это и была истинная, исконная Русская Православная Церковь, во всяком случае – законная преемница этой Церкви, подобно тому, как СССР – великая держава, законная преемница Руси, великой России…

Это оборотничество Сталина и этот его грандиозный обман, как мы уже говорили, «патриархия» активно поддержала в дни войны. Вот уж когда с полной «искренностью», взахлёб и с натуральной слезой «патриархия» могла выразить свой «патриотизм» и свою безграничную верность народу, власти, в их героической борьбе с захватчиками! И вот уж когда, по окончании войны «патриархия» получила возможность говорить и Божием благоволении к нашемусоветскому отечеству и благословении Богом, по молитвам Церкви, праведного оружия Советской армии!..

А в самом деле, почему Бог дал победу СССР, а не Германии? Да потому, что над тем, что называлось ещё Россией, но ею уже не являлось, должны были, по Божию смотрению, воцариться не немцы, а евреи. Вот в чём дело. А вовсе не в том, что Бог был на стороне сталинского режима или любил больше Землю, осквернённую большевизмом, чем Землю, осквернённую фашизмом…

Немецкий народ сам явился жертвой Второй Мировой войны, пострадав страшно и оказавшись искусственно расколотым на две половины почти на полвека! Во второй его половине (ГДР) российские большевики установили режим почти подобный своему, который за 45 лет сумел так «перевоспитать» массы восточных немцев, что западные и теперь, через 5 лет после воссоединения, не знают, как найти с ними общий язык (хотя все говорят по-немецки!). Так Германия сполна заплатила за поддержку большевицкой революции в России в период Первой Мировой войны! Расплатился немецкий народ и за деятельность избранного им в 1933 г. нацистского руководства. Расплатилась за свои коварства и Япония, на которую коварно напал СССР, а американцы поразили её двумя атомными бомбами. Расплатились, с другой стороны, своей кровью и иными потерями и «советские люди», горячо одобрявшие революцию и цареубийство, получив страшную рану от германского нацизма, пришедшего к ним под тем самым знаком свастики, которую начертала в Ипатьевском доме в Екатеринбурге на стене Царица-Мученица Александра Фёдоровна (на половину, по крови – немка, полностью по духу – русская). Так не люди – Сам Господь воздал всем буквально кровью за кровь, как и требуется по Закону Моисееву. Тут как раз и вспомнить о тех, кто до сих пор считают себя верными этому Закону, т. е. о евреях. Они за все злодеяния своих активистов и руководителей в России и иных местах тоже расплатились кровью около 6 миллионов своих соплеменников, в большинстве – ни в чём не повинных! Германский фашизм, учинивший этот геноцид еврейского народа, повсеместно, – в Германии, иных странах Европы и в России, действовал в согласии с инстинктом народного себялюбия немецкой нации. Немцы, немецкие патриоты дали вовлечь себя в эту грандиозную провокацию. Важно понять – почему? Потому что изначальной целью своей немецкий народ как историческая Личность, по-видимому, положил самосохранение в данном земном бытии. Тогда как Народ Русский имел другую изначальную цель – самосохранения для бытия в Новом Иерусалиме Царства Небесного.

Вот коренная разница между двумя кровными братьями – Германцами и Русскими, вообще –между Западом и Востоком.

К несомненной чести и славе немецкого народа следует отнести то, что он сумел действительно покаяться, с настоящим смирением приняв все последствия 2-й мiровой войны! И что же? Каков итог? Он теперь – самый процветающий народ, самое процветающее государство Европы! А что же победители – советский народ? А победители, безконечно, до неприличия похвалявшиеся и гордившиеся «великой победой», докатились до такого состояния, что ветераны войны – грудь в орденах! – дрожащими руками принимали «гуманитарную помощь», в том числе – питание от побеждённых, от немцев в 1990 г. Многие старики-фронтовики при этом плакали, и есть от чего заплакать! Нет, не была эта война ни «отечественной», ни «священной». Она была сущей бедой, трагедией и для побеждённых и для победителей.

А кто же оказался в выигрыше в итоге войны? То есть кто оказался действительным, а не мнимым победителем?Евреи! Точней – их явные и тайные руководители и вожди. Всеми средствами информации, пропаганды и подкупаужаснув мiровое «общественное мнение» неслыханными фашистскими злодеяниями в отношении еврейскогонарода,эти его видимые и невидимые лидеры смогли теперь и получить Палестину, создав там Израильское государство после двух тысяч лет «перерыва», и добиться командных положений в мiровой политической и экономической системах, и сокрушить полностью два важнейших препятствия на своём пути к безраздельному мiровому господству – духовную силу Русского и немецкого народов!

При этом, как уже говорилось, Русский Народ был доуничтожен физически, то есть завершил свою историческую Голгофу, уйдя из земной области бытия полностью. Некоторое количество его представителей, т. е. подлинно православных русских людей, ещё какое-то время сохранялось. Но оно было уже столь незначительным, что не могло стать основой возрождения народа, и им можно было пренебречь.

Взамен Русского Народа на территории России начал жить новый, другой народ говорящий на русском языке, правда, неуклонно искажающемся, так что ныне в деловом языке сохраняется только 16-17 % русских слов, и как будто по крови происходящим от Русского Народа, но по духу, по мiровосприятию и мiровоззрению, уже ничего общего с Русским не имеющий.

По советской статистике в 1950–1970 годах в СССР насчитывалось до 20 миллионов (иногда писали – 15) православно верующих. Данные заниженные, к тому же приблизительные. Они основаны на сведениях с мест о примерном количестве посещающих храмы. Но, как мы видели, вскоре же после войны, когда спала волна общего ликования и «примирения», в храмы могли ходить только люди, в основном, пенсионного возраста и положения. Множество других стали «верующими в душе», т. к. иначе они могли бы лишиться и работы, и учёбы, и перспективы карьеры. Таких «скрывающихся» православных было в несколько раз больше, чем тех кто мог позволить себе открыто ходить в церковь. Поэтому не будет преувеличением сказать, что до половины советских русских стали православно верующими.

Главное для нас теперь в том, чтобы хорошо рассмотреть, что это за вера?

Как видим «скрывающиеся» скрывались в своей вере от глаз начальства потому, что хотели жить в этом мiре соответственно своим земным влечениям, способностям, мечтам, т. е. заниматься той работой, или наукой, или искусством, на какое кто был способен. Иными словами, чувствуя Бога, преклоняясь пред Ним, они не считали для себя Божии заповеди, Божию правду, самую свою любовь к Богу тем главным в жизни, ради чего можно и нужно и душу и голову свою положить! Они полагали достаточным «иметь Бога в душе» так, чтобы стараться «не делать зла другим», как чаще всего и говорили. Спросим себя: та ли это вера, с которой мы в общих чертах познакомились на протяжении истории? Если это и вера, то явно – не Русская! – не та Православная Вера Православного Русского Народа, которой он и созидался как Народ, и жил изо дня в день с XII в. по начало века XX-го! Оставим поэтому веру «скрывавшихся».

Посмотрим, что происходило с верою тех, кто, не боясь, пошёл и всё советское время ходил в православные храмы?

Все они попадали под бдительный надзор большевицкой и «патриархийной» властей. Взаимодействие их устраивалось так. Совет по делам религий при Совете Министров СССР (эта «забегаловка КГБ», как его называли) имел в каждой области уполномоченного, ведавшего всеми церковными вопросами. В каждом городском и сельском районе этими вопросами ведали вторые секретари райисполкомов, по всем данным делам подчинённые не своим первым секретарям, а областному уполномоченному. Он «крутился» между местной партийной властью (Обкома) местным УКГБ и своим «Советом по делам» в Москве. «Совет по делам», в свою очередь зависел от двух инстанций – ЦК КПСС и КГБ. Московская «патриархия» во всех делах подчинялась непосредственно «Совету по делам», её архиереи на местах, в епархиях – областному уполномоченному. Священники на приходах формально подчинялись епархиальному архиерею, но во всех практических делах довольно крепко зависели от уполномоченных и вторых секретарей райисполкомов. Ни сарайчика построить, ни покрасить крышу храма без разрешения местных властей или уполномоченного никто не мог. С 1961 г. вся финансово-хозяйственная деятельность приходов была изъята из ведения священников и целиком передана в руки так называемых церковных «двадцаток», из прихожан, во главе которых стояли староста, его помощник и казначей (бухгалтер), практически назначаемые райисполкомами и нередко – из полных атеистов. Образно говоря, ни одна мышь не могла без ведома сов. власти ни проскользнуть в храм, ни выскользнуть из него. Обо всех прихожанах всё доносилось местным властям. Ни один новый человек на приходе не мог оставаться без того, чтобы о его появлении не сообщили «куда следует». Все церковные деньги,«старушкины рублики» поступали… безбожному государству! Приходам оставлялось только то, что нужно было назарплату (!) священнослужителям и иным штатным церковным работникам, на покупку «церковного товара» (свечей, крестиков и т. п.), а также в исключительных случаях и по особому разрешению – на ремонт храма или покупку новых облачений, сосудов и т. п. Остальные деньги (более половины доходов) приходы, т. е. их старосты с казначеями, обязаны были сдавать в банк, откуда они никогда не возвращались Церкви (со счёта могли снять какую-то сумму только с разрешения уполномоченного и только в чрезвычайных случаях!) Кроме того, 25%, а в иных случаях и более, дохода в добровольно-принудительном порядке отдавалось в Фонд защиты мира, который в основном и существовал на эти деньги. На них, на «старушкины рубли» кормили чёрной икрой и поили коньяком безчисленные делегации «друзей» из развивающихся стран… Брались с Церкви и иные поборы, одноразовые и регулярные. Все вопросы «кадров» Церкви – назначения и перемещения епископов и священников решались только совместно с «Советом по делам», его уполномоченными, часто непосредственно – с КГБ, часто – прямо по требованию этих инстанций. Ясно, что при такой системе мнимого «отделения Церкви от Государства» на все ключевые места и посты, – епископов, настоятелей городских и крупных сельских приходов «патриархия» назначала людей не по признакам их духовности, честности, иных добрых качеств, а исключительно по признакам их угодности властям и способности дружить с властями! Так на всех ключевых, самых видных, ответственных местах и приходах «патриархии» оказались самые худшие представители советского духовенства (и без того уже сформированного не из лучших православных людей!). Подлейшие предатели, доносчики, сребролюбцы, властолюбцы, прожжённые жулики и негодяи стали во главе церковной жизни Советской России! Среди них (наипаче – среди монашествующих) почему-то сильно распространился гомосексуализм. Ныне монастырь – это очень часто рассадник мужеложства, о чём говорят так много, что и слушать надоело. А церковного суда в «патриархии» нет. Да и кто был бы судьями, если едва не каждый третий епископ «патриархии – повинен в том же грехе. А уж епископы, имеющие тайнах жён, и епископы-блудники – это притча во языцех! Ничего подобного никогда не было в русской истории, ничего подобного невозможно себе и представить по отношению к тому русскому епископату, который жил ещё до 1927 г. и (в тюрьмах и ссылках) даже до 1937 г. и к тому, что ныне имеется в РусскойЗарубежной Церкви! Перед нами некая особая порча епископата и монашества, свойственная исключительно только Московской «патриархии». Но как правило, именно эти порченные – самые активные хозяйственники, администраторы, восстановители храмов, организаторы церковных школ и иных начинаний!

Конечно, этой порче были подвержены не все, и, конечно, «система» в своей неусыпной заботе о церковных кадрах часто давала промахи и делала ошибки. Так что и на ключевых постах оказывались порой вполне благочестивые, порядочные люди. Но больше всего таких было (и есть) среди вторых, третьих, четвёртых священников крупных приходов и священников отдалённых сёл и деревень. Есть искренне старающиеся подвизаться и среди советских монахов. В отношении ко всем таким «патриархия» и сов. власть всегда были крайне настороженны: от таких (благочестивых) чего только не жди! Упаси Бог, могут и выступить в защиту попираемой Церкви и правды Божией! Но выступавших было крайне мало, единицы! Их мытарили, гоняли с прихода на приход, запрещали в служении как «смутьянов» и называли «фанатиками», в один голос – и епископы и уполномоченные… В основном, порядочныемолчали. И их терпели. Правда – с трудом, стараясь всё же как-нибудь изжить. Сам феномен порядочности был нестерпим как для большевиков, так и для высших иерархов «патриархии»… И, конечно, не порядочные определяли жизнь и атмосферу Церкви, а порченные или «горячие» друзья и соработники большевицкого режима.

Вот под таким «духовным» руководством оказались многие миллионы новых советских верующих. Что они могли впитать в себя от своих руководителей? Красиво говорить одно, а жить по другому, умиляться страданиямипразднуемых мучеников и паче всего на свете бояться пострадать хоть в чём-нибудь; славить Христа и одновременно славить антихристову советскую власть!.. Что это? Это «церковная» шизофрения (раскол сознания)! Она постоянно приводила и приводит, особенно в настоящее время, многих в «патриархии» и к такому расстройству сознания и психики, которые явно подлежат уже медицинской компетенции. Стало передаваться, как анекдот, простонародное выражение, которое на самом деле часто повторяется в «простом народе» и должно стать памятником истории, – о добром епископе или священнике говорят: «У нас владыка (или батюшка) – хороший,верующий!»…

В 1953 году умер Сталин. Горе советского народа было неописуемым! Конечно, – не поголовно. Многие в душе радовались. Но в целом, без всякого преувеличения, «для «совков», не знавших «Зоны», это было именновсеобщее, искреннее горе. К нему свой взволнованный, благоговейный голос присоединила и «патриархия», и день похорон Сталина 9 марта 1953 г. перед панихидой (каковую нельзя, по канонам, служить по человеку умершему в сознательном отрицании Бога) в Богоявленском (Елоховском) соборе в Москве «патриарх» Алексий (Симанский) произнёс речь в которой сказал «Упразднилась сила великая, нравственная (!?), общественная; сила в которойнарод наш ощущал собственную силу,… которой он утешался (!) в течение многих лет». Не говоря уж о том, что это – плагиат, ибо почти списано с речи Аксакова на смерть митрополита Филарета (Дроздова), это ещё и образец безпримерной лживости (Алексий более многих других знал о страшных злодействах Сталина в отношении и народа, и Церкви, и сам их прежде всего боялся!). И тем не менее говорил: «…Его славные деяния будут жить в веках …И нашему возлюбленному Иосифу Виссарионовичу мы молитвенно с глубокой горячей любовью возглашаем вечную память». Если это сравнить с лаконичным формальным соболезнованием Правительству по случаю смерти его председателя Ленина, которое было сделано Патриархом Тихоном, то станет хорошо видна разница между угодническим служением большевицкому режиму и простой лояльностью гражданской власти.

Дальше – больше. Вначале 1960-х годов Н.С.Хрущёв, разоблачивший «культ личности» Сталина (демократ!) развернул новые гонения на Церковь. Было закрыто вновь 10 тысяч храмов и несколько монастырей (на Украине, в том числе Киево-Печерская Лавра), несколько духовных семинарий. Верующих, пытавшихся отстаивать свои храмы, мытарили, арестовывали с милицией, грозили тюрьмой, активных священников лишали службы, взрывали и разрушали старинные церкви и соборы. Правда теперь уже за веру не расстреливали и не отправляли массами в лагеря смерти, но придумали новое – наиболее деятельных и говорливых верующих и священников сажать в психбольницы, как ненормальных – шизофреников (чаще всего именно такой «диагноз» давался в этих случаях советской медициной). Атеистическая агитация и пропаганда разбушевались вовсю! А «патриарх» и епископат «патриархии» продолжали, как ни в чём не бывало «горячо поддерживать и одобрять» мероприятия партии и правительства! Нашёлся только один епископ Гермоген Калужский, который воспротивился закрытию храмов в своей епархии и затем попытался даже организовать епископов на протест против антиканонических нововведений 1961 г., когда вся власть на приходах отнималась от «священников» и передавалась «двадцатникам». Смелого епископа уволили «на покой» в Жировицкий монастырь, под строгий надзор КГБ. Хрущёв в 1965 г., свергнутый своими же соратниками, полетел с вершины власти, как никогда никто из большевицких самых главных не летел… При новом «вожде» Л.И. Брежневе храмы уже не закрывали, но морально-административные гонения на верующих продолжались в полной мере, как при Хрущёве. В это время, в 1965 г., появилось обширнейшее «письмо» священников Николая Эшлимана и Глеба Якунина «патриарху» и правительству, где они приводили множество примеров явных беззаконий власти по отношению к Церкви и полной бездеятельности «патриархии», не сделавшейничего, чтобы защитить Церковь, верующий народ. Этих священников запретили в служении за нарушение «мира Церкви»… По прямому негласному указанию «сверху» ещё при Хрущёве начались и после него до конца 1960-х годов продолжались комсомольские хулиганства в храмах, в основном – на Пасху. Толпы молодёжи втискивались в середину верующих и во время службы начинали раскачивать плотную массу людей так, что старушки падали, давя друг друга, вопили от болей. Крестные ходы вокруг храмов шли под оголтелую матерную брань. Из толпы, вплотную сжимавшей эти ходы, священникам в лицо грозили воткнуть горящие сигареты, и, пытаясь заглушить церковное пение, орали, кто что хотел (в частности, священникам, – «вы же коммунисты!»). В 1970-х годах эти хулиганства, по команде, прекратились. Но на собраниях в коллективах прорабатывали людей, замеченных в том, что они крестили своих детей, или отпевали в церкви отца или мать. Таковых «отщепенцев здорового советского общества» могли лишить премии, очереди на квартиру, уволить с работы (самое большое наказание). Так что открыто верующим было уготовано морально-административное гетто, где они могли рассчитывать только на самую неответственную («чёрную») работу; их дети не могли быть приняты в ВУЗы, в школах же подвергались издевательствам и мытарствам со стороны учителей. За редким исключением все священники «патриархии» благословляли своих детей вступать в комсомол, в партию, отрекаясь от веры, а тайно – веровать, и дома причащали, венчали этих детей. Всё это как началось в 1960-х годах, так продолжалось и в начале 1980-х (20 лет!)Страх перед властью у священников был такой, что её, гражданскую власть, боялись и чтили неизмеримо больше, чем Бога, чем Его Суд! Такой именно страх передавался в массы, к прихожанам. И они искренне стали бояться власти больше, чем Бога, считать, что нет греха более ужасного, чем противление власти! В такой чудовищной обстановке в 1967 г. вышло особое «Послание Святейшего Патриарха и Священного Синода в связи с 50-летием Великой Октябрьской Социалистической Революции». В нём говорилось: «Обновив самое существо жизни нашего народа, Октябрьская революция была вместе с тем стимулом национально-освободительного движения (т.е. кровавых безбожных революций в других странах и народах – прот. Л), и мы вместе со всеми нашими соотечественниками, испытываем глубокое удовлетворение, что все(!) эти начинания, созвучные евангельским идеалам (!) находят в наши дни всё большее понимание и поддержку со стороны широких кругов верующих людей многих стран мiра. «Патриархия» явно старалась обезпечить себе легальное существование и в будущем мiровом коммунистическом супер-обществе или государстве, если оно всё же состоится. Далее в «Послании» говорилось о «глубоком внутреннем единстве» советского народа, «несмотря на различие вмiровоззрении между верующими и неверующими», которые всё равно видят друг в друге «братьев», вспоминалось, что это благой плод декларации Сергия 1927 г., чему пример – «всенародный подвиг в Великой Отечественной войне», а также нынешнее «неуклонное развитие нашего Отечества (с большой буквы!) в экономике, науке и культуре» (это как раз в то время, когда на самом деле шла быстрая деградация экономики и культуры). В заключение следовало «благодарение Богу за все благодеяния на нас бывшие», под каковыми разумелись всеплоды и последствия Великой Октябрьской революции… Примерно то же самое писалось потом в юбилейных посланиях «патриарха» Пимена в 1977 г. и в 1987 г. Вообще не было ни одного значительного внутреннего или международного деяния партии и правительства, которое бы «патриархия» не поддержала «с чувством глубокого удовлетворения»! В шутку его называли «шестым чувством» советского человека. И «патриарх» Пимен, и «патриарх» Алексий были назначены ЦК КПСС и КГБ, а затем «избраны» организованными Соборами так же, как Сергий и Алексий II.

Что же могло остаться от веры тех верующих, которые постоянно всё же ходили в храмы, то есть являлись многомиллионной паствой, прихожанами «патриархии»? Только некоторые заповеди нравственного характера, и ещёдушевное утешение, которое они получали в храмах от умилительного пения, чинного богослужения, общения с иконами и святынями, а также надежда получить исцеление от болезней и избавление от бед. В редких случаях вера оказывалась одержимостью религиозной идеей, подобно одержимости идеей коммунистической. Кажется, это уже предел отступничеству и падению. Но нет! Бездна потому так и называется, что у неё нет предела (дна) и всегда будет ещё какая-то ступень, или глубина, на которую можно опуститься. Так вышло и у «патриархии». Громко всегда хвалившаяся незыблемым хранением православного вероучения, канонов и традиций Церкви, «патриархия» отступила и от всего этого, как только её поманили.

С начала 1960-х годов почти одновременно начинают развиваться два еретических учения «патриархии»,– богословие революции и экуменическое учение. Оба они связаны с личностью выдвинувшегося тогда и набравшего большую силу в церковных верхах митрополита Ленинградского и Ладожского Никодима (Ротова). Он сам и группа единомышленных с ним «богословов» занялись «православным» оправданием Октябрьской революции и подобных ей, как «соответствующих евангельским идеалам», созвучных учению Христа Спасителя. Договорились до утверждения, что Христос на Кресте усыновил Себе будто бы не только верующих Ему, а всё человечество поголовно. Следовательно, Телом Христовым, Церковью являются все люди, независимо от их отношения ко Христу, а потому и выходит, что «неверующие братья» (т.е. безбожники и сатанисты-коммунисты) могут творить и творят дело Божие – дело построения Царства Божия на земле, каковым является «коммунизм», а верующие, закоснев в своих предрассудках, даже часто противятся этому Божию делу! Церковь поэтому во многом – консервативна, не отвечает «духу времени» и её нужно «обновлять». Никодимовцы никогда не цитировали ясных слов Христа: «Не о всём мiре молю, но о тех, которых Ты (Отец Небесный – прот. Л.) дал Мне» (Ин. 17,9), то естьтолько о верующих! Постепенно «никодимовцы» стали избегать упоминаний о диаволе и бесах, сам Никодим вместо слова «грехи» начал употреблять элегантное – «наши несовершенства», и, наконец, поставил ребром вопрос перед Всеправославным совещанием на о. Родос, готовившем, в сущности, новый Вселенский 8-й Собор, названный, впрочем, осторожно – «Всеправославным», что пора признать масонство одной из религий (чтобы с ним можно было установить экуменическое общение)! Во всей своей деятельности Никодим и его компания имели мощную поддержку КГБ, МИД и «Совета по делам». Московские семинаристы дополнили его титул: «Ленинградский, Ладожский и Лубянский». А студенты Ленинградской духовной академии в 1974 г. прикололи на двери его кабинета объявление: «Совет по делам религий при Совете министров СССР, Комитет Государственной безопасности при том же Совете, масонская ложа г. Арбатова, Хоральная синагога г. Конотопа и прочие заинтересованные организации с глубоким прискорбием извещают о безвременной кончине митрополита… Никодима. Сему печальному событию приличествует некоторое сожаление. Смерть вырвала из наших рядов одного из самых стойких борцов с Православием!..» Общецерковного признания безбожников членами Тела Христова не получилось, хотя эта явная ересь до сих пор «патриархией» не осуждена.

Масоны, по-видимому, сами были смущены открытым приглашением в экуменическое движение, именно ими скрыто и созданное, и управляемое! Нового «обновленчества» в богослужебной практике тоже не произошло, хотя ядом именно «обновленчества», модернизма и всяческого церковного вольномыслия оказалось отравлено очень многое в «патриархии», особенно в молодых умах и особенно в Ленинграде. «Богословское» же оправдание революции и коммунизма сделалось прочным новым учением «патриархии». Ясно, что это учение тоже совершенноеретическое. Но самым отвратным и губительным явилось вступление «патриархии» в так называемое «экуменическое движение», возглавляемое протестантским Всемiрным Советом Церквей (ВСЦ). Экуменизм – от греческого слова, чаще всего означающего обитаемую вселенную, т.е. нечто обращённое ко всем людям. Суть экуменизма в том, что грядущему Антихристу нужно дать в руки управление духовной (церковной) жизнью человечества, что невозможно или очень затруднительно при множестве религий и множестве разных, враждующих и не сообщающихся исповеданий в одном только христианстве. Отсюда, по замыслу иудео-масонства, христианство (а вслед за ним и всех других) нужно объединить. Для этого была создана идея о том, что Церковь Христова, в сущности, одна, но раскололась на множество исповеданий (конфессий) только по причине греха и козней диавола. Поэтому ныне, в наш «передовой» век всяческой международной интеграции (объединения) и христианские церкви, сохраняя каждая своё учение и традиции, должны на основе христианской «любви» постепенно объединяться, вплоть до общения сперва в молитве, а потом даже в Причащении. Основой для объединения ВСЦ предложил: 1) веру во Христа, как Сына Божия, пришедшего во плоти, и 2) веру в Святую Троицу. В 1948 г. на своём поместном Соборе «патриархия» назвала это экуменическое учение попыткой построения новой Вавилонской башни и «несовместимым с Православием» (верно!). Но в начале 1960-х годов в связи с новой Хрущёвской политикой «разрядки международной напряжённости» и «мирного сосуществования» ЦК КПСС счёл полезным, чтобы «патриархия» приняла участие в миротворческом движении и в ВСЦ, и всей его работе, «патриархия» ответила: «Слушаюсь!», – тем более, что для иерархов ее открывалась отличная «отдушина» – ездить за границу, быть ещё в большем почёте у местных властей, да что там – море удовольствий!.. Православное богословие давно и основательно обличило экуменическое учение как явную ересь (и даже, по верному слову нынешнего Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви Митрополита Виталия – как «ересь ересей»). Дело в том, что Церковь есть Тело Христово, Глава которому Он Сам, о чём мы не раз говорили. Сербский богослов архимандрит Иустин Попович писал по этому поводу, что у Христа «не может быть нескольких тел, и отсюда разделение Церкви – это явление по существу невозможное и его никогда не было, а были (и ещё будут!) отпадения от Церкви». Церковь одна и едина, как сказано в Символе веры. И не только чисто – «духовно», но и внешне, как и Христос был не духом только, но и плотью, и это внешнее единство – в единстве всего вероучительного, канонического и богослужебного строя, а также образа церковной организации! Отпадения от этого единства были и в древности, сохранились и в наши дни. Они известны: католицизм, монофизитство, протестантизм с его ответвлениями и безчисленными сектами. Все они являются ересями, еретическими сообществами, потому что так или иначе искажают или отрицают те догматы (истины) веры, какие были приняты на Семи Святых Вселенских Соборах древней Церкви. К примеру, протестанты (и их секта, вроде баптизма) не признают таинств, кроме Крещения, не почитают должным образом Богородицу, совсем не признают святых, не почитают икон и отвергают авторитет святоотеческих писаний, а значит подпадают под анафему нескольких Соборов, в том числе – Седьмого Вселенского, утвердившего и иконопочитание, и священный, незыблемый характер всех истин и канонов, принятых на предыдущих Соборах, анафематствуя всех, кого и они отлучили от Церкви. «Патриархия» сделала вид, что не замечает, вступая в экуменическое движение на указанных основах ВСЦ, что она тем самым открыто признаёт, что для неё, «патриархии», таинства Церкви, почитание Богоматери, святых, икон, канонов и святых отцов не являются таким же фундаментальным и существенным в вере и учении, как учение о Христе и о Троице, – а чем-то второстепенным, чем можно пренебречь ради «диалога любви» с еретиками и общих с ними молитв. Тем самым «патриархия» оказалась под анафемой Вселенских Соборов Церкви (особенно – Седьмого). Официальным (и как обычно, лживым) поводом вступления в экуменическое движение стала для «патриархии» мысль о проповеди Православия инославным. Но на деле, отказавшись заявить о том, что только Православная Церковь является единственной истинной, а признав все еретические «церкви» тоже истинными (но в меньшей мере), «патриархия» предала и Православие, и «утвердила еретиков в их пагубных заблуждениях на неминуемую погибель этих людей»,– как говорил св. Максим Исповедник, отмечая, что при дружелюбном отношении « к людям – еретикам, в делах веры (!) нужно быть резким и непримиримым»…

Более того, вступив в молитвенное общение с еретиками-протестантами, католиками, баптистами, адвентистами (и даже на ряде собраний ВСЦ – с иудаистами, индейскими шаманами, буддийскими ламами и оккультистами определённо демонологического (т.е. сатанинского духа и толка), «патриархи», епископы и священники «патриархии» подпали под лишение сана. Ибо целый ряд канонических правил очень определённо подвергает лишению санавсякого епископа, священника или диакона, который будет молиться с еретиками. Зная об этом, идеологи «патриархии» пытаются ныне доказать, что каноны – не освящённые правила, а только чисто человеческие, установленные в определённое историческое время в связи о тогдашними обстоятельствами, и могут поэтому нарушаться сколько угодно, по усмотрению высшей церковной власти. Но такие теории только подчёркивают и доказывают, что «патриархия» перестала быть Православной Церковью, сделавшись еретическим сообществом, как и те, с кем она вступила в молитвенное общение «любви». Не случайное словечко в экуменизме! Совместная молитва с отсечёнными от Церкви еретиками и есть не что иное как духовное прелюбодеяние (совокупление духом), разрывающее духовный «брак» со Христом, с Его истинной Церковью, по слову Евангелия. Поэтому и запрещали так строго молитвы с еретиками наши древние отцы и учители Церкви, у которых действительной любви к людям было куда больше, чем у карьеристов «патриархии».

Этот разрыв с Православием блистательно довершил Московский «патриарх» Алексий II (Ридигер). В 1991 г., приехав в Нью-Йорк, он решил выступить перед иудейскими раввинами США и 13 ноября произнёс речь, которую начал словами: «Дорогие, братья (!) шолом вам!». Далее, извращая всё учение Церкви об отношении к упорно не верующим во Христа иудеям, называя русских обличителей современного иудаизма как религии – «реакционерами», Алексий II утверждал, что современный Израиль по-прежнему (несмотря на отвержение Христа!!) – «богоизбранный народ», а религия талмудического иудаизма вполне родственна христианству: «Единение иудейства и христианства имеет реальную почву естественного (?) и духовного родства и положительных (?) церковных интересов». При этом Алексий II продемонстрировал вот такую словесную акробатику: «Мы едины с иудеями, не отказываясь от христианства, не вопреки христианству, а во имя и в силу христианства, а иудеи едины с нами не вопреки иудейству, а во имя и в силу истинного иудейства. Мы потому отделены от иудеев, что мы ещё «не вполне христиане» (?!), а иудеи потому отделяются от нас, что они ещё «не вполне иудеи». Ибо полнота христианства обнимает собой и иудейство, а полнота иудейства есть христианство».

Вспомним ещё раз то, что мы уже цитировали в своём месте из Евангелия о разговоре Христа с упорно не веровавшими в Него иудеями. На их заявления о том, что у них отец – Авраам и даже – Бог, Христос ответил: «Ваш отец диавол, и вы хотите исполнять похоти отца вашего» (Ин.8,44). А в «Откровении» Господь говорит Иоанну Богослову о таких иудеях, что «они говорят о себе, что они Иудеи, а они не таковы, но сборище сатанинское» (Откр. 2,9).

Итак, если именно таких (упорно по сей день отвергающих Христа) иудеев «патриарх» Московский назвал «братьями», то кого он сделал своим «отцом»?

Что это?! Это «мерзость запустения, поставленная на святом месте», т.е. на месте некогда истинной Московской Патриархии, на Престоле действительных некогда Патриархов Московских!

Сначала Сергианская лжепатриархия побраталась духовно с коммунистами (с советской властью, – «ваши радости – наши радости»), потом со всеми еретиками, теперь братается непосредственно с теми, кто изначала и устраивал «христианские» ереси, и «коммунизм», и Советскую власть – с иудеями, вдохновившими убийство Государя Александра II, совершившими убийство Николая II и Его Семьи и всего Русского Народа! Здесь – некотораяперемена хозяев «патриархии», и понятно, почему ибо ныне всем уже ясно, что власть над мiром переходит в иудейские руки… Но ведь это отречение уже не только от всякой истины Божией, но и от России, от её распятого народа, от его истории и Души!

Таким образом, духовно побратавшись с иудейской синагогой, Московская «патриархия» соделалась сама «синагогой еретической», как выражаются иногда святые каноны, влекущей свою многомиллионную паству ужепрямо и откровенно в новый Вавилон всемiрного объединения (интеграции), на вершине которого ожидается появление «великого иудейского царя» или израильского «мессии», число имени которого – шестьсот шестьдесят шесть, то есть Антихриста (о чём мы будем ещё говорить особо). Но, поскольку «патриархия» настаивает на том, чтобы, несмотря ни на что, называться «Русской Православной Церковью», мы должны в который раз констатировать, что перед нами церковь-Оборотень, церковь-Перевертыш.

Но, может быть, как думают некоторые, всё это имеет отношение только лично к тем высшим иерархам «патриархии», которые повинны в ереси экуменизма, и не затрагивает прочего духовенства (где есть немало несогласных с этим еретичеством) и не затрагивает веры многомиллионных масс советских прихожан? Увы, нет. Церковное общество – всегда некий целостный организм, связанный как внешне – системой управления, так и духовно-таинственно, – через уставное поминовение имени своего предстоятеля, в данном случае – «Патриарха», как своего «Великого Господина и Отца». Отсюда, всякий поминающий «патриарха» Московского, соучаствуетво всём, что тот делает от лица Церкви, приобщает себя духовно и к его явному отступничеству и ереси. Зная об этом, несколько священников «патриархии» (всего несколько!) публично отказались поминать «патриарха» Алексия II после его речи перед раввинами. Но это слабенькое движение продержалось недолго, некоторые ушли в Русскую Зарубежную Церковь, прочие остались в «патриархии». В чём дело? Почему, видя явное беззаконие, молчат нынешние «православные» в России?

Не потому ли, что и сами они в действительности уже давно – не православные, то есть потеряли связь с Богом, лишены канонического правосознания и чувствования Церкви?

Пагуба ереси, в данном случае – экуменизма, состоит в том, что она начисто отсекает от Христа, лишает благодати Духа Святого то церковное сообщество, которое уклонилось в ересь. С этой точки зрения о безблагодатности Московской лжепатриархии говорили уже давно с 1927 г. Нуждается в пояснении понятие «благодатности» (или «безблагодатности»). В общем и широком понимании слово «благодать» Божия («благодать» Святаго Духа) означает животворное присутствие Божества во всём Его Творении, без чего ничто вообще не могло бы существовать. Поэтому Духом Святым живится всякая душа человеческая, в том числе – даже душа атеиста или сатаниста, пока он живёт на земле. Если иметь в виду такое широкое понимание понятия «благодать», то она действует повсюду, в том числе и по отношению к еретикам (в направлении их вразумления), и подобно этому – в храмах и в людях «патриархии», подавая и им иногда различные свидетельства в виде определённых переживаний, даже – знамений. Дух – един, но действия Его различны. Один образ действий в людях, вне Христа, вне Церкви пребывающих, другой – в Церкви, в Теле Христовом. Здесь, в Церкви, благодать Святаго Духа прежде всего являет себя в совершении семи таинств церковных, подающих людям «семь даров Святаго духа» и иные духовные дары ко спасению, в том числе – способность видеть истину в явлениях и вещах окружающей жизни. Это особенное только Церковное понимание слова «благодать». Поэтому, когда богословы, вообще церковные люди говорят о «благодатности» или «безблагодатности» Церкви – они имеют в виду второе, особенное, или узкое значение этих понятий, конкретно – совершаются, или не совершаются в Церкви таинства (действительные они или нет).

Мы помним, как рассуждал священномученик митрополит Казанский Кирилл (Смирнов) о таинствах сергианской «патриархии». Суть его суждений в том, что таинства совершаются для тех, кто приемлет их «в простоте», не ведая об отступничестве Сергия и его Синода. Эти таинства могут быть спасительны, действительны. Но они совершаются безусловно в осуждение самим совершителям, а также тем, кто знает об их предательстве и отступничестве и прибегает к ним. Поэтому знающим не следует принимать таинства от сергиан. Другие духовные лица (и таких было немало) полагали, что в «патриархии» совсем не совершается таинств.

Особенно распространилась такая точка зрения в послевоенный период, когда стало очевидно, что воссозданная «патриархия» верой и правдой служит не Христу, а антихристову советскому режиму, что поэтому «патриархия» – это уже не Русская Православная, а «советская церковь», как её часто и называли за рубежом. Русская Зарубежная Церковь допускала, что лишь у отдельных «благоговейных» священников в «патриархии» таинства могут совершаться, быть действительными, а значит, и действенными. Это было той тонкой ниточкой, которая ещё связывала РПЦЗ с РПЦ в России и позволяла первой считать себя лишь частью Русской Церкви, основа которой всё-таки – в России. Что же до священнослужителей-отступников, то, к примеру, Митрополит Виталий, Первоиерарх РПЦЗ, говорил, что он никогда не поверит, чтобы таинства Церкви совершались от рук агентов КГБ… Так думали и многие. Неопределённость и неясность в отношении действительности таинств в Московской «патриархии» проистекала оттого, что при очевидном, полном отступлении от Христа и всякой правды Его, в «патриархии» до времени не было ереси в некоем классическом, богословско-академическом её понимании какучения, «осуждённого Соборами или отцами» (хотя разве только это может лишить благодати!).

Совершенная, но страшная ясность возникла только теперь. С 1960-х годов, как мы видели, рядом еретических учений, соответствующих тем учениям, что были в древности осуждены Соборами и отцами, наипаче – экуменической ересью, и связанной с ней практикой совместных молитв с еретиками (а теперь даже – с иудаистами и даже с шаманами!), определённые иерархи, сперва – «патриарх» Алексий I (а ныне и Алексий II), митрополит Никодим и несколько им подобных оказались явно отсечёнными от Православия, лишенными сана. В этом случае (т.е. явного еретичества) не требуется даже соборного решения об извержении из сана, по слову 15-го правила Двукратного Константинопольского Собора и по смыслу 3-го правила Третьего Вселенского Собора; лишение сана происходит мистически естественным путём, что и даёт право и даже обязывает каждого священника или мiрянина выйти из подчинения такому епископу или патриарху, не дожидаясь никакого соборного решения о нём.

«Патриарх» Алексий I и митрополит Никодим, находясь в таком положении, т.е. не будучи фактически епископами, тем не менее, продолжали рукополагать во епископы и священники других людей, которые тем самым также не являлись на самом деле ни епископами, ни священниками (т.е. над ними таинство священства не совершалось). Значит ли это, что и другие таинства Церкви, совершаемые такими мнимыми епископами и священниками, уже вполне определённо стали недействительными т.е. перестали совершатся? Мы не берёмся отвечать на этот вопрос, т.к. он превосходит наше разумение. Можем лишь определённо отметить, что наряду с явными свидетельствами Божия попечения об искренне верующих (вплоть до чудес), в «патриархии» за последние 10, 20, 30 лет можно было наблюдать заметное неуклонное оскудение Божией благодати в церковной жизни, в душах и жизни священнослужителей и прихожан. К 1980-м годам весь епископат «патриархии» состоял или из экуменистов, или из рукоположенных ими мнимых епископов (архиереи старого, канонически законного посвящения, к тому же не замешанные никак в экуменизме и не согласные с ним – такие епископы ушли из жизни). Оставались лишь некоторые священники, рукоположенные от действительных, не мнимых епископов. Но и их число заметно и быстро уменьшалось. А число тех из них, кто решительно не признавал сергианского отступничества и экуменического еретичества своих правящих иерархов – и того стремительней.

Всё это означает, что примерно с середины 1970-х годов на подавляющем большинстве приходов Московской «патриархии» действительность таинств Церкви стала крайне сомнительной. Кроме, может быть, только таинства Крещения, т. к. по правилам Церкви оно в исключительных случаях может быть совершено и простым мiрянином, даже – женщиной.

Священнодействия сделались почти повсеместно мнимыми, как всё, или почти всё в «патриархии». Ибо уж давно (а теперь и подавно) в ней всё, или почти всё, только изображается (обозначается) но не совершается (не происходит)… Московская «патриархия» стала чем-то вроде призрака, или миража Православной Церкви: издали манит, а подойдёшь – пустота. Иные определяют «патриархию», как грандиозный театр, где происходит постоянный спектакль на церковные темы в православных декорациях, ризах, рясах и безконечным потоком православных слов,но не происходит жизни Церкви. В душах молящейся публики такой спектакль способен вызвать целую гамму разнообразных чувств – умиления, умиротворения, услаждения, восхищения, сожаления о грехах, то есть определённо – некоторого катарсиса (очищения)! Но не более, чем для публики собственно театральной – хорошая светская пьеса, умное стихотворение, душевная музыка, или трогательная песня… Почти никто не хочет видеть, что всё это – человеческие душевные эмоции, которые современными верующими охотно (!) принимаются за благодать Святаго Духа! О, если бы они не ошибались! Если бы и впрямь благодать и сила Святаго Духа действовала через «патриархию»!.. Тогда приходская жизнь, церковная жизнь хотя бы тех кого называют обычно «простыми людьми», «простыми прихожанами» и на многомиллионных (!) массах, которых по сей день держится и стоит «патриархия» – эта жизнь, души этих людей ни за что никогда не дошли бы до такого чудовищного состояния, в каком они оказались теперь! Теперь уже не удивительно то ужасное явление, что в православные храмы стали приходить различные колдуны и оккультисты (скажем – йоги, или теософы) и чуть ли не сатанисты, чтобы «подзаряжаться», как они говорят, энергией от икон, общей обстановки храма и церковных служб… Будь это энергия и впрямь силой Святаго Духа – вся эта нечисть бежала бы от храмов, а не тянулась бы к ним!

Совершенно очевидно, что такому перерождению или вырождению иерархии и духовенства «патриархии» должно было соответствовать (и соответствовало) некое глубинное изменение в состоянии самих народных масс.

Обвальный процесс здесь произошёл как раз примерно в тот же период – во второй половине 1970-х годов. Когда КПСС со значительной долей правды обнаружила и объявила, что к этому времени в многонациональном СССР сложилась «новая историческая общность – советским народ» (тут же сам себя назвавший – «совками»…). К этому времени почти все люди «старого поколения», хотя и бывшие в меньшинстве, но во многом как бы «задававшие тон» на приходах, и ещё хранившие многое от действительно православного духа и сознания, ушли из земной жизни. Основную и решающую массу прихожан, задающую тон, стали составлять те, кто иногда сами о себе говорят: «комсомолки 30-х годов» то есть вполне советские верующие. Воспитанные во лжи и на лжи, они ей вполне верят и хотят верить! Их коренная психологическая особенность как раз в том, что они охотно принимают желаемое, официально провозглашаемое – за действительное! Давно, через полное признание болъшевицкого режима они получили от Бога, по слову Апостола, «действие заблуждения», так что «стали верить лжи»… Поэтому они вполне довольствуются видимостью вместо реальности, обозначением вместо совершения, внешностью, а не сущностью. Прошедшие сами школу комсомольско-партийно-общественного советскогооборотничества, когда на людях – одно, а в мыслях (и тайных делах) – другое, и привыкшие думать, что «так и надо», они вполне приемлют государство-оборотень, церковь-оборотень, оборотня епископа или священника. Для таких «верующих» важно лишь чтобы оборотничество было достаточно точным, то есть, чтобы всё делаемое в «патриархии», изображалось, обозначалось в соответствии с внешним православным чином, уставом. Чин, обряд стали центром веры. Принадлежность к православному обряду сделалась главным и, пожалуй, единственныйусловием «спасения в Бозе» (через церковь) в глазах верующих «совков», не желающих и слушать о том, что такое «спасение» может оказаться мнимым.

Этим и объясняется тот разительный факт, что вопреки всем ожиданиям, когда на рубеже 1990 г. верующие в СССР получили действительную (а не мнимую!) свободу, на неё, за исключением самой малости людей, почти никто и не вышел! А в этом 1990 г., то есть когда рухнул «железный занавес», отдалявший советский народ от остального мiра, состоялось историческое решение Архиерейского Собора Русской Православной Церкви Заграницей о приёме под свой омофор (в свою юрисдикцию) всех тех в Советском Союзе, кто не желает оставаться в отступнической и еретической Московской лжепатриархии, а пожелали быть в Церкви Русской истинной и неповрежденной и просят об этом РПЦЗ! А просьбы были. В это же время вышли из подполья и многие из чудом уцелевших общинКатакомбной Церкви. Так что с этого исторического рубежа, с 1990 г., Господь дал реальную возможность всем,ищущим истины, всем, кто хотел бы настоящей православной, а не фальшивой церковной жизни, обрести такую жизнь.

Откликнулись всего несколько тысяч, остались в «патриархии» – миллионы! А к чему им было уходить от «патриарха» и его епископов, если верующие «совки» не требовали от своего духовенства ничего, кроме «чинного» исполнения положенных служб и треб. Иерархия и народ «патриархии» были едины по духу и сознанию, вполне понимали друг друга, играли вместе в «православную веру». Играть всегда легче чем жить; видимость истины всегда легче, чем сама истина, т.к. истина требует подвига, исповедничества, действительного покаяния и связанного с ним действительного преображения, коренного изменения и образа жизни и образа мысли!Верующие «совки» всегда хотели только одного – считаться (и себя самих в своих глазах мнить) православными, спасающимися. Поэтому и от своих епископов и священников они не требовали ничего другого, как только видимости, внешности, мнимости Православия, а не силы его. Когда чин, устав наполнены животворящей благодатью Духа Святаго, тогда они в самом деле очень важны и ценны, так что страшно порой изменить в них и малейшее. Но когда внутри Духа Святаго нет, тогда чин, обряд, устав превращаются тотчас в мёртвую схему, «букву убивающую». Строго держаться этой схемы и буквы можно лишь в том интереснейшем случае, когда в них именно только и полагать всё дело своего спасения! Вот причина, по которой «патриархия» очень держится внешних чинов и традиций особенно в богослужении при том, что очень многие её деятели совсем не признают этих чинов, открыто исповедуя возможность менять их в духе модернизма, в «духе времени».

Только после данного рубежа, после 1990 г. в обстановке и атмосфере относительной гражданской свободы, а наипаче – после спровоцированного мнимым «путчем» упразднения КПСС в 1991 г. и даже – советской власти в 1993г.(!), вполне выяснилось и следующее. «Патриархия» в прежней Совдепии вовсе не была несвободной, порабощённой «Церковью молчания», как её часто называли. Её иерархи уже очень давно вовсе не по принуждению, не под давлением угождали большевицкому режиму, а совершенно добровольно и – от души! Они не были теми «новыми мучениками» за Церковь, какими представлялись пастве, и какими их склонны были видеть некоторые сторонние наблюдатели. Дело в том, что сергиански устрояемый епископат «патриархии», с каждым своим очередным поколением (пополнением) всё более действительно братался и дружился с партократами, с номенклатурой КПСС, по мере морально-идейного разложения номенклатуры! Так что епископы «патриархии», наипаче – самые высшие, т.е., те, что держат реальную власть в церкви, стали едино с партократией по духу по образу мысли, даже во многом – по языку (газетные штампы в их проповедях и речах – давно замеченное явление). Если на свете может быть что-либо более презренное, чем советская «культурная интеллигенция», то это только – епископат Московской «патриархии»! Князья (и «князьки») церкви точно так же, как партбояре, стали отличаться неимоверным высокомерием и чванством к подчинённым, и самым низким холуйством к вышестоящим, обзавелись домами, дачами-дворцами, толпой подхалимов-прислужников, всяческой роскошью. Так же, как партократы, разжиревшие епископы «патриархии» становились казнокрадами и мошенниками, обретали потрясающую способность честными, ясными глазами смотреть на собеседника или на свою паству и заведомо обманывать их самым убедительным образом. Лживость, безконечная лживость почти во всём, сделалась подлинной второй натурой «патриаршей» иерархии. «С кем поведёшься!…» Если экуменизм сделал Московскую «патриархию» единопо духу со всеми теми еретиками и даже вовсе не христианами, с какими она вступила в духовное общение через совместные молитвы, то сергианство сделало её едино с партократией. Теперь, когда сама партократияупразднила и сковывающую её коммунистическую идеологию и даже свою партию, с тем чтобы стать откровенно частными собственниками огромных награбленных у страны и народа средств и «перекрасилась» поэтому вдемократию, но по-прежнему держит власть в России, «патриархия» по-прежнему едино с нею, служит ей на взаимно выгодных условиях. Впрочем, как мы видели, отныне «патриархия» стала всё более откровенно ориентироваться на подлинных хозяев положения – на иудеев.

Подобно всем дельцам, «мiра сего» епископы «патриархии» уже не могли хранить настоящее церковное братство и дружбу в отношениях друг с другом. Ревность, зависть, вражда, интриги и доносительство друг на друга сталинормой их взаимоотношений. То же передалось духовенству. Если на приходе несколько священников, то между ними никогда не может быть искренней дружбы; ревность и зависть здесь стали нормой. О христианской любви в духовенстве уже не может быть и речи.

«Рыба начинает гнить с головы». Такое состояние и поведение иерархии Московской «патриархии» передавалось, не без противодействий, ниже–через среднее духовенство « в народ, в паству, где встречало наиболее сильное и наиболее долгое сопротивление, Но со временем «сдалась» и паства. В ней, в массе прихожан храмов «патриархии» крайне оскудела взаимная любовь, всё более заменяясь ревностью, завистью, таким страшным озлоблением друг против друга (особенно – на клиросах и у денежных «ящиков») какого не встретишь и в мiрских учреждениях! В самые последние лет 10 дело стало доходить до патологической боязни друг друга в связи с подозрениями в колдовстве!Многие в храмах теперь бояться принимать друг от друга просфору или кутью, или свечку… Там, где иссякла вера, выросли, как поганые грибы, самые разные суеверия! И то сказать, – действительно ведь колдуют! И не только в сёлах, но и в городах, притом вполне образованные люди! Научаются друг у друга приёмам «чёрной» и «белой» магии, порчам, «отворотам» и «приворотам». Знахарки посылают своих «пациентов» к некоторым священникам, а те, в свою очередь, – к знахаркам. Целители-знахари появились и среди духовенства. Так один священник, читает над болящими молитву со словами: «На море-окияне, на острове Буяне…» К нему едут во множестве, не только из епархии, но и из других областей. Доход – очень большой. Батюшка щедро делится им с епископом, и поэтомуепископ не трогает его, несмотря на возмущение собратий и некоторых верующих!.. «Порча» и «сглаз» сделались самыми распространенными болезнями среди прихожан. Медицина в таких случаях безсильна, она даже не может установить никакого диагноза. А люди страдают страшно! Нужно видеть (особенно в деревнях) это порченное, скрюченное, изуродованное человечество! И всё это – от своих, из зависти, мести, и просто так, из «любви к искусству».

Там, где на место любви стала неприязнь, там – что угодно, но только не Церковь Христова, особенно – не Русская Православная Церковь.

Качество веры изменилось до неузнаваемости. В людях попроще, из той социальной среды, где и по сей день искренне полагают, что заброшенный храм весьма удобен как сортир, в людях из этой среды вера давно превратилась в некое церковнообразное язычество, где все сводится к делу «жертвоприношений» Богу с тем, чтобы Он не наказал или подал просимое. В людях более высокого культурного уровня, наряду с этим, заметна и жажда «духовных переживаний». Но если нет подлинной благодати Святаго Духа и вызываемых ею высоких чувствований, то их пытаются изобразить, то есть искусственно воссоздать. И получается «прелесть» в виде экзальтации разных степеней, приводящей сплошь и рядом к психическому и умственному расстройству той или иной степени. Так что теперь среди верующих интеллигентов самые усердные – это всегда, обязательно и непременно – душевно (или нервно) больные люди. На этой почве особенно пышным цветом расцвели в «патриархии» явления ложного «старчества» и «обожествления» молодых архимандритов сбесившимися истеричками. В отличие от св. Иоанна Кронштадтского, архимандриты (игумены, иеромонахи и иные «благодатные батюшки»), не гонят таких прочь от себя, а всячески поощряют, иногда создавая из этих поклонниц настоящие банды, терроризирующие морально (а то и телесно!) остальных верующих. Это страшное явление имеет уже ярко выраженный антихристов характер. Одна из почитательниц такого архимандрита очень точно сказала: «Наш Бог – батюшка!». Жажда иметь «живого бога», человеко-бога, которого можно было бы кумиротворить в жизни, – вот что за этим стоит. Эпоха «культов личностей» не прошла даром. Сколько сотен, тысяч (!) душ по всей России безнадёжно испорчено этими новоявленными «старцами», «благодатными» наставниками и «чудотворцами»! Старчество подлинное прекратилось давно. Некоторые широко почитаемые монашествующие из Троице-Сергиевой Лавры, Псковско-Печерского монастыря, Рижской пустыни и других мест при всём уважении к ним старцами названы быть не могут. Хотя бы потому, чтомолчали все годы хрущёвского издевательства над Церковью, молчат и теперь, после речи «патриарха» перед раввинами, не благословляя говорить и другим. Почему? Потому что «патриархия» постоянно внушала и внушает пасомым, что в Церкви «послушание выше поста и молитвы», забыв пояснить, что это относится к Церквинастоящей, а не к еретической, не к поддельной, к церковной жизни подлинной, а не фальшивой! Они, эти, без сомнения, старательные и искренние монашествующие, тоже принимают «патриархию» за Русскую Православную Церковь, т.е. тоже верят лжи, побуждая верить и тех, кто доверяется им.

Всё временное земное благоденствие «патриархии» только этой ложью и может держаться. Поэтому она постоянно внушает «пастве», что Русская Зарубежная Церковь (сумевшая сохранить всё то, что утрачено церковной жизнью в России!) – это «Карловацкий раскол», сообщество бежавших за границу отщепенцев (когда «мы все здесь страдали»!), сделавшихся раскольниками, живущими на американские деньги, и пытающимися теперь оскорблять «народ Божий»(!), т.е. сущих в России овец «патриаршего стада» своими обличениями и разоблачениями. Всё – наизнанку, «с больной головы на здоровую»! Но оборотням так и полагается…

При таком положении вещей, в виду явного еретичества «патриархии» в экуменизме, со всеми вытекающими отсюда последствиями, принципиально изменилось положение Русской Зарубежной Церкви. Теперь она – не часть того, что находится в основном в России; теперь Зарубежная Церковь – это и есть единственная Поместная Русская Православная Церковь.

Нужно отметить, что в лоне «патриархии» и были и есть ещё люди вполне честные, очень искренне обратившиеся к Богу. Но они и были в меньшинстве, а ныне и подавно их становится всё меньше, и они не имеют возможностиопределить церковную жизнь. Оставшись только со своими человеческими силами, они не многое могут, хотя и являют порой образцы подвижничества и самоотвержения.

Явления духовной уродливости, канонических нарушений, нравственных проступков возможны и более того –естественны в любое время бытия любой поместной Церкви, поскольку она есть сообщество не «чистых и безгрешных», а именно грешных, повреждённых людей. Церковь и должна быть поэтому духовной врачебницей для своих членов, для паствы. Всё зависит от меры и степени повреждённости церковной жизни. Если Церковь твердо держится Православного Вероучения и в ней «работают» святые каноны по отношению как к высшим, так и к низшим, – ко всем (!), то она есть истинно живой организм Тела Христова, которое животворится и возвышается к Богу Духом Святым. Тогда эксцессы различных отступлений, преступлений, нарушений канонов и правил в ней именно – эксцессы, случаи на фоне в целом нормальной и правильной жизни. Если же Церковь отступает и от вероучения и от канонического строя, она перестаёт быть Телом Христовым, т.е. Церковью, превращаясь в такое сообщество, где случайными исключениями являются добродетели и правильные условия, а общим фоном и «нормой жизни» оказываются преступления, отступления, нарушения… При таком перевёрнутом положении вещей церковная обстановка не содействует, а препятствует спасению тех, кто доверчиво входит в неё, просто губит их. Такова в полной мере, как видим, церковная обстановка в Московской «патриархии». Теперь поэтому крайненеясно, чему служит бурное открытие храмов и монастырей, всяческое благоукрашение некоторых из них, устройство воскресных детских школ, иных учебных заведений «патриархии»? Служит ли всё это духовной пользе, или дальнейшей духовной порче людей? Скорей всего – это расширение и углубление области лжи и гибели, ловушка для тех, кто искренне потянулся ко Христу. Они не смогут прорваться к Нему до тех пор, пока будут принимать «патриархию» за Православную Церковь, пока будут верить лжи, несовместимой с Духом правды, Духом Святым.

Некоторые сравнивают Московскую «патриархию» с духовной пустыней, с огромной пустотой, образовавшейся на её «канонической территории», как она любит называть земли, исторически подчинявшиеся Москве (правда, теперь уже неизвестно, какие именно?). Думается, что это неточно. Сказанного о «патриархии» достаточно, чтобы увидеть главное: Московская «патриархия», вся в целом вместе со своей многочисленной паствой – это не только пустота, это – «мерзость запустения, стоящая па святом месте», то есть на месте Русской Православной Церкви в России, в Отечестве.

Церковь диавола именно такого результата и добивалась. Но она обманулась. Русский Православный Народ «мерзостью запустения» ей сделать не удалось. Иудео-масонская всемiрная церковь смогла создать эту послушную и подобную себе мерзость только из народа нового, другого, «советского» (из «совков»), отвергшихся любви истины и безгранично верящих лжи.

В самом деле, КПСС не совсем обманывала, когда заявила о том, что в СССР сложилась «новая историческая общность – советский народ». У этой общности или нового народа действительно явились некие выраженные личностные черты и особенности, что позволяет говорить и о нём, с некоторыми пояснениями, как тоже обИсторической Личности. Каковы эти черты и особенности?

Одну мы уже хорошо рассмотрели – это вера лжи. Вторая черта – непомерная гордость. Третья – уголовный(преступный) характер психологии и сознания, и, наконец, четвёртая – это безбожие (у одних идейное, у других – практическое, житейское).

Этнические русские (по крови) или русскоязычные, как они теперь называются, в этом «новом народе» продолжают занимать ведущее место и речь у нас – только о них.

При таких чертах и свойствах в русскоязычном населении Российской Федерации может действовать толькогрупповой инстинкт, принимаемый за патриотизм. Чувство духовно-национального единства отсутствует,как уже говорилось.

Этот групповой инстинкт «совков» в целом долгое время поддерживался их общим безправным положением и постоянно внушаемой идеей превосходства «Отечества», Союза над всеми странами мiра!

Превосходство же было только в военном отношении. С 1945 г. до конца 1980-х годов военное производство СССР достигло примерно 80% общего объёма производства! Это невиданно; такого никогда не бывало. Процесс расширенного воспроизводства при таких пропорциях мог осуществляться, в основном, только за счёт постоянных даровых вливаний извне! Кое-какие затраты, конечно, покрывались и за счёт недоплаты трудящимся, безпощадного обирания деревни, когда у неё отнимаются все «излишки» в принудительном порядке, дурных прибылей от продажи сырья («нефтедоллары»), ограбления «братских стран социализма». Однако при этом очень большие деньги из СССР шли на поддержку революций, восстаний, коммунистических и рабочих партий и движений стран Америки, Азии, Африки и Европы! Так что на покрытие 80% непроизводительных затрат оставалось немного. Откуда бралось остальное? От западных банков, находящихся, как мы знаем в большинстве в еврейских руках. Получалось, что страшное военное могущество СССР оплачивается средствами того самого Запада, против которого оно якобы (!) направлено… Мировому иудео-масонству по-прежнему нужен был устрашающий монстр Советской военной, теперь уже атомной угрозы для того, чтобы ускорить процесс консолидации и интеграции Европы и остального мiра под единым руководством. Отсюда совершенно понятным становится то немыслимое в нормальных условиях обстоятельство, что изобретатели атомной бомбы (в том числе – Оппенгеймер, Нильс Бор и другие) тут жесознательно выдали секрет её производства Советскому Союзу! Перед глазами охающего и ахающего мiрового «общественного мнения» разыгрывался неплохо поставленный мiровой спектакль! Одна из важнейших сюжетных линий этого представления состояла в том, что «кипучая, могучая, никем непобедимая» страна «совков» почти полностью, почти на 80% стала жизненно, зависеть от тех, кому она якобы противостояла и от кого отгораживалась «железным занавесом». Они, мнимые «враги» СССР, были подлинными хозяевами его политики и экономики, а СССР – мощным оружием в их руках. Так, когда Сталин, сделав своё дело по отношению к Русскому Народу, стал не нужен, решено было его убрать. Но как это лучше сделать? Нужно было показать, что он этот ужасный тиран-диктатор, поднял руку на еврейский народ! Было спровоцировано «дело» врачей-евреев, будто бы являвшихся «отравителями» ряда высоких партработников и будто бы готовивших покушение на Сталина. Некоторых крупных чекистов подстрекнули устроить «разоблачение» врачей-отравителей с тем, чтобы Сталин обрушил репрессии на всех советских евреев. Отвлечённо рассуждая, можно допустить, что он мог это сделать, как сделал по отношению к нескольким репрессированным народам. Однако, учитывая, что Сталин очень хорошо знал, что такое евреи, что такое их явные и тайные западные вожди, трудно предположить, что он решился бы на массовые репрессии против евреев. Но провокаторам достаточно было одного «дела врачей», чтобы испугать, кого нужно, на Западе и в России угрозой якобы нависшей над еврейским народом в Советском Союзе. И тогда, как ныне говорят многие, Каганович и Берия постарались «убрать» Сталина (тем паче, что Берия сам нацелился на пост самого главного). Дело тёмное, многое здесь неясно, кроме одного: Сталин умер вовремя, когда нужно.

С его смертью в 1953 г. партия начала разлагаться. Сначала – только в морально-нравственном отношении, продолжая быть в отношении идейном незыблемо на своих обычных позициях. Чувствуя это, советская «общественность», где начало сильно действовать еврейское демократическое влияние, быстро освободилась от «идейности». Начался период «кухонного» свободомыслия, когда в узком кругу своих стали поносить коммунистическую идеологию и совсистему «на чём свет стоит», и самым коротким анекдотом стало одно слово – «коммунизм». Разоблачивший «культ личности» Сталина, Хрущёв сам страдал диктаторскими замашками (по инерции…) и тем самым, несмотря на устроенную им «оттепель» 1950-х годов, в годах 1960-х всё ещё продолжал держать партию в ежовых рукавицах. А суть дела для Запада теперь состояла в том, что после «оздоровления» пострадавшей Европы с помощью американского «плана Маршалла», когда она попала под негласноеамериканское (т.е. еврейское влияние, нужно было постепенно кончать с монстром «коммунистической угрозы» мiру. Этот монстр приближался к завершению роли, которая ему отводилась. Западный мiр интегрировался под единым руководством всё глубже, всё успешней. И тогда в середине 1960-х годов из «видимой тьмы» или «невидимого света» последовало решение начать развал СССР. Был убран со своего поста Хрущёв. Началась эпоха Л.И. Брежнева – «безбрежный социализм» или эпоха «застойного застолья» и «застольного застоя». В это именно время, в середине 60-х, ЦРУ Соединённых Штатов разработало секретный план разрушения Советского Союза изнутри с помощью внедрения агентов (в том числе агентов влияния) в высшие эшелоны советской власти.Условиями для этого в плане считалось развитие коррупции и нравственного разложения КПСС, особенно – высшей номенклатуры. Предусматривалось разделение СССР на составлявшие его республики, путём пропаганды националистических идей в этих республиках, а также развития «демократического» («диссидентского») движения в общественности Союза. Для Российской Федерации, России, возник особый план, предусматривавший развитие в ней всеобщей дестабилизации для того чтобы в итоге под благородным предлогом защиты страдающего населения, а также (это главное!) – защиты атомных объектов, ввести в Россию войска Запада и фактическое правление Запада.

Оба этих плана и их дальнейшие разработки были известны советскому КГБ сразу, в 1966–67 г.г. Но ЦК и КГБ были умышленно направлены по ложному пути. «Агентами враждебного Запада» стали в их глазах не те главные, кто ими на самом деле были, а евреи и вдохновляемые ими «демократы-диссиденты». То, что последние действительно прозападные, антисоветски настроенные люди, – это так и есть, и их движения действительно использовались и ЦРУ и иными подрывными центрами. Но под их «дымовой завесой» действовали другие силы внутри власть имущих в СССР, как бы выпадавшие из поля зрения или досягаемости КГБ. Это были крупные номенклатурные работники как непосредственно в КПСС, так особенно – в директорском корпусе, среди «дельцов теневой экономики», возникшей тоже не случайно, а посредством умышленно идиотской системы бюрократических норм «плановой» экономики. В 1970-х годах, по команде, начали «срабатывать» всё сильней те непримиримые противоречия социально-экономического и идейно-политического характера, которые были заложены в самое основание большевицкого режима, и о которых мы уже говорили. Всё больше появлялось тайных антисоветских организаций и групп, начавших возникать в образованной молодёжи, в студенчестве ещё с 1950-х годов. В 1960-х и особенно – 70-х годах к ним идейно примкнуло открытое «диссидентское» движение как чисто политическое, так и церковное. Последнее возникло в связи с заметным обращением к вере всё большего числа интеллигентов. Но «диссиденты» церковные, как и политические, руководствовались уже не православно-русской идеологией, а более всего–западно-демократической (свобода и права личности!). Почему в этом движении самую активную роль стали играть всё те же евреи (в том числе евреи-священники). Конечно, всё это использовалось Западом, даже помимо воли борцов за справедливость. Повторялась ситуация, когда одинаково плохо и служить режиму и выступать против него.

Для разрушения Союза многого не требовалось. Нужно было просто лишить его «вливаний» извне. А прекратить, или постепенно сокращать, финансово-экономическую помощь Советскому Союзу удобней всего было под предлогом гонений на евреев и уж, постольку-поскольку, – на демократов, на всех вообще инакомыслящих. Как же – попрание «прав человека»! Так и возникло уже до боли знакомое положение вещей: евреи высшие, стоящие на ключевых постах отделов Министерств и ведомств, в партаппарате, в местных органах власти, в снабжении и торговле, продолжают держать, все основные ключи и нити политики и экономики СССР, фактически руководят страной, а для еврейского плебейства в 1960-х – 1970-х годах устраиваются определённые притеснения.Общественное мнение «совков» также в некоторой мере настраивается против евреев и интеллигентов. Это и есть тот «государственный антисемитизм», который, с одной стороны, сплачивает советских евреев вокруг их духовных вождей и побуждает многих уезжать из Союза, а, с другой стороны, возмущает «мiровое» общественное мнение». Безпроигрышная игра!

В 1985 г. определённым работникам режима, прежде всего М.С. Горбачёву из «невидимого света» сказали: «Пора кончать». И резко сократили «вливания». У Горбачёва не было выхода. Началась «перестройка» и всё полетело в пропасть, которая разверзается на наших глазах в 1990 – 1994 г. г.! Распался СССР, разорвав экономические связи, – эти кровеносные сосуды и нервы экономики, – в России всеобщая дестабилизация развивается с нарастающей скоростью, грозя кровавой «войной всех против всех». Не забудем, что большевицкая власть (а значит – всё ею созданное) была проклята изначально, ещё в 1918 г…

Нетрудно видеть, что развал всего ускорялся по причине внутреннего разложения «совков», разложения «советского народа». Почти сорок лет (!) ему дали пожить в условиях мира, и очень относительной (минимальной) материальной обезпеченности, что уже само по себе действует разлагающе на любой народ. Но «совкам» при этом дали потешиться ощущением своего мнимого всемiрного величия и значимости, что являлось, пожалуй, единственным и самым сильным цементирующим для них средством. Но не успев скрепиться таким путём в «новую историческую общность», русскоязычные «совки» оказались в таких условиях, когда эта «общность» просто рассыпалась в щебёнку, в песок. И стало ясно, что это вовсе не русский народ, что это даже и вообще не народ,поскольку изначала он был начисто лишен духовно-религиозной основы! И всё – потому, что основа новойрелигии большевизма, которую всё ж пытались внедрить в душу нового народа на территории бывшей России, –сатанинская. А диавол не может созидать действительное единство, но только – разделение и вражду.Оккультно-масонская идея «гомункулуса» – нового человека (и нового народа из таких «гомункулусов») не осуществилась. «Гомункулус» оказался просто душевнобольным, «новый народ», русскоязычные «совки» – трухой, щебёнкой, несцементированной фактически ничем (кроме разве «тотальной шизофрении»).

Начало распаду и рассыпанию «совков» положила, как принято, партия. Уголовный характер её политического сознания (когда «всё, позволено» и все средства хороши для достижения цели) позволил большей части её номенклатуры довольно быстро стать на позиции уголовщины обычной, криминальной. Накапливая огромные народные, государственные средства, партократы сходились сперва с «директорским корпусом» с дельцами «теневой экономики», затем через них и с уголовным мiром в обычном смысле. Становясь подпольно собственниками огромных капиталов, партийно-советско-хозяйственные «руководители», естественно, не могли с ними развернуться в условиях мнимого социализма и господства идеологии КПСС. Поэтому, как только их «подтолкнули» (с Запада) так тотчас они и прихлопнули и собственную партию с её официальной идеологией и даже – советскую власть. Сделано это было двумя провокациями – августа 1991 г. и октября 1993 г., которые продуманно готовились с участием и консультацией Западных спецслужб, о чём данные просочились даже в средства массовой информации.

Однако, став собственниками капиталов, а через это неизбежно попав в зависимость от мiрового еврейского банковского капитала, партократы столкнулись с проблемой их размещения и применения, т.е. распределения и перераспределения богатств и объектов народного хозяйства страны, её финансов. Это неизбежно вызывает отчаянную борьбу между владельцами начальных капиталов. Расколовшись на «кланы» новые собственники и повели эту борьбу между собой, а также с теми, кто вышел не от них, а из теневой экономики «без спроса», и теми, кто, поверив в призывы к «рыночной экономике» начал развивать свой бизнес «с нуля», без начальных капиталов. В эту драку, конечно же, стали подключать «Зону», уголовный мiр (а он и сам не прочь был к такой-то заварухе подключиться), и началась кровавая борьба за деньги, власть, возможности. Вот и вся суть так называемой «политики реформ» начала 1990-х годов.

А под шум этой «мутной воды» фактическую власть в государственном секторе жизни, государственном управлении, взяли евреи. О том, кто действительно управляет теперь бывшей Россией вполне можно судить, лишь посмотрев по телевизору на лица хотя бы окружения президента и членов Президентского Совета, а также – иных нынешних «лидеров». Дошло до того комедийного курьёза, – что лидером одной из самых русско-национальных партий стал В. Жириновский, который на самом деле – Эйдельштейн! И за него, за его либерально-демократическую партию на выборах 12 декабря 1993 г. проголосовало большинство русскоязычных «совков». По этому поводу В. Новодворская (тоже еврейка) публично по телевидению заявила: «Если проголосовали за Жириновского, то пусть катится ко всем чертям эта страна, пусть этот народ катится к чёртовой бабушке!» Откровенность, право, даже симпатичная! Но вот вопрос: почему же большинство русскоязычных «совков» проголосовали за Жириновского? Просто потому, что он обещает быстрое материальное процветание, освобождение от еврейского засилья, государственное могущество и расширение «Державы» вплоть до Индийского океана. Неужели в это поверили? Ничего подобного. Просто – красиво выглядит! «Совки» показали одно из своих главных свойств – желание верить лжи. Можно поэтому констатировать, что русскоязычные «совки» это не только обманываемый «народ», но народ, который сам хочет быть обманутым!

Впрочем, количество участвовавших в голосовании 12 декабря 1993 г. по партийным спискам – это ещё далеко не большинство населения Российской Федерации. Оно, как мы говорили, раскололось на множество групп, группочек, рассыпалось просто на отдельные личности, не участвующие ни в каких партиях. А что ещё можно ожидать от населения бывшего СССР, если, по данным медиков, с 1960-х годов здесь, главным образом, – в России, уже не рождается и не может родиться(I) ни один умственно здоровый ребёнок, т.к. все новорождённые появляются на свет с повреждениями головного мозга разной степени! Это связано с экологической обстановкой (отравлена среда, русская природа!) и дурной наследственностью (алкоголизм и психические болезни родителей). Вслед за провалом в преступность партократов и им подобных, произошёл провал в открытую тотальную преступность огромной массы русскоязычных «совков». Убийцы-маньяки, насильники, грабители, сбесившиеся хулиганы, «безпредельные» воры и жулики, блудники и половые извращенцы, деторастлители стали явлением жизни, проблемой жизни нынешней России! А реальная жизнь в исконных Великорусских древних областях и городах организуется и управляетсятеперь не только евреями, но и прочно в этих вологдах и угличах осевшими азербайджанцами, армянами, чеченцами и другими «лицами кавказской национальности». То же и в Москве, где центр города (по крайней мере) – это теперь во многом ещё и владение татар. Преступность «наступает» на государство, она во многом уже руководит государственными учреждениями. С ней не знают, что делать. Обвал производства в промышленности грозит катастрофическими масштабами безработицы, и тогда доведённым до отчаяния голодающим «совкам» не останется ничего, как только грабить и убивать друг друга и всех, кто подвернётся. Возникает и угроза преступного, или хулиганского запуска атомных зарядов. С 1980-х – начале 1990-х годов, выражаясь словами Ключевского, резко сократилось количество добра в нравственном обороте «совков». Озлобленность, раздражительность и жестокость стали во многом определять атмосферу жизни. Так что в скором будущем вполне возможно введение в РФ иностранных войск, как действительно спасительная для всех мера. Большевикам и евреям помогали и помогают бесы. Легионы их вторглись на территорию бывшей России, не защищённую молитвой и предстательством Православной Церкви. Не только большевицким уродливым воспитанием и образованием, не только влиянием окружающей жизни, но именно массированной атакой непосредственно демонов можно объяснить колоссальную повреждённость душевной деятельности и сознания «совков», их порой противоестественное взаимонепонимание, особенно – в русскоязычных семьях! Распад семьи как социальное бедствие возник одновременно с изобретением и применением атомного оружия, основанного на цепной реакции ядерного распада.

Цепная реакция распада всего и вся поразила бывшую Россию. Вспомним теперь, что говорил об этом святой отец Иоанн Кронштадтский! Тщетно стараются противостоять распаду такие движения, как «Трудовая Россия» В. Анпилова, «День» А. Проханова, Компартия Г. Зюганова, или Славянский Фонд В. Клыкова. Они и к ним примыкающие образуют наиболее крупный обломок советского народа, видящего своё единство в «державе», где верующие и неверующие общими усилиями в обстановке гражданского согласия созидают «светлое будущее» под символом пентаграммы и иконой лысого «вождя». Хотя это самое многочисленное направление общественной жизни (в одной Москве – сотни тысяч, а по России – миллионы!), они обречены на распад. По той же самой причине, по которой распались все: нельзя совмещать несовместимое, – красное знамя – с монархическим, портрет Сталина – с иконой Богородицы, как это делается на собраниях и шествиях этих движений. Это – общественно-политическая шизофрения. У света с тьмой, у Христа с Велиаром общего быть не может. Нет общего и у Народа Русского с «советским народом», у подлинной Русской Православной Церкви с Московской «патриархией. Идол «отечества» (без Православия и Самодержавия) возродить Россию, её народ не способен. К тому же бесы, как хотят издеваются на «патриотическим» сознанием «совков» и особенно лидеров патриотических объединений.

Это – конец «новой исторической общности». Ныне о ней, об этом русскоязычном народе «совков» в целом можно сказать то, что как мы помним, в 1899 г. сказал митрополит Антоний (Храповицкий) лишь об определённой частиРусского Народа: «Это уже не народ, но гниющий труп, который гниение своё принимает за жизнь, а живут на нём и в нём лишь кроты, черви и поганые насекомые, радующиеся тому, что тело умерло и гниёт, ибо в живом теле не было бы удовлетворения их жадности, не было бы для них жизни». Можно вспомнить и слова Гиммлера о том, что в центральной России должно жить тупое население примитивного полуеврейского типа. Таким теперь оно и стало.