Нам всем нужно сейчас уяснить, понять главное. Оно вот в чем. МП нуждается в признании со стороны РПЦЗ. Только такое признание может сделать МП полностью легитимной в глазах всего мира. Ибо несмотря на свои пропагандистские выпады против РПЦЗ как «карловацкого раскола» МП внутренне про себя знает, что РПЦЗ это истинная законная Русская Православная Церковь, а она, МП -незаконная, неканоничная в самом своем «зачатии» от совокупления (блуда) Сергиевского «синода» с болыпевитским режимом. И к тому же -теряет авторитет с связи со своим экуменизмом, торговлей табаком и связями с мафией. Признания же со стороны РПЦЗ можно добиться двумя путями -праведным и жульническим. Первый путь состоял бы в действительном покаянии МП с отказом от сергиянства, экуменизма и других отступлений. Второй путь — это каким нибудь способом добиться признания МП таковой, какова она есть, со всем ее отступничеством от правды Божией, т.е. без покаяния и реального изменения жизни. МП выбирает второй путь. Подобно тому, как в 1920-х годах, желая добиться признания со стороны Церкви, болышевики искали слабое звено в цепи русского епископата и нашли его в лице М. Сергия и еще нескольких Иуд, — подобно этому в наши дни МП искала слабое звено в цепи епископата РПЦЗ и нашла его в лице архиеп. Марка и единомысленных с ним. Они готовы признать, и уже признают (!), МП «законной», «полноценной» и «благодатной» частью единой Русской Церкви! Но этого еще недостаточно. МП нужно, чтобы признание было официально дано ей по меньшей мере Архиерейсим Собором РПЦЗ. Этого она добивается и этому нужно непременно воспрепятстовать. Поэтому всем — на огневой рубеж! Всем к бою! Каждый пусть бьет по врагам из того оружия, какое у него есть — молитвой, словом или делом, — кто чем может! Отпор вражеской атаке нужен не только для сохранения в чистоте и правде РПЦЗ, он нужен и для тех людей в лоне МП, в которых еще теплится духовная жизнь, чтобы они не погибли вконец. Можете передать гласности это мое письмо… Это был бы как бы еще один «выстрел»… 1 Протоиерей Лев Лебедев, богослов, настоятель церкви, находящейся под омофором РПЦЗ, в г. Курск, был приглашен на Собор, скончался по прибытию в Нью Иорк, 2 мая 1998 г..
Подготовка Вселенскаго Собора не можетъ не безпокоить каждаго православнаго человѣка, ибо трудно себѣ представить положеніе въ мірѣ, которое въ такой мѣрѣ не благопріятствовало бы его исходу на пользу Церкви, чѣмъ то, что происходитъ вокругъ насъ сейчасъ. Не видно той силы, которая могла бы оградить его отъ уклоненія въ сторону, далекую отъ Православія. Это сознаютъ, очевидно, нѣкоторые главы Церквей, когда настаиваютъ на томъ, чтобы по возможности ограничить повѣстку Собора. Всѣ ереси бывали сильны поддержкой свѣтской власти. Исчезалъ покровительствующій ереси Императоръ и дѣлался позможнымъ православный Вселенскій Соборъ.
Сейчасъ нѣтъ ничего подобнаго. Самая большая, Русская Церковь, не имѣетъ покровительства православнаго Императора, а находится въ подчиненіи у атеистической власти. Константинополь едва существуетъ въ Турціи и ищетъ покровительства и помощи у еретиковъ. Болѣе другихъ вѣрная Православію Сербская Церковь находится тоже подъ властью подобнаго же правительства. Самый Соборъ созывается съ поспѣшностью не потому, что это нужно для защиты Православія, а потому, что этого добивается Ватиканъ и другіе экуменисты. Ватиканъ спѣшитъ добиться какой-то уніи съ Православными Церквами до того, что совершенно явно для всѣхъ утратитъ послѣднія внѣшнія черты своей прежней вѣры и не сольется съ протестантскимъ міромъ. Когда это случится, ни одинъ Патріархъ, именующій себя православнымъ, уже не могъ бы говорить о евхаристическомъ общеніи съ нимъ.
Для того, чтобы разобраться во всемъ значеніи этого дѣла, представляется необходимымъ остановиться на тѣхъ явленіяхъ въ жизни Православной Церкви и Западнаго Христіанства, которыя имѣютъ міровое значеніе и которыхъ во всей глубинѣ не всегда возможно касаться въ печати. Въ виду имѣются нѣкоторыя явленія эсхатологическаго характера, которыя могутъ имѣть значеніе для направленія нашей пастырской работы.
Св. апостолъ Павелъ писалъ, что уже въ его дни тайна беззаконія была въ дѣйствіи (2 Сол. 2, 7). Тогда уже готовились лже-мессіи, а іудаизмъ старался проникнуть въ Церковь черезъ разныя гностическія ереси. Многимъ уже тогда казалось, что скоро можетъ появиться «Сынъ Погибели». Прошли вѣка послѣ того. Тогда «держай» этого еще не допускалъ и тема эта, еще не такъ давно, носила отдаленный пророческій характеръ. Ей много вниманія посвящалъ о. Константинъ, но онъ, потрясенный апокалиптическимъ ожиданіемъ, сводилъ всѣ проблемы къ ней, упуская изъ вида, что многіе изъ его современниковъ, какъ и онъ самъ, не доживутъ до конца міра.
Нынѣ дѣло другое. Антихристъ, по выраженію Нилуса, сталъ близкой политической возможностью. Развитіе «тайны беззаконія» окрашиваетъ не только политическую, но и всю современную религіозную и моральную жизнь въ мірѣ. Правда, въ Православной Церкви и, особенно, въ нашей Зарубежной, она сказывается менѣе открыто, чѣмъ на Западѣ и менѣе чѣмъ тамъ замѣтна для рядового прихожанина. Но она существуетъ и проявляется все сильнѣе и ярче. Діалогъ Восточныхъ Церквей съ католиками и другими еретиками можетъ очень скоро поставить передъ нами весьма трудныя проблемы, на которыя каждый изъ насъ долженъ имѣть готовый отвѣтъ и для себя, и для своей паствы. Но и этимъ не все исчерпывается.
Извѣстный современный протестантскій богословъ Пауль ванъ Буренъ въ журналѣ «The NICM Journal» посвященномъ іудейско-христіанскимъ отношеніямъ, заключаетъ свою статью очень значительными словами:
«Наше нынѣшнее положеніе, — пишетъ онъ, — напоминаетъ мнѣ начало парусныхъ гонокъ отъ берега океана. Непосвященный наблюдатель вѣроятно нашелъ бы зрѣлище совершенно непонятнымъ, по каковой причинѣ, какъ я полагаю, непосвященные и не стараются на него смотрѣть. Каждая лодка идетъ какъ-будто по своему, ходитъ кругами, двигается по разнымъ направленіямъ и распускаетъ совершенно различныя комбинаціи парусовъ. Потомъ неожиданно все приходитъ въ порядокъ и вы видите, что каждая лодка такъ маневрируетъ, чтобы стать на линіи и идетъ полнымъ ходомъ съ развернутыми парусами какъ разъ ко времени, когда стрѣляетъ сигнальная пушка. Тотъ, кто знаетъ правила игры, скажетъ вамъ, что все это маневрированіе тщательно разсчитано и планировано, ибо хорошіе старты не дѣлаются сами собой. И вотъ, мнѣ представляется, что блужданіе современнаго богословія не произвольно, какъ это можетъ показаться». Ванъ Буренъ ожидаетъ скораго выстрѣла сигнальной пушки. (The NICM Journal, Spring 1976m Vol. I, #2, p. 24).
За 12 лѣтъ до ванъ Бурена крупный французскій масонъ Ивъ Марседонъ, въ книгѣ о Православіи и Экуменизмѣ проводитъ слова Великаго Командора Высшаго Совѣта Шотландскаго Ритуала во Франціи Шарля Ріандэ. По его словамъ уже въ то время у Великаго Командора было чувство, что лишь немногіе люди «отдаютъ себѣ отчетъ въ радикальныхъ перемѣнахъ, которыя стоятъ на пути къ осуществленію». (Ives Marsaudon l’Ecumenism vu par un Franc-Maçon de tradition. Paris, 1964, p. 110).
Когда католическій разстрига Рока и розенкрейцеръ Сентъ Ивъ Д’Адьвейдръ въ концѣ прошлаго столѣтія полагали тайное основаніе нынѣшнему экуменическому движенію, они упоминали разныя религіи и забывали о Православіи. Вѣроятно въ то время, видя мощь Ватикана, они не придавали ему значенія. Поэтому въ Католичествѣ ко времени Второго Ватиканскаго Собора, почва была уже вполнѣ подготовлена, какъ предсказывалъ это Рока. Онъ писалъ, что по его ожиданію скоро Католичество на Вселенскомъ Соборѣ подвергнется преобразованію, которое вернетъ его къ апостольской простотѣ и явится «посвященіемъ новаго соціальнаго порядка и торжественнымъ крещеніемъ современной цивилизаціи» (Roca, La Fin de l’Iniquite-Misterium Iniquitatis, Rennes, изд. 3-е, 1967), выдержавшей нѣсколько изданій. Мысли эти отчасти обращаютъ на себя вниманіе своей близостью къ современному московскому «богословію революціи».
Все вниманіе экуменистовъ или масоновъ по началу было сосредоточено на Западныхъ исповѣданіяхъ и, особенно, на Католичествѣ. Православный міръ до 1920 г. почти не упоминался и по существу оставался внѣ всей этой подготовительной работы. Онъ былъ включенъ въ нее только въ двадцатыхъ годахъ нашего столѣтія, главнымъ образомъ черезъ нашихъ русскихъ парижскихъ богослововъ, пока Аѳинагоръ не явился масономъ, возглавляющимъ Вселенскій Престолъ.
Сужденія ванъ Бурена и Ріандэ сами по себѣ значительны. Они очень хорошо освѣдомлены о дѣлахъ экуменизма, въ томъ числѣ закулисныхъ. Поэтому, очень важно то, что они говорятъ о планомѣрной организованности всего происходящаго въ этой области. Конечно, это не значитъ, что все пойдетъ точно по расписанію тайныхъ руководителей. Уже сейчасъ у католиковъ видно больше интереса и напора, чѣмъ у сговаривающихся съ ними православныхъ. Трудно предсказать темпы движенія, но несомнѣнно то, что оно отнюдь не останавливается, но продвигается впередъ.
Еще недавно можно было говорить объ общемъ состояніи Православной Церкви, почти не касаясь экуменизма. И сейчасъ еще въ жизни большинства приходовъ Восточныхъ Церквей экуменическая ересь можетъ быть мало замѣтна, будучи сосредоточена на другомъ уровнѣ, болѣе интелектуальномъ, чѣмъ духовномъ. Но, со времени основанія Мірового Совѣта Церквей и, особенно, сближенія Патріарховъ Аѳинагора и Димитрія съ Папой, Восточныя Церкви тоже стали объектомъ очень сильной экуменической обработки и попытокъ модернизаціи. Говорятъ, что послѣдняя сейчасъ въ Греціи замедлилась. Но постепенность развитія дѣйствія этой отравы наводитъ на мысль, что ванъ Буренъ правъ, когда говоритъ, что разные шаги на этомъ пути «тщательно разсчитаны и планированы» и что «кто-то» руководитъ блужданіемъ современнаго богословія.
Коротко можно сказать, что вся эта суетня есть подготовка къ новой всемірной религіи допускающей разнообразіе, но не признающей существованія единой истины. Т. о. міръ подготовляется къ религіозному принятію всеобъединяющаго Антихриста.
Если намъ вернуться къ образу парусныхъ гонокъ кораблей, двигающихся по общему направленію, въ которомъ цѣлью является объединеніе всѣхъ религій, то можно сказать, что Православныя Церкви отстаютъ отъ прочихъ христіанскихъ исповѣданій, безудержно мчащихся къ своей гибели. Но и въ самихъ Православныхъ Церквахъ есть разныя степени или темпы продвиженія этого процесса. Впереди всѣхъ, какъ я сказалъ, идетъ Константинополь.
Именно онъ постепенно, все большими порціями вводитъ въ организмъ Православной Церкви ядъ экуменизма и модернизма. Ѳіатирское посланіе является яркимъ примѣромъ.
Ненапрасно творцы экуменическаго движенія предоставили сомнительную честь его иниціативы Вселенскому Патріарху. Тогда это подносилось православнымъ какъ миссіонерское начинаніе, чтобы нести на Западъ свѣтъ Православія. Многихъ эта идея искренно воодушевила. На первыхъ конференціяхъ православные и выступали въ качествѣ проповѣдниковъ своей Вѣры передъ лицомъ протестантскаго міра. Когда дѣло касалось экклезіологическихъ постановленій, православные делегаты дѣлали особыя заявленія, объсняя, что наше ученіе о Церкви настолько разнится отъ протестантскаго, что совершенно невозможно выработать какую бы то ни было общую формулу. Такое заявленіе дѣлалось еще на Эванстонской Конференціи, когда Православныя делегаціи возглавлялись почтеннымъ греческимъ Архіепископомъ Михаиломъ. Теперь этого больше не дѣлаютъ.
Съ тѣхъ поръ прошло 23 года. За это время Патріархъ Аѳинагоръ объявилъ о снятіи анаѳемы съ Римскаго Папы, а послѣдній снялъ ее съ Константинополя. Состоялся Второй Ватиканскій Соборъ и совершенно измѣнился обликъ католической Церкви. Недавно, консервативный католическій епископъ Лефеврбъ говорилъ корреспондентамъ, что «въ Католической Церкви что-то перемѣнилось» и утверждалъ, что «Римъ идетъ къ ереси».
Дѣйствительно въ Римѣ перемѣнилась вся экклезіологія. Вслѣдъ за нею мѣняется и нравоученіе. Понятіе о ереси тамъ теперь такъ же неопредѣленно, какъ и у Протестантовъ. Границы Церкви стираются и ведется соблазнительный діалогъ съ іудеями, магометанами и язычниками. Одновременно въ богословской литературѣ и въ жизни ведется пересмотръ нравоученія, ставящій его въ зависимость отъ уже существующаго уровня морали въ обществѣ. Гомосексуалистовъ уже не лишаютъ сана и такіе священники образовываютъ объединеніе, которое открыто обращается къ церковной власти, не вызывая никакой санкціи противъ его членовъ.
Объ этомъ можно было бы говорить какъ о постороннемъ для насъ явленіи, если бы не тѣ переговоры, которые ведутся Ватиканомъ съ разными вѣроисповѣданіями и православными одновременно. Можно было бы только радоваться, если бы переговоры съ Ватиканомъ шли съ подлинно православныхъ позицій и если бы Ватиканъ мѣнялся въ сторону Православія. Однако, увы, именно этого-то и нѣтъ налицо.
Діалогъ въ современномъ пониманіи, это переговоры, скорѣе въ поискахъ соглашенія, чѣмъ подлиннаго единства путемъ нахожденія общихъ началъ вѣры и упованія.
Но Католичество одновременно ведетъ переговоры не только съ православными, но и съ протестантами, восточными еретиками, мусульманами, буддистами и іудеями. Въ угоду послѣднихъ измѣнена служба Страстной Пятницы, съ цѣлью устранить изъ нея все, что говорилось въ ней о распинателяхъ Спасителя. Впрочемъ, въ совѣщаніи съ раввинами, и греческій Архіепископъ Іаковъ тоже соглашался на подобныя мѣры. Мы не знаемъ, вошло-ли это въ жизнь, но и самого факта подобнаго совѣщанія, и достигнутаго на немъ согласія достаточно. Что касается Римской Церкви, то она гораздо больше мѣняется подъ вліяніемъ протестантовъ, чѣмъ приближается къ православнымъ. Съ этой точки зрѣнія нынѣ самое неблагопріятное время для переговоровъ Православной Церкви съ католиками, какое когда-либо было въ исторіи.
Намъ важно знать, какова конечная цѣль этой работы. Почему одновременно ведутся діалоги и между христіанами, и съ совершенно чуждыми имъ вѣроисповѣданіями: магометанами, буддистами и іудеями. Мы отчасти уже коснулись этого вопроса. Едва-ли кто-нибудь можетъ сомнѣваться въ томъ, что побудительный источникъ такого широкаго діапозона діалоговъ не въ католичествѣ какъ таковомъ и не въ одной изъ этихъ религій самой по себѣ. Христіанство такъ же чуждо имъ, какъ и онѣ чужды Христіанству. Но есть въ мірѣ религія, которая въ принципѣ смѣшиваетъ всѣ религіи и изъ нихъ составляетъ нѣчто новое. Религія эта масонская и дѣлается это не пассивно, а активно. Уже упоминавшійся мною масонъ Марсодонъ пишетъ: «Католики, православные, протестанты, израелиты, мусульмане, гиндуисты, свободомыслящіе, свободо-вѣрующіе — для насъ только имена, а фамилія всѣхъ ихъ франъ-масоны» (Тамъ же, стр. 126).
Тотъ же источникъ указываетъ и несомнѣнно очень хорошо освѣдомленный Архіепископъ Лефебвръ въ опубликованномъ на дняхъ письмѣ Римскому Папѣ 24 іюля с. г. Онъ умолялъ Папу вернуться въ старымъ традиціямъ и писалъ: «Да покинетъ Ваше Святѣйшество гибельное предпріятіе компромисса съ идеями современнаго человѣка, которое беретъ свое начало въ секретномъ соглашеніи между высшими представителями Церкви и масонскими ложами, заключенномъ передъ Вторымъ Ватиканскимъ Соборомъ». (The National Catholic Register, Sept. 19th 1976, p. 2).
Никто не ожидаетъ, что эти діалоги приведутъ разныя вѣры въ подлинному единству даже христіанскихъ исповѣданій. Рѣчь идетъ о нахожденіи формулы для минимальнаго догматизма. Оффиціальный бюллетень Константинопольской Патріархіи въ Женевѣ, вспоминая недавнюю конференцію въ Вѣнѣ, говоритъ, что ея «экклезіологическій діалогъ можетъ служить образцомъ, потому что фактически міръ ожидаетъ сейчасъ объединенія въ единое тѣло и единую мистическую душу всѣхъ тѣхъ, кто нынѣ еще исповѣдуетъ Христа». Но дѣлается оговорка, что «единство никогда не обозначало абсолютнаго единообразія, а (означало) мѣру различія, богатство проявленій и выраженій, структуры и формы, все направляя къ гармоническому синтезису». (Епискепсисъ, № 142 (76)).
Видѣть единство въ «мѣрѣ различія» — это принципъ, котораго не было въ Православіи, всегда искавшемъ полнаго и подлиннаго единомыслія. Экуменическое единство это есть ложь и не удивительно, что его созидаетъ масонство, которое является антихристовымъ авангардомъ. Но Константинопольская Патріархія радуется этому разнородству и пишетъ, что экуменическій духъ означаетъ, что Церковь «находится на пути къ плодотворному синтезису разнородныхъ элементовъ, находящихся въ ней какъ во всякомъ живомъ организмѣ» (Тамъ же, стр. 12).
Теперь появился еще новый факторъ. Экуменизмъ все больше и больше окрашивается іудаизмомъ. О нѣкоторыхъ фактахъ такого рода упоминалось въ бюллетеняхъ Синодальнаго Отдѣла Внѣшнихъ Сношеній. Однако, для полноты картины приведемъ яркій примѣръ.
Въ іюнѣ прошлаго года состоялось совѣщаніе католическихъ и еврейскихъ законоучителей подъ покровительствомъ Американскаго Еврейскаго Комитета и католическаго Университета въ Санъ Луисъ. Обсуждалось современное преподаваніе Закона Божія. О. Джонъ Павликовскій, Предсѣдатель Католическаго Богословскаго Союза, рекомендовалъ слѣдующую «положительную акцію» въ разныхъ областяхъ:
Отвергнуть богоубійственное обвиненіе, что іудеи убили Христа.
Представить ученикамъ іудейскій Завѣтъ, какъ постоянно существующій и дѣйствительный и теперь еще.
Дѣлать удареніе на существованіи Израиля и на нацистскомъ избіеніи евреевъ.
Онъ также предлагалъ такое пониманіе именованію Спасителя Мессіей, которое было бы свободно отъ всякаго анти-іудейскаго предразсудка. (A National Conference Faith Without Prejudice, p. 4-5).
Другой католическій богословъ, о. Альфредъ Макъ Брайдъ предлагалъ не учить больше дѣтей «исторіи спасенія», которая подчеркиваетъ концепцію «завѣта» и «пророчества», представляя Новый Завѣтъ какъ исполненіе Ветхаго, а учить ихъ только исторіи пророковъ. Католическихъ дѣтей надо учить тому, что «мы такъ многимъ обязаны іудаизму и іудеямъ». Это говорилъ Предсѣдатель Католическаго Національнаго Форума Преподавателей Религіи.
Наконецъ, преподаватель Семинаріи Др. Миллеръ говорилъ о необходимости пересмотра «нашей Христологіи такъ, чтобы мы, какъ Христіане, подтвердили нашу честность и въ то же самое время не отрицали чистоту іудейскаго обѣтованія Мессіанской надежды» (стр. 11). Иными словами, онъ предлагалъ такъ исповѣдовать Христа, чтобы это не отвергало ожидаемаго іудеями Мессіи, т. е. Антихриста. Какъ видите, парусники ванъ Бурена широко маневрируютъ и взапуски готовятся плыть въ гавань сына погибели.
Конечно, мы не говоримъ сейчасъ ни о какихъ опредѣленныхъ срокахъ, но мы можемъ сказать, что никогда еще религіозный міръ такъ явно не готовился къ апокалиптическимъ явленіямъ, какъ въ нынѣшнее время. Недавно однимъ греческимъ богословомъ высказывалась надежда, что слѣдующая Ассамблея Мірового Совѣта Церквей могла бы быть вмѣстѣ съ тѣмъ и Вселенскимъ Соборомъ всего Христіанства. Это значитъ ожиданіе сліянія Церкви съ ересями въ теченіи шести лѣтъ. Конечно, и тутъ можетъ быть ошибка въ срокахъ, но сама мысль эта обнаруживаетъ существованіе у экуменистовъ плановъ, которые они надѣются осуществить въ недалекомъ будущемъ.
Хочется вѣрить, что осуществленіе такихъ плановъ не обойдется безъ сопротивленія православныхъ силъ, хотя до сихъ поръ оно мало замѣтно. На Востокѣ слишкомъ привыкли идти за Константинополемъ. Въ этомъ видятъ вѣрность греческой національной идеѣ и нѣкоторые тамъ могутъ устремляться въ экуменизмъ, не задумываясь, куда это ведетъ.
Способствуетъ этому и Москва, которая усвоила экуменизмъ для экспорта не меньше Константинополя, но снабдила его еще «богословскимъ» обоснованіемъ соціальныхъ революцій и созданія коммунистическаго интернаціонала, какъ якобы несущаго съ собою земной рай и объединеніе всего человѣчества въ единый сверхъ-церковный организмъ. Прибавимъ къ этому, навязываемое въ діалогѣ съ іудеями то, что называютъ «богословіемъ избіенія», имѣя въ виду уничтоженіе евреевъ нацистами. Это т. н. «богословіе» означаетъ, что христіане должны раскаиваться въ этомъ избіеніи, ибо источникъ его якобы въ христіанствѣ, въ отрицаніи іудейскаго современнаго мессіанизма. Самъ ванъ Буренъ непосредственно за своимъ образомъ регаты въ томъ же абзацѣ переходитъ къ этому вопросу. «Все большее число богослововъ, — пишетъ онъ, — явно начинаютъ безпокоиться относительно избіенія. Нѣкоторые уже принимаютъ во вниманіе Израиль». Здѣсь очевидно имѣется въ виду воспріятіе возстановленія Израильскаго государства религіозно, какъ наступленія обѣтованій Израилю. Ванъ Буренъ замѣчаетъ: «…тотъ фактъ, что антиіудаизмъ коренится въ Новомъ Завѣтѣ, едва-ли можно отрицать» (тамъ же, стр. 24).
Нетрудно догадаться, куда клонится эта мысль.
Въ томъ же сборникѣ, что и статья ванъ Бурена есть статья Розмари Р. Рютеръ (Rosemary R. Ruether). Вотъ, что она пишетъ: «Мы, которые въ теченіи двухъ тысячъ лѣтъ представляли Евреевъ какъ символъ темныхъ силъ, теперь должны обратить это сужденіе обратно, противъ себя. Это наше извращеніе нашей мессіанской вѣры демонизировало еврейское соціальное существованіе въ христіанскихъ странахъ въ такой степени, что наконецъ привело къ Избіенію. Мы распинатели въ этой драмѣ, а не невинныя жертвы. Т. о. ставится знакъ вопроса надъ всей нашей исторіей и цивилизаціей» (тамъ же, стр. 36). Практическій выводъ дѣлается тотъ, что надо исключить изъ нашей вѣры все, что относится къ распятію Спасителя іудеями. Въ конечномъ счетѣ это приведетъ къ требованію цензуры Новаго Завѣта. О необходимости такого мѣропріятія довелось читать еще въ 1920 г. въ оффиціальномъ органѣ Б’ней Б’ритъ, какъ о требованіи Анти-Дефамаціонной Лиги. Тогда это звучало мечтой, а теперь — не очень далекой возможностью.
Не приходится скрывать, что пока только голосъ нашего Митрополита поднимается въ Православномъ мірѣ, предупреждая о соблазнѣ экуменизма.
Все, о чемъ здѣсь идетъ рѣчь, не является отвлеченнымъ разсужденіемъ. И конечно, это далеко отъ политическаго и рассоваго антисемитизма. Но мы всѣ знаемъ, что существуетъ іудейское мессіанство. Оно всегда существовало, но никогда еще не пріобрѣтало такого реальнаго всемірнаго знаненія, какъ сейчасъ.
Намъ нѣтъ надобности пугать паству, но нашей пастырской задачей является пониманіе знаменій времени. Очень легко во имя спокойствія и удобства вовлечься въ экуменическій процессъ. Онъ всегда начиналея съ актовъ, казавшихся незначительными. Удержаться отъ этого можно только полной неуступчивостью въ этой области. Кто какъ не пастыри должны воспитывать свою паству въ непоколебимой твердости и пониманіи знаменій времени?
Было бы близоруко и неразумно не понимать того, что такой путь связанъ съ большими трудностями. Паствѣ не легко стать на путь исповѣдничества. Не легко это и пастырямъ, особенно если ихъ окружаютъ люди, которыхъ хочется любой цѣной сохранить согласіе со всѣми, даже и съ еретиками. Примѣръ католиковъ у насъ на лицо. Еще 20 лѣтъ тому назадъ они казались непоколебимыми, а теперь среди нихъ нашелся только одинъ епископъ, который возсталъ противъ обновленчества, внесеннаго Папой послѣ Второго Ватиканскаго Собора. Это не значитъ, что всѣ епископы кромѣ него согласны съ Папой. Несогласные сѣтуютъ, ворчатъ, но не имѣютъ духовной силы выступить открыто. Впрочемъ, ихъ и не такъ много.
То же самое происходитъ и среди православныхъ. Конечно, не всѣ греческіе епископы согласны съ идеей обновленческихъ реформъ и экуменизмомъ Константинополя и, отчасти Аѳинъ. Только иноки Св. Аѳонской Горы и греческіе защитники церковнаго календаря выступаютъ опредѣленно. Вообще же, новостильный греческій епископатъ если не дѣломъ, то молчаніемъ предаетъ истину.
Подлинно православные греки, въ томъ числѣ и присоединившіеся къ нашей Зарубежной Церкви, уже практически разрѣшили этотъ вопросъ. Они руководствуются строгой безкомпромиссной практикой. И не только епископы, но и ихъ паства оказались болѣе чѣмъ наши духовно подготовлены даже къ полной изоляціи во имя вѣрности истинѣ. Для нихъ, наша осторожность выглядитъ какъ компромиссъ. Наши прихожане, напротивъ, еще не всегда понимаютъ всю глубину разницы между нами, Константинополемъ, Московской Патріархіей и Американской Митрополіей. Строгое сужденіе о нихъ можетъ быть будетъ пугать и представляться неразумной узостью. Отъ послѣдней и отъ гордости да хранитъ насъ Господь.
Церковь никогда не торопилась налагать печать ереси на кого бы то ни было. Кириллъ Александрійскій долго велъ переписку и употреблялъ уговоры ранѣе, чѣмъ написалъ свои анаѳематизмы. Но когда приходитъ время, то широкое распространеніе заблужденія вызываетъ необходимость полнаго отмежеванія отъ тѣхъ, кто его исповѣдуетъ. Бываетъ необходимость ограждать паству отъ всякаго общенія съ ересью. Это бываетъ больно, это трудно, это требуетъ большихъ усилій. Но исповѣдничество никогда не бываетъ легкимъ.
Все это надо знать для того, чтобы имѣть возможность дать отвѣтъ вопрошающимъ. По слову св. апостола Петра мы всегда должны быть готовы всякому, требующему у насъ отчета въ нашемъ упованіи дать отвѣтъ съ кротостью и благоговѣніемъ (1 Петр. 3, 15). И св. апостолъ Павелъ поучаетъ насъ: Со внѣшними обходитесь благоразумно, пользуясь временемъ. Слово ваше да будетъ всегда съ благодатью, приправлено солью, дабы вы знали канъ отвѣчать каждому (Кол. 4, 5-6). Но отвѣтъ этотъ долженъ быть очень опредѣленнымъ по слову Спасителя: да будетъ слово ваше «да, да», «нѣтъ, нѣтъ»; а что сверхъ этого, то отъ лукаваго (Матѳ. 5, 37).
Огражденіе православныхъ христіанъ отъ участія въ антихристовомъ дѣлѣ насажденія беззаконія, является задачей пастырей съ ранняго возраста каждаго изъ ихъ пасомыхъ. Наставляя родителей, пастырь долженъ научать ихъ тому, чтобы дѣти ихъ росли въ атмосферѣ Православія, которая прежде всего создается православнымъ домашнимъ бытомъ.
Съ другой стороны, человѣческая природа дѣлается воспріимчивой къ дѣламъ беззаконія черезъ окружающую среду, пріобщающую ее къ дѣламъ безплоднымъ тьмы (Ефес. 5, 11). Чѣмъ позднѣе юноши и дѣвушки соприкоснутся съ этой областью, тѣмъ легче имъ отъ нея обороняться. Важно, поэтому, возможно дольше охранять ихъ отъ подобныхъ искушеній. Но если нынѣ трудно жить въ мірѣ и совсѣмъ имъ ее подвергаться, то особенно важно противодѣйствовать этому тлетворному вліянію близостью къ текущей благодатной жизни Церкви такъ, чтобы святость была имъ привлекательна, а область невѣрія, разврата, ереси и всякой формы сатанизма стала для нихъ отвратительной и отталкивающей при первомъ же соприкосновеніи съ нею.
Тогда всякая попытка завлечь ихъ въ тайныя антихристіанскія организаціи, даже и притворяющіяся христіанскими, будетъ вызывать у нихъ отталкиваніе. Они почувствуютъ, что самое наименованіе такихъ организацій тайными, уже обличаетъ свойственное имъ служеніе тьмѣ и участіе ихъ въ тайнѣ беззаконія (2 Сол. 2, 7).
Далѣе, важно воспитывать въ паствѣ сознаніе, что только въ одной Православной Церкви есть истина и что истина эта несовмѣстима ни съ какимъ заблужденіемъ. Церковь въ лицѣ Св. Апостоловъ и Св. Отцовъ учитъ насъ не соглашеніямъ съ заблуждающими, не компромиссамъ съ ними, а паче ихъ обличенію (Ефес. 5, 11).
Православные люди, поэтому, должны устраняться отъ всякаго соглашательства, которое принято теперь насаждать въ экуменизмѣ черезъ такъ наз. «діалоги». На самомъ дѣлѣ они не являются проповѣдью истины, а ищутъ соглашенія ея съ заблужденіемъ. Напротивъ, намъ слѣдуетъ помнить, что истина должна быть предметомъ проповѣди, а не компромиссныхъ соглашеній. Слово Божіе, хранимое и проповѣдуемое Церковью, есть чистая истина (Іоан. 17, 17), а не смѣшеніе истины съ какой бы тони было долей лжи.
Если нынѣ исповѣданіе истины въ коммунистическихъ странахъ связано съ притѣсненіемъ и мученичествомъ, то никто не знаетъ, не придется-ли и ему быть поставленнымъ во свидѣтельство (Матѳ. 10, 18; Марк. 13, 9) и въ странахъ, которыя сейчасъ свободны.
Поэтому всѣмъ полезно помнить, что способенъ сохранить истину и вѣру въ такихъ условіяхъ только тотъ, кто исполненъ любви къ Богу, не привязанъ къ благамъ міра сего и болѣе дорожитъ своимъ единствомъ съ Церковью Христовой, чѣмъ внѣшнимъ благополучіемъ и личными отношеніями.
По этой причинѣ въ исповѣданіи вѣры никто не долженъ бояться того, что онъ окажется въ меньшинствѣ или подвергнется критикѣ за то, что не вступаетъ въ общеніе таинствъ съ нѣкоторыми іерархами и клириками другихъ Православныхъ Церквей. Общеніе въ таинствахъ и молитвахъ есть свидѣтельство догматическаго единомыслія и оно звучало бы фальшиво тамъ, гдѣ его не существуетъ вслѣдствіе неправославныхъ экуменическихъ заявленій и дѣйствій нѣкоторыхъ нашихъ братьевъ.
Если иногда, можетъ быть, трудно опредѣлить, кто изъ нихъ уже окончательно впалъ въ экуменическую ересь настолько, что совсѣмъ утратилъ благодатное совершеніе таинствъ, а кто находится только на пути къ этому, то надо помнить, что даже и послѣднее настолько повреждаетъ вѣру, что мы вынуждены устраняться отъ общенія съ ними въ таинствахъ хотя бы изъ предосторожности, чтобы оградить свои души отъ всякаго пріобщенія къ лжи.
Не боясь обвиненій въ узости или т. наз. фанатизмѣ, пастырь передъ лицомъ столь распространеннаго экуменическаго равнодушія къ истинѣ, долженъ учить свою паству безкомпромиссной ревности объ истинѣ, самъ давая примѣръ самоотверженнаго и безбоязненнаго исповѣданія Православной Вѣры.
Источникъ:Епископъ Григорій (Граббе). Церковь и ея ученіе въ жизни. (Собраніе сочиненій.) Томъ третій. — Джорданвилль: Тѵпографія преп. Іова Почаевскаго, 1992. — С. 161-172.
Все возглавление Московской Патриархии в своем последовательном, намеренном и добровольного стоянии в продолжении 63-х лет в сергианстве, а затем и в экуменизме, настолько сроднилось с этими двумя ересями, что перестало быть способным возродиться и вернуться к корням истинного Православия. Тем временем апологеты сергианства начинают уже интенсивно оправдывать самого митрополита Сергия, указывая на тот факт, что последним руководило подписать пресловутую Декларацию ни что иное, как горячее желание спасти Церковь в тех ужасных условиях разбушевавшегося воинствующего безбожия. Такие защитники сергианства, стремящиеся подложить некую видимость фундамента под ложь и обман этой ереси копают глубокую яму своим владыкам, яму, из которой они никогда уже не выйдут. Для вселенской православной мысли уже ясно, что все мы спасаемся в Церкви и Церковью, но не спасаем Церковь. Никто никогда из всех свв. Отцов не выразил такую нелепую мысль, граничащую с невежеством в области самого догмата о Церкви. Господь наш Iисус Христос есть единый Спаситель Церкви, как Ея Глава, и только Он Един и никто никогда кто другой. А последние события в России нам показали, что вожди Московской Патриархии не сумели или сами не захотели воспользоваться гласностью и перестройкой, промыслительно данной им этой отдушиной и тем окончательно убедили всех в их безнадежной закостенелости и в их состоянии глубочайшего рабства партии. Будем же мы, наконец, откровенными и говорить правду в лицо. Для всякого же честного, правомыслящего православного — будь то мирянин, а тем более клирик или епископ не только Русской Православной Зарубежной Церкви, но любой Поместной Церкви, такое продолжительное упорное пребывание в явном заблуждении делает правителей этого патриархата подсудимым организмом пред вечной Истиной — Христом. Но какой Собор будет их судить, когда столько иерархов других Православных Церквей разделяют с Москвой экуменические принципы и заблуждения?! А мы архиереи Русской Православной Зарубежной Церкви, будучи только свободной частью Российской Церкви, никогда не замышляли облечься в тогу таких судий. Однако, есть о чем задуматься, потому что мы одним своим существованием обличаем Москву, и даже если бы совсем молчали, то и тогда бы и de facto и de jure были бы все-таки их молчаливыми судьями. И наше настоящее место пока что не на суде, а только на совести правителей Московского Патриархата. И не мы сами себя поставили в эту духовную область совести, но Сам Господь. Из всего сказанного явствует, что все вершители судеб Московской Патриархии, за невозможностью быть судимыми настоящим безпристрастным, нелицемерным Архиерейским Собором и Судом отданы на Суд Божий. И это страшно, ибо „страшно впасть в руки Бога Живаго». Аминь. Митрополить Виталий (Устинов). 1986 г.
В преддверии Архиерейского Собора РПЦЗ 1998 г., митрофорный протоиерей Роман Лукьянов обратился ко всей Зарубежной Церкви с открытым посланием «Путь Русской Зарубежной Церкви. Наблюдения и мысли старого священника», в котором призывал Церковь принять участие в созываемом Московской патриархией поместном соборе 2000 г. В своем послании он утверждал, что патриархия для РПЦЗ является «Матерью-Церковью», что все разногласия с ней уже упразднены, и что, в случае несогласия идти с ней на соединение и участвовать в ее соборе, Зарубежная Церковь «из неотъемлемой части Русской Поместной Церкви» превратиться в «самодовлеющую секту». На это послание последовал строгий ответ Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви митрополита Виталия, который и публикуется ниже.
Батюшка, отец Роман!
Я получил Ваше «Послание».
Надо сказать, что Вам не дано право обращаться с посланиями ко всей нашей Церкви, и нет причины, по которой Вы можете это изменить. Ваше положение даёт Вам право и ответственность пещися о вечном спасении душ Ваших прихожан.
Теперь перейдём к главному вопросу. Вы бы никогда не написали такого «послания», если бы всё знали. А писать о таком важнейшем вопросе наших дней, как Московская патриархия и Русская Зарубежная Церковь, надо только тогда, когда имеешь все факты налицо.
Господь попускает время от времени в истории Церкви появляться искушению. Мы знаем все Вселенские Соборы, которые собирались из-за ересей, смущавших души верующих. Какое теперь перед нами искушение? Европейские христианские религии или какие секты? Нет!
В данный момент главное искушение, которое стоит перед нами, это Московская патриархия, и правильно, по-православному к ней относиться или нет, это значит правильно или неправильно относиться ко Христу, т.е. к Самой Истине. Вот почему МП является серьёзнейшим вопросом для каждого православного русского человека, ибо от этого зависит наше вечное спасение или наша гибель.
Вы, наверное, ничего не знаете, и это Ваша фатальная ошибка. Вы не просмотрели всех документов о том, что произошло с МП, начиная с митрополита Сергия. Вы, не зная этого всего, позволили себе писать такое «послание», не вдумчивое и не справедливое по отношению к Русской Зарубежной Церкви, которая, вот уже почти 80 лет, идёт прямым путём, не уклоняясь ни в какое бездорожье.
Это Ваш грех, батюшка.
Теперь подойдём ближе к вопросу. Мы с Московской патриархией не имеем никакого общения — ни молитвенного, ни единения в таинствах. И не потому, что мы критикуем её, а потому, что есть канонические правила, на которых стоит Церковь Христова от начала Ея основания нашим Спасителем, которые нарушила Московская патриархия. Каноническое нарушение равносильно уничтожению Церкви. А каноническое нарушение МП есть нарушение Апостольской Преемственности!
Ясно, что Вы этого не знаете, и позволили себе писать такое недостойное «послание».
В чём же дело?
Дело очень серьёзное. С начала своего существования Русская Православная Зарубежная Церковь вообще не имела общения с Московской патриархией по очень уважительным причинам. Вспомним, как Патриарх Тихон своим актом от 24 декабря 1924 года назначил после своей кончины, впредь до избрания нового Патриарха, одного из трёх митрополитов, кто будет иметь возможность пребывания в Москве, — Кирилла, Агафангела или Петра Крутицкого. Митрополиты Кирилл и Агафангел советской властью не были допущены в Москву из ссылки, и 58 архиереев, собравшихся в Москве на погребение Патриарха Тихона, признали Местоблюстителем патриаршего престола Митрополита Петра Крутицкого, впредь до законного избрания нового Патриарха.
Митрополит Пётр управлял Церковью около девяти месяцев. Он был лоялен по отношению к советской власти в том смысле, что не выступал против неё, но решительно отказался делать какие бы то ни было, в пользу советской власти, ложные заявления и выполнять её требования, неприемлемые для Церкви. 27 ноября/10 декабря 1925 года он был арестован и сначала заключён в Бутырскую тюрьму вместе с уголовными преступниками в общей камере, а затем был сослан вглубь Азии.
За несколько дней до своего ареста Митрополит Пётр назначил своим заместителем находящегося в Москве Митрополита Сергия и указал возможных двух других заместителей — Митрополита Михаила, Экзарха Украины, и Ростовского архиепископа Иосифа Петроградского. Митр. Сергий Страгородский сначала тоже не подписал «Декларацию» и попал в тюрьму, но очень скоро из неё вышел. Это сделалось очень подозрительным для всех верующих. Оказалось, что он подписал эту «Декларацию». Другими словами, передал Церковь безбожной большевицкой власти. Этим он лишил Её внутренней духовной и административной свободы.
Когда Митрополит Пётр узнал, что митрополит Сергий подписал «Декларацию» — другими словами, изменил весь курс жизни Церкви, — то он ему из тюрьмы написал два письма (копии этих писем у нас есть), в которых он говорит, очень вежливым тоном, что «Вы, Ваше Высокопреосвященство, не имели права изменять курс Церкви», т.е. предать Её большевицкой власти. На эти письма он ответа не получил.
А он был настоящая его власть.
Ясно, что Сергий заключил, что арест Митрополита Петра есть уже отстранение его и от церковной власти, что совершенно против православных канонов.
Тогда Митрополит Пётр послал письмо с человеком, думая, что почта виновата, и на это письмо митр. Сергий не ответил своему начальству, сидящему в тюрьме, но начальству! И никакая большевицкая власть не может лишить ни одного архиерея, ни священника духовной власти. Вы это должны знать. Несмотря на это, Сергий решил, что он уже может не считать его своим старшим. И когда Митрополит Пётр вернулся из ссылки, то большевики поняли, что Митрополит Пётр в Церкви старше митр. Сергия, тогда они немедленно его арестовали и расстреляли. Все правящие епископы (а их было до 10) не подчинились митр. Сергию, как наследнику Патриарха. И их всех арестовывали, посылали в ссылки и, в конце концов, убивали.
Большевики всячески открывали путь митр. Сергию. Таким образом, митрополит Сергий стал на путь кровавый священномучеников Российских. А Ленин сказал как-то, «раз вам нужна Церковь, мы её вам и дадим, даже дадим патриарха, но МЫ дадим вам патриарха. МЫ дадим вам и церковь».
Вы, о. Роман, конечно, этого не знаете и поэтому позволили себе писать такую «писанину».
С того момента, когда митр. Сергий перестал считать Митр. Петра Крутицкого своим начальством, он лишил себя АПОСТОЛЬСКОЙ ПРЕЕМСТВЕННОСТИ и сделался узурпатором. Вот на какой путь пошёл митр. Сергий, а за ним все остальные патриархи и митрополиты до сего дня; почему мы не имеем никакого общения с Московской патриархией. Это ЛЖЕ-патриархия, во главе со ЛЖЕ-патриархом. Это и есть настоящая причина. Мы не ругаемся и не говорим, что она такая-сякая, а суть дела в том, что МП лишилась апостольской преемственности, т.е. лишилась благодати Христовой.
Ясно, батюшка, Вы, всего этого не зная, позволили себе писать такое «послание», непродуманное и недостойное Вашего сана. Как Ваш Первоиерарх и Правящий Архиерей, я прошу Вас прекратить это Ваше писание. Мы совсем не собираемся участвовать в каком-то соборе вместе с Московской патриархией, и, по Вашему заявлению, мы тогда превратимся в секту.
Как, после такого утверждения, Вы имеете моральное право быть настоятелем прихода Церкви, в каноническое стояние которой Вы совсем не веруете?
Призываю на Вас Божие благословение.
Ваш искренний доброжелатель в Вашем вечном спасении.
Мюнхен, 20 ноября/3 декабря 1996 г. Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Виталию, митрополиту Восточно-Американскому и Нью-Йоркскому
Ваше Высокопреосвященство, дорогой о Господе Высокопреосвященнейший владыко!
На прошлой неделе я совершенно неожиданным для себя образом оказался в России, где пробыл всего четыре дня. Около месяца назад мне стали звонить из университета и из областного управления Твери, приглашая меня на международную научную конференцию по поводу 725-летия Св. вел. князя Михаила Ярославича Тверского. Они каким-то образом узнали, что я в свое время написал докторскую диссертацию в Гейдельбергском университете на тему о письменности тверского княжества 14-16 веков и очень хотели, чтобы я на этой конференции выступил с докладом на эту тему. Сначала я не думал, что мне удастся участвовать, как из финансовых соображений, так и по краткости срока для получения визы. Но потом все это буквально в последний момент уладилось, и я полетел. Меня встретили прямо на аэродроме в Москве – встретил профессор-славист, член Академии Наук из Москвы с водителем из Твери. Поздним вечером мы приехали в Тверь – прямо на прием. Собрались слависты, историки, литературоведы, языковеды, социологи из России и заграницы.
Еще вечером я в разговоре с одним профессором из Москвы задал вопрос, как же будет реагировать местный архиерей МП на мое присутствие. Из последующего разговора я понял, что там уже была какая-то напряженность. Хотя час был поздний, я решился прямо позвонить епископу Виктору. Он откликнулся очень приветливо – оказалось, что он украинец из Почаева, – и мы договорились на встречу на следующее утро перед началом конференции. Утром он принял меня радушно, и когда мы приехали на конференцию, я понял, что сделал правильный шаг, потому что там присутствовало человек 20 его священников. Видя, что мы с ним беседуем, они все стали подходить ко мне под благословение и сразу была снята возможная напряженность.
На конференции всячески подчеркивали, что я – архиерей Зарубежной Церкви. Мой доклад был принят с большим восторгом, и тут же меня пригласили на следующий день выступить перед студентами- славистами Тверского университета. Эта встреча со студентами была также очень оживленная. Я не только прочел доклад о древневековой тверской письменности, но после него отвечал на самые разные вопросы студентов и профессуры. Они тут же решили взяться за перевод моей диссертации на русский язык.
Посещая в перерывах между сессиями конференции храмы Твери, я убедился, что там растет новое поколение образованных и идейных священнослужителей и во всех отношениях ведется самая положительная церковная деятельность. Конечно, вполне возможно, что это – епархия исключительная, но то, что я впоследствии увидел в Москве, не намного отличается от этого.
После двух дней в Твери я провел третий день своего пребывания в России в Москве. Там я (по своей инициативе – Из циркулярного письма Архиеп. Марка «Всем священнослужителям») встретился с патриархом, углубляя очень поверхностную и краткую беседу, которая состоялась у нас с ним в прошлом году в Мюнхене, прежде всего, о собеседованиях с клириками МП, в которых мы в последнее время обсуждали самое трудное время деятельности митрополита Сергия. Беседа была очень спокойная, и во всем чувствовалось, что патриарх сознательно избегает всяких заострений. Однако и здесь, как раньше в Твери, присутствовало чувство боли, причиненной нашей историей с Валентином, тем более что валентиновская группировка все дальше принимает самых неприглядных людей. Боль вызвана особенно тем, что мы не поняли, что МП в советское время не имела возможности запрещать священнослужителей или лишать их сана, если у них была, как у Валентина, поддержка уполномоченных. В разговоре с патриархом я также чувствовал искреннее желание честно обсуждать все проблемы, которые нас разделяют.
Как в Твери, так и в Москве, я понял из бесед со священнослужителями, что экуменизм давно отжил свой век за исключением горстки отчаянных его защитников. Везде строят баптистерии, чтобы крестить взрослых полным погружением.
После встречи с патриархом я посетил несколько монастырей и храмов в Москве. Когда я там бывал раньше, я просто не осмеливался к ним заходить, а теперь везде был встречен с любовью и пониманием. Может быть, им уже легче проглотить зарубежников, чем украинцев или других чудаков.
Во всем я вижу в Церкви, так же, как и во всем обществе, большие сдвиги в положительную сторону. Я вернулся весьма воодушевленным и укрепился в своем убеждении, что надо с этими людьми поддерживать человеческий контакт, чтобы хотя бы достичь взаимопонимания.
Говорят, что владыка Лавр одновременно со мной был в Москве, но я не успел с ним повидаться, желая максимально использовать то краткое время, которое было в моем распоряжении для ознакомления с местной обстановкой.
Прошу Ваших святительских молитв и остаюсь с любовью во Христе. Вашего Высокопреосвященства недостойный послушник
+ Марк, Архиепископ Берлинский и Германский
* *
ПИСЬМО МИТРОПОЛИТА ВИТАЛИЯ АРХИЕПИСКОПУ МАРКУ 29 нояб./12 дек. 1996 г.
Ваше Преосвященство, Преосвященнейший Владыко,
Получил я Ваше письмо-доклад о Вашей поездке в Россию, о чем Вы меня не осведомили заранее, как это у нас принято. С большим вниманием прочитал я Ваш рапорт и имею Вам сказать следующее: ничего в Вашей поездке и случившегося с Вами в России нет случайного. Все было подготовлено, продумано и планировано Московской Патриархией. Я считаю, что Вас духовно прельстили, очаровали и до известной степени пленили. В таком духовно не трезвом состоянии Вы утратили дар Св. Духа, различие духов и на все стали смотреть превратно, через розовые очки. Для Вас вдруг экуменизм куда-то провалился, и это все с Вами произошло тогда, когда М.П. объявила во всеуслышание, orbe et urbe, что все наши священномученики пострадали вне ограды Церкви и по этой причине этих страстотерпцев М.П. не прославляет. А для самой М.П. эта Церковь УЗУРПАТОРА ЦЕРКОВНОЙ ВЛАСТИ митрополита Сергия и, конечно, последовательно его преемников вплоть до патриарха Алексея II. А для нас это Церковь лукавствующих, ЦЕРКОВЬ АНТИХРИСТА. Этим своим кощунственным объявлением Московская Патриархия завершила и запечатлела свое безвозвратное отпадение от тела Церкви Христовой.
Теперь уже на нас ложится священный долг и неотъемлемое право также, orbe et urbe, объявить о БЕЗБЛАГОДАТНОСТИ Московской Патриархии и уже больше не иметь с ней никакого общения. Нельзя не отметить, что непрославление священномучеников раскрывает, в какую бездну богословского невежества в области догмата о Церкви впала Московская Патриархия.
Очень боюсь, Владыко, что Ваш личный, необдуманный и без совета скоропостижный шаг и его последствия, лишив Вас дара различия духов, поставили Вас у самой пасти древнего дракона, готового Вас поглотить. Да не будет с Вами такового, о чем буду молиться нашей Одигитрии в день Ее праздника.
Мы, Владыка, не чудаки, а Церковь Христова, на земле воинствующая. Ваша поездка в Россию, якобы научного характера, а потом и в Москву к патриарху Алексею, превратилась в незаконное общение с Московской Патриархией, на что Вы не имели никакого благословения. Теперь также стало известно, что Вы в свое время уже встречались с патриархом ТАЙНО ОТ НАС, а сейчас Вы поехали в Москву вторично встретить патриарха, к чему «научная комиссия» в Твери Вас не приглашала. Как это типично для Московской Патриархии: собрать отовсюду славистов, историков, литературоведов, языковедов и социологов шевелить запыленные архивы древней письменности, пуская пыль в глаза массе недогадливых и недомыслящих мещан (т.е. рядовым гражданам России. ред.), pour epater le bourgeois, и одновременно кощунственно надругаться над кровью священномучеников и исповедников российских. Вот она, красная Московская Патриархия во всей своей красе! Как это все огорчительно и скорбно!
+ Митрополит ВИТАЛИЙ
* *
ПИСЬМО АРХИЕПИСКОПА МАРКА МИТРОПОЛИТУ ВИТАЛИЮ Мюнхен, 14 декабря 1996 г.
Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Виталию, митрополиту Восточно-Американскому и Нью-Йоркскому, Первоиерарху Русской Зарубежной Церкви
Мне очень жаль, что я Вам причинил боль и огорчение. Никак не желал этого. Глубоко кланяюсь перед Вами, каюсь и прошу прощения. Я потрясен Вашим заявлением, что я утратил дар Св. Духа, и одновременно утешен Вашим обещанием помолиться обо мне грешном перед нашей Одигитрией. Владыко святый, я Вась уверяю, что я не смотрю через розовыя очки. Вы знаете в какой-то мере, сколько я терпел и терплю от Советской власти, от Владимирскаго Братства здесь в Германии и т. п. Я сын Зарубежной Церкви и желаю оставаться верным ея традициям до конца моих дней. Я никогда не отступал от устоев Зарубежной Церкви и не желаю отступить от них в будущем. Во всем, что я делаю, я всегда руководствуюсь тем, что я считаю полезным для Церкви.
О каком прельщении может быть речь, когда я в течении последних лет отсудил храмы у Патриархии, судился и в последние месяцы и вот-вот должен принять еще один храм? Я не считаю, что прельщен чем-нибудь. В этом отношении не только я сам стараюсь следить за собой, но братия нашей обители замечает все перемены и иногда не стесняется говорить со мной откровенно. С этой именно целью я перед своей хиротонией настаивал на том, чтобы место моего пребывания было только в монастыре. Я отчетливо вижу недостатки церковной жизни в России, как в МП, так же и в унаследованных от нея наших приходах.
Где была наша трезвость, когда мы стали принимать священников и приходы в России, не зная их жизни и особенностей, принимая Валентина и подобных заслуженных сотрудников КГБ, перед которыми дрожали даже архиереи МП? Я в свое время не хотел навалить на наши плечи то, что к нам переливали из МП, но наш Собор решил иначе, и я принял это решение как наше общее и стал жить по соборной совести. Я вижу недостатки, но не могу закрывать глаза и перед переменами к лучшему. Мы требуем покаяния. Патриарх несколько раз официально в своих речах каялся, а мы делаем вид, как будто ничего не сдвинулось с места. Не обязывает ли нас Св. Евангелие, наше историческое происхождение, наша принадлежность к Русской Церкви к тому, чтобы искать пути к преодолению разрыва? Иначе, ведь, нам грозит страшная опасность вообще потерять связь с русским народом. Мои духовные отцы и наставники учили меня любить этот народ и его Церковь, и я безо всякой корысти отдал свою жизнь служению этим идеалам. В этом духе на последнем Соборе говорилось о возможности посылать наблюдателей на Соборы МП и только этим духом я и руководствовался.
Вашему Высокопреосвященству известно, что я строю первый кафедральный собор, посвященный Свв. Новомученикам и Исповедникам Российским. Знаю, что это не моя заслуга. Ведь мы не считаем мучеников как бы только нам принадлежащими. Что бы там в Москве ни было, когда и там начинают мучеников прославлять, я радуюсь и чувствую, что и другие наши епископы и священнослужители и паства, совершенно не изменяя нашим убеждениям, этому радуются.
Владыко святый, мы ни на Архиерейских Соборах, ни на заседаниях Синода, ни разу не посвящали времени и труда изучению вопроса нашего каноническаго положения, нашего отношения к другим частям Русской Церкви, возможных дальнейших путей нашего развития. Наши верующие отчаиваются, не видя у нас никакого движения.
Я сознаю, что я должен был посоветоваться перед встречей с патриархом. Думаю, что моя беседа с патриархом не превысила тот уровень, до котораго дошла в свое время с ним беседа Владыки Митрофана, но как он, так же и я, единомысленны с Собором. Но не может ли этот случай послужить толчком для того, чтобы мы на следующем Собор безстрастно обсуждали вопрос нашего отношения к русскому народу, к МП и разным отраслям катакомбных структур, к Русской Церкви как желаемому единому Телу? Мне кажется, что эти вопросы настоятельно требуют тщательнаго разбора, серьезно поставленных докладов, как это бывало раньше. Наше «Положение» нас обязывает к этому. На прошедшем Соборе этой теме было посвящено всего лишь несколько минут, между тем, как мы целыми днями должны были слушать ссоры российских архиереев. Какую пользу мы могли бы все почерпать из откровеннаго и обоснованнаго обсуждения насущных церковных, канонических проблем!
Вашего Высокопрекосвященства послушник. + Марк, Архиепископ Берлинский и Германский
* *
ПИСЬМО МИТРОПОЛИТА ВИТАЛИЯ АРХИЕПИСКОПУ МАРКУ 01/20/97 20:00 FAX 212 534 1798
Synod of Bishops PRESIDENT OF THE SYNOD OF BISHOPS OF THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH OUTSIDE OF RUSSIA 75 East 93rd Street, New York, NY, 10128 USA 8011 Champagneur Ave. Montreal, Que. H3N 2K4 CANADA 6/19 января 1997 г.
Ваше Преосвященство, Преосвященнейший Владыко,
Ваше письмо меня очень удивило. Вы просите у меня прощения за то, что Вы причинили мне скорбь и огорчение. Да разве дело во мне? Я скорбел за Вас и огорчался за Вас и за всю Церковь. Вы потрясены тем, что я, мол, считаю Вас утратившим дар Св. Духа. Я так же потрясен Вашим непониманием, ибо хорошо знаю, что Вы прекрасно владеете русским языком. Я нигде, никогда не писал, что Вы утратили дар Св. Духа, ибо такое мое заявление равносильно было бы сказать Вам, что Вы уже больше не Православный Архиерей. Я обвинял Вас и не снимаю своего обвинения, потому что я написал Вам, что Вы утратили дар Св. Духа, а именно какой дар «различия духов». А что Вы были прельщены, Вы сами это доказали, объявив в своем письме мне, что в Московской Патриархии вдруг не стало экуменизма. И все это после того, как за два месяца тому назад Вы после разговора с каким то московским архиереем мне откровенно сказали: «Чтобы убедиться в том, что совершенно безнадежно вести переговоры с М. П., надо только с ними поговорить». Это почти Ваши слова. Такия скоропостижныя перемены в Вашем мышлении лучшее доказательство, что я прав, сказав, что Вас прельстили, очаровали.
Ко всему этому должен напомнить, что в своем рапорте Совета по делам религии членам Центральнаго Комитета коммунистической партии СССР В. Фуров разделил весь епископат на три группы и поименно назвал всех епископов. В первую вошли: Митрополит Таллиннский Алексей II, нынешний патриарх и всех их 15. Этих Фуров считает полностью своими, и не только лояльными, но и на словах, и в своей деятельности. В этих грехах ни Патриарх Алексей II, ни его епископы никогда не каялись. Патриарх Алексей II просто каялся один раз перед Великим Постом, как полагается, и этому «покаянию» вдруг Московская Патриархия приписывает всестороннее значение. Вы же не преминули нас обвинить в том, что мы приняли грустной памяти Валентина, но разве можно сравнить Патриарха Алексея и масштаб его разрушительной силы внутри всей Церкви с ничтожной сошкой Валентином?
Заканчивая свое письмо, еще могу сказать, что Господь попускает Своей Церкви быть искушенной той или иной ересью, неправдой для Ея очищения. Нас в данный век не искушают ни католики, ни протестанты, никакая другая секта, а только М. П., и правильное или неправильное отношение к ней есть экзамен, данный нам Господом, как мы стоим перед Истиной, Самим Христом. Нас искушает Московская Патриархия, и никто, и ничто другое.
Три мои предшественники, благословенной памяти Митрополиты, нам точно и ясно указали правильный путь. Я только стараюсь держаться их указаниям и продолжать идти их бескомпромиссным, правильным путем.
Помоги нам всем Господь в этом искушении. Ваш искренний доброжелатель + Митрополит Виталий
* *
ПИСЬМО АРХИЕПИСКОПА МАРКА МИТРОПОЛИТУ ВИТАЛИЮ Марк, Архиепископ Берлинский и Германский Мюнхен, 9/22 января 1997 г. Свят. Филиппа Моск.
Его Высокопреосвященству, Высокопреосвященнейшему Виталию, Митрополиту Восточно-Американскому и Нью-Йоркскому, Первоиерарху Русской Зарубежной Церкви
Ваше Высокопреосвященство, Высокопреосвященнейший Владыко! Благодарю за Ваш вчерашний факс. Вы, владыко, предполагаете во мне перемену моих взглядов. Но я Вас уверяю, что этого нет.
В течение свыше двадцати лет со дня нашего с Вами перваго знакомства у покойнаго владыки Павла на квартире здесь в Мюнхене я привык относиться к Вам, владыко, как к любящему отцу. И я привык к тому, что я могу с Вами откровенно делиться своими переживаниями и впечатлениями, еще не вылившимися в твердую форму убеждений или даже более мягкую форму суждений. В этом духе я Вам написал свое письмо, сознательно обозначив его на конверте как «доверительное и личное».
Содержанием своего письма я совершенно не собирался вычеркнуть того, что я говорил раньше и говорю так же и сегодня. Я ведь не объявлял моих впечатлений единственной правдой и не претендую на исключительность. Я подчеркивал, что это мои личныя впечатления после пребывания в двух только городах.
Письмо это сознательно отличалось от оффициальнаго документа. Я дал эмоционально окрашенное описание моих чувств и переживаний, полагаясь на то, что Вы, как и прежде, так и в данном случае относитесь ко мне с доверием, именно как любящий отец, который согласно своему духовному опыту правильно воспримет мое описание. Считая, что я при изложении моих переживаний не нуждаюсь в опасливых дипломатических формулировках, я не прилагал особых усилий для составления такого трезваго и возвышеннаго рапорта, который носил бы оффициальный характер, и в котором, безусловно, нуждался бы чужой мне человек. Я считал, что ни Вы, ни я не нуждаемся в том, чтобы лишний раз описывать все недостатки церковной жизни в России. Об этом знаем достаточно и скорбим. Мне казалось достойным описания именно то, что я переживал как светлое, как нарождающееся новое и отрадное, что в известной мере, пожалуй, даже и является последствием нашей неутомимой критики. Но эти личныя наблюдения не отменяют моих прежних высказываний, как на заседаниях Синода, так и на Соборе. От них я нисколько не отказываюсь. Я по- прежнему далек от иллюзий и никак не отступаю от своего отрицательнаго отношения ко всему греховному.
Испрашивая Ваших святых молитв, остаюсь всегда Вам преданный, неключимый Ваш послушник + Марк, Архиепископ Берлинский и Германский
* *
ПИСЬМО МИТРОПОЛИТА ВИТАЛИЯ АРХИЕПИСКОПУ МАРКУ 6/24 февраля 1998 г.
Ваше Преосвященство, Преосвященнейший Владыко. Я только что получил, совершенно случайно, от частных людей, «ЗАЯВЛЕНИЕ» участников девятого собеседования священнослужителей Русской Православной Церкви (Московского Патриархата и Зарубежной Церкви на территории Германии).
Владыко, никогда никто, ни Собор, ни Синод, ни я Вам не давали разрешения вести эти собеседования, последовательные и упорно ведущие к окончательному результату, как это написано в Вашем заявлении.
Владыко, я Вам уже написал прошлый раз: Вы имеете право действовать, как господин, в своей епархии, но вне своей епархии Вы не имеете права ни с кем договариваться. Вам никто этого права не давал. Соборным решением было, если случайно кто-то встречается с епископом Московской Патриархии, то не надо отчуждаться, можно поговорить о чем- то, но на такие последовательные, намеренные заявления Вы, владыко, права не имеете.
На основании этого, Владыко, я должен прибегнуть к следующему наказанию: От сего дня, ВЫ БОЛЬШЕ НЕ ЧЛЕН СИНОДА. Ваше дело будет обсуждаться на Синоде и Вы имеете право быть только на том заседании, которое касается Вашего личного дела.
К сожалению, как это не есть прискорбно, но я вынужден реагировать, потому что это вносит колоссальный соблазн среди всего нашего духовенства, как Германского, так и всего Европейского. Священники почему-то молчали, ничего мне не говорили и Вы тоже меня об этом не извещали.
Еще раз повторяю, с личным глубоким сожалением и огорчением, что Вы меня принудили к этому строгому мероприятию. Вашего Преосвященства, искренний доброжелатель
В 1935 г. к наместнику Русского Пантелеймонова монастыря иеросхимонаху Иоанникию обратился прибывший на Афон священник юрисдикции митр. Сергия (Страгородского) иеромонах Димитрий (Бельфур). Будучи католическим священником и англичанином по национальности он ранее перешел в православие, в подчинение стороннику митр. Сергия митр. Елевферию (Богоявленскому). В связи с этим иеросхимонах Иоанникий спрашивал Синод РПЦЗ, дозволительно ли сослужить с таковым иеромонахом. Митрополит Антоний в письме от 21 ноября 1935 г. ответил следующее:
«Вы спрашиваете можно ли служить с «иеромонахом» англичанином, которого принял в общение митрополит Елевферий. Но так как митрополит Елевферий, а также и еп[ископ] Вениамин [Федченков] признали московского м. Сергия, а последний безбожную большевицкую власть и радуется ее радостям и плачется вместе с ними, а сей господин… является одним из главных сотрудников а[рхиепископа] Вениамина в Америке и борется с соборной нашей иерархией там, то мы с ним общения не имеем. Советуем и Вам поступить так же. Если же этот самый господин Бельфур захочет служить во что бы то ни стало, то его надо принять в общение третьим чином, т. е. через покаяние, как принимают католиков. В заключение желаю Вам остерегаться всяких подделок под православие, разных посланцев в овечьей коже от м. Елевферия, Вениамина и Ко, громко говорящих о московской патриаршей церкви, но ничего общего с нею не имеющих, на деле находящихся в большевицких лапах».
(А.А. Кострюков. РЗЦ в 1925-1938 гг. с. 406. / ГА РФ. Ф.6343. Оп.1. Д.286. Л.32)
Совещание Епископов Заграничной Православной Русской Церкви, обсудив дело об избрании бывшаго Местоблюстителя Патриаршего Престола на Патриарший Престол Определяет:
1) Избрание Митрополита Сергия на Престол Патриарха Московского и всея Руси является актом не только неканоничным, но и нецерковным, политическим, вызванным интересами советской партийной коммунистической партии и ея возглавителя диктатора Сталина, переживающих тяжёлый кризис во время войны и нуждающихся в помощи ненавистной им и ещё недавно гонимой ими Православной Церкви.
Советская коммунистическая партия и Сталин в своём отношении к религии и Церкви Христовой по существу нисколько не изменились. Религия по-прежнему является для них «опиумом для народа», и по миновании надобности в помощи Церкви они не приминут возобновить вновь открытое гонение на верующих и духовенство в России. В своём заявлении по радио Сталин в целях укрепления своей тиранической власти хочет только показать миру, что советская коммунистическая партия и он, как ея возглавитель, дают свободу Церкви, идя, якобы, искренно навстречу страждущему русскому народу в его устремлениях к Богу. Он протягивает свои руки к своим пленникам Иерархам Русской Церкви, признавшим под его давлением богоборческую власть законной и народной, предлагает им мнимый мир и лукавый поцелуй, способствует поставлению Патриарха. Но верить ему нельзя – он не покаялся и вместе со своей советской коммунистической партией остаётся по-прежнему жаждущим мировой коммунистической революции с уничтожением христианства и всякой религии. Он только временно надел на себя маску союзника Церкви.
Избрание Патриарха и созыв Синода нужны Сталину и его партии как средство для политической пропаганды. Патриарх в его руках лишь игрушка, подсобное оружие в его хитроумных комбинациях. Он будет делать с ним что хочет. Пока не было войны, в России невозможно было избрание Патриарха и организация Синода. Но когда над коммунистами нависла смертельная опасность, тогда оказалась полная возможность сделать это самым быстрым и упрощённым способом. Не был созван канонический, полный Собор Русской Церкви, предусмотренный постановлением Всероссийского Собора 1917-18 г.г. (ст. 1-ая), хотя бы из одних епископов. Не приглашены были епископы-исповедники, страждущие за веру в ссылках и тюрьмах. Не была представлена Церковь-мученица, скрывающаяся в «катакомбах» Советской России. Собрано было лишь ничтожное количество епископов, подчинившихся богоборческому правительству и не могущих быть выразителями воли всей Русской Церкви. Избран в Патриарха иерарх, уже давно преклонившийся перед сатанинской властью, заявивший ещё в 1927 г. от лица Церкви, что радуется успехам этой власти и что гонений в Советской России на Церковь нет (заявление иностранным корреспондентам в 1930 г.), хотя теперь сам Сталин признался, что Советское правительство до сих пор лишало русский народ его Церкви и свободы вероучения. И первым деянием новой высшей церковной власти были кощунственно политическия постановления об установлении особаго моления об открытии т.н. «второго фронта» и об анафематствовании всех русских людей, борющихся против коммунистов и большевицкой власти.
Давление этой сатанинской власти на покорную ей иерархию вне всяких сомнений. Неканоническое и нецерковное избрание Патриарха, произведённое в интересах богоборческого правительства, является не менее опасным для Церкви, чем открытое на неё гонение. Оно чревато тяжёлыми последствиями. Оно унижает авторитет Церкви и ея иерархов; оно ставит их в служебное положение перед слугами диавола, наносит новые раны Церкви-мученицы в лице ея по-прежнему гонимых исповедников и создаёт новую смуту в церковной среде. Рождаются новые соблазны для верующих и новые поводы для издевательства над ними со стороны неверующих Тем, что Митрополит Сергий принёс Православную Церковь в жертву интересам безбожной Советской власти и поставил её в служение этой власти, он совершил предательство Христовой Церкви.
2) В виду изложенных соображений Совещание епископов заграничной части Русской Церкви, всегда верной своей Матери-Церкви и никогда не порывавшей с нею духовного общения, по долгу своей епископской совести не находит возможным признать Митрополита Сергия каноническим, законным Патриархом Всероссийской Церкви и возносить за него моления, как за ея главу.
3) Управление заграничной частью Русской Церкви должно поэтому оставаться неизменным, согласно постановлению Собора Епископов 1927 г., основанном на указе Святейшего Патриарха и Св.Синода от 7/20 ноября 1920 г. впредь до установления нормальных сношений с Россией и установления в ней истинной свободы веры.
4) Разъяснить пастырям Церкви и всем верующим, что все прещения и церковные кары, исходящие от нынешней Московской церковной власти, являются незаконными, недействительными и нисколько не должны смущать совести богопослушных русских людей.
5) Обратиться к православным чадам Русской Церкви на Родине и в разсеянии сущим с особым воззванием по поводу избрания Патриарха в Советском Союзе, в коем выяснить истинный, канонический взгляд на избрание Патриархов Поместных Церквей и на антицерковные деяния, совершенные в Москве 30 августа/12 сент. с.г. под давлением сатанинской власти.
6) Довести настоящую резолюцию до сведения Первоиерархов всех автокефальных Православных Церквей.
«ОТКАЖИТЕСЬ ОТ ТАКОЙ СОБОРНОСТИ, КОТОРАЯ СВЯЗЫВАЕТ ОБЩИМ ГРЕХОМ!»
Ваше Высокопреосвященство,
Глубокочтимый Архипастырь и Отец
Владыко Митрополит Виталий!
Конец 20-го века, пусть даже это скорее символическое понятие, нежели реальное (символы ведь тоже вещь немаловажная), оказался для нашей Русской Православной Церкви Заграницей почти сплошной чередой тяжких искушений и испытаний. Не успели мы вполне привыкнуть к мысли, что от нас отнята Иверская Мироточивая икона, мученически погиб ее хранитель Иосиф Муньос, что нагло, разбойнически захвачены наши святыни в Палестине, убит в С.-Петербурге отец Александр Жарков и в мир иной взят известный церковный писатель, богослов прот. Лев Лебедев; едва Церковь оправилась от смуты, вызванной действиями и заявлениями преосвященного Марка, архиепископа Берлинского и Германского, как Тело Церковное сотрясает новая смута. Ее без всякого преувеличения можно назвать наиболее тяжкой за все последние 10 лет.
Очень своеобразным «рождественским подарком» (поскольку важная церковная информация доходит до российских приходов традиционно с большим опозданием) стали для нас, клириков и мирян богоспасаемого града Курска некоторые документы состоявшегося в октябре сего года Архиерейского Собора РПЦЗ. <…>
По нашему глубокому убеждению, первым по степени значимости документом для всей дальнейшей судьбы нашей Церкви в Отечестве и рассеянии сущей является послание патриарху Сербскому Павлу. Главная мысль там выражена со столь ужасающей прямотой, что уже не остается никакой возможности истолковать это как искажение смысла неудачной формой изложения. Сказано в послании буквально следующее: «Будучи вашими братьями по крови и вере, мы всегда дорожили евхаристическим общением между нашими церквами-сестрами, и желаем сохранить утешение этого общения до конца времен… Мы просим Ваше Святейшество не отстранять нас от литургического общения с Вами, ибо мы все желаем вместе с Вами едиными усты и единым сердцем вечно славить Спасителя нашего — Христа Бога». Итак, дорогой о Господе Владыко, Вы купно со всеми епископами объявляете: наша Церковь имела, имеет и впредь предполагает иметь литургическое общение с Сербской патриархией. Что ж, все предельно ясно.
Неясности начинают возникать, когда на память приходит текст анафемы экуменизму 1983 г., подтвержденной совсем недавно очередным Архиерейским Собором РПЦЗ (в 1998 г.). В указанном тексте, как известно, речь идет не только о лицах, проповедующих еретические экуменические теории (так называемую «теорию ветвей» и «крещенское богословие»), но и о тех, «иже имут общение с сими еретиками или способствуют им или защищают их новую ересь экуменизма, мняще ю братскую любовь и единение разрозненных христиан быти», и те и другие, то есть, подвергаются анафеме…
Да простит нас Ваше Высокопреосвященство, но чтобы объяснить, каким образом наши архиереи и, надо понимать, вслед за ними мы — их паства, не «падоша» под свою собственную анафему, остается выбрать одно из двух: либо патриарх Павел и вся Сербская патриархия непричастны экуменизму, либо провозглашенная нашей церковью анафема — пустой звук, не более, соответствующего достоинства, следовательно, и все вообще решения и определения наших Архиерейских Соборов. Однако второе предположение, конечно, было бы злобной хулой и кощунством. Но, с другой стороны, вполне ясно, по нашему разумению, обстоит дело также и с Сербской патриархией.
Эта патриархия и по сей день не хочет расстаться со Всемирным советом церквей даже фиктивно, подобно Грузинской и Болгарской церквам. Церковная и светская пресса постоянно сообщают об очередных экуменических контактах и совместных молитвах сербских архиереев и духовенства с представителями всевозможных ересей. Вот, например, что передает с ссылкой на балканскую «Политику» российский православный информационный бюллетень «Вертоград-Информ» : «С 13 по 17 июля в Сербии по приглашению Сербской патриархии (здесь и далее выделено нами — духовенство г. Курска) находилась делегация католических епископов из государств-членов Европейского Союза. <…> Результатом поездки стало совместное коммюнике… В этом документе, в частности, говорится: «Мы, епископы, члены делегации Комиссии Епископатов Европейского Сообщества (КЕЕС), собрались для трехдневной встречи в Белграде. В совместной молитве и братском диалоге, с чувством молитвенного почитания и восхищения святостью Сербской Православной Церкви, мы стали еще ближе друг к другу. <…> Три дня мы вместе молились Богу, говорили и слушали друг друга…» Со стороны Сербской патриархии коммюнике подписали епископы Савва Шумадийский, Лаврений Шабачский и Валевский, Константин Средне-Европейский, Игнатий Браничевский и Ириней, епископ Бачковский» (Вдъ-Информ, # 7–8 (64–65), 2000 г. Стр. 19).
Мы прилагаем к своему обращению также другой документ, заимствованный из вышеуказанного источника. Это — послание патриарха Сербского Павла папе Римскому Иоанну — Павлу II в связи с «любезным приглашением» последнего прибыть в Ассизи в январе 1993 г. на совместную молитву с представителями различных религий. Вызывающей дерзости этого скандального манифеста экуменической идеологии могли бы позавидовать, пожалуй, самые смелые вероотступники из числа «православных» экуменистов.
Заслуживает внимания, Владыко, и то в высшей степени интересное место в нынешнем соборном послании патриарху Павлу, в котором говорится о «духовном соединении между двумя расторгнутыми частями Русской Церкви — находящейся на Родине и попавшей за границу», в связи с чем к главе Сербской патриархии обращены следующие слова: «Просим Ваше Святейшество содействовать этому», — то есть установлению евхаристического общения РПЦЗ и МП. Мы полагаем, что отсюда со всей очевидностью вытекают две вещи. Во-первых, Московская патриархия безоговорочно объявляется частью Русской Церкви, во-вторых, наш Собор делает шаг уже практического характера к достижению единства с МП.
<…> полагаем необходимым выразить свое отношение к другому документу, принятому нашим Собором. В нем говорится о перспективе евхаристического единства теперь уже с нашими заблудшими братьями старообрядцами. Безусловно, мы приветствуем эту благую цель. <…> Только вот если бы дело так именно и рассматривалось нашими архипастырями: как присоединение к Церкви тех, кто некогда от нее отпал. Увы, соборное обращение к представителям старообрядчества составлено таким образом, что, собственно, не ясно, кто же в действительности оказался в расколе с Церковью: мы или наши заблудшие братья старообрядцы!
Самоуничижение Архиерейского Собора, поистине, не знает никаких границ. От имени всей нашей Церкви у старообрядцев не только испрашивается прощение за причиненные им когда-то в истории жестокости и оскорбления, что было бы вполне справедливо и с чем мы полностью согласны — их в буквальном смысле приравнивают к великим исповедникам православия. Выражено это в послании донельзя откровенно: «Этим мы хотели бы последовать примеру святого императора Феодосия Младшего, перенесшего святые мощи Святителя Иоанна Златоуста в Царственный град из дальней ссылки, куда родители его немилостиво отправили Святителя. Применяя его слова, мы взываем к преследованным: “Простите, братия и сестры наши, прегрешения, причиненные вам ненавистью. <…> Простите оскорбивших вас безрассудным насилием, ибо нашими устами они раскаялись в содеянном вам и испрашивают прощения…”» Кажется, что к этому недостает только прибавить просьбу: «Смиренно вас молим принять нас в свое общение и присоединить к Святой Церкви». Тогда была бы полная смысловая завершенность. А как же иначе? Ведь если старообрядцы истинные чада по духу святителя Иоанна Златоуста, то они и есть настоящие исповедники православия. В таком случае, мы, православные, в действительности, духовные наследники беззаконных гонителей отца и учителя Церкви, нечестивые вероотступники. К каковым, как ни курьезно это выглядит, члены Архиерейского Собора отнесли себя в самом прямом смысле слова. Ибо упомянутый в послании имп. Феодосий II (408—450 гг.), никогда не являвшийся святым Православной Церкви, <…> известен церковной истории тем, что окончил жизнь, утвердив деяния созванного им же самим в 449 г. «разбойничьего» собора.
Странное самобичевание наших епископов, да простит нас Ваша Святыня за такую фразу, достигает своего апогея в просто потрясающем признании: «Мы со скорбью признаем, что великое гонение нашей Церкви в прошедшие десятилетия отчасти может быть и Божиим наказанием за преследование чад Старого Обряда нашими предшественниками». Стало быть, в том, что на Русскую Православную Церковь обрушились столь тяжкие беды виновны, в частности, прославленные Духом Святым ее святители, такие, к примеру, как Тихон и Митрофан Воронежские, Димитрий Ростовский и Иосаф Белгородский! <…>
Просим нас понять, достопочтимый Владыко, мы не считаем все поступки даже украшенных святостью Божиих человеков правильными и безошибочными. Возможно, и они в своем отношении к старообрядцам в чем-то были неоправданно суровыми. Однако, как мы полагаем, важно оценить позицию святых и Церкви Русской в целом. А она всегда, вне зависимости от степени икономии, оставалась принципиальной по существу: на старообрядцев смотрели как на людей, находящихся вне Церкви.
Мы <…> никак не можем принять идею установления церковного единства со старообрядцами путем своей полной духовной капитуляции. Мы искренне убеждены, что предельно допустимый максимум наших уступок — это снятие с них всех прещений, анафемы на дореформенное богослужение и испрашивание прощения за преследования и жестокости. Но, разумеется, не в такой форме, в какой сделано это нынешним посланием Архиерейского Собора.
Следующей важной темой, нашедшей отражение в документах Архиерейского Собора, стал, конечно же, вопрос об отношении к Московской патриархии. В нем, судя по всему, тоже наметились существенные перемены. Помимо того, что МП, как было показано выше, теперь уже без всяких оговорок считается частью единой Русской Церкви, Архиерейский Собор заявил, что видит в России «начало настоящего духовного пробуждения». Причем связывается это «духовное пробуждение» с конкретными решениями Архиерейского собора МП: прославлением сонма Новомучеников и Исповедников Российских вкупе с Царственными Мучениками и принятием «Социальной доктрины РПЦ».
<…> Но что же на самом деле произошло? После почти десятилетнего пребывания в условиях подлинной религиозной свободы, когда, наверное, в каждом дому православных верующих людей в России появились в молитвенных углах иконы Новомучеников производства Джорданвиллской обители, когда многие храмы официальной церкви украсились образами свв. Царственных Мучеников и им открыто стали служить молебны, как местночтимым святым, когда даже светское общество почтительно склонилось перед подвигом страдальцев за веру и начало открывать для себя величие личностей Августейших Страстотерпцев — Московская Патриархия, наконец, сдалась: согласилась-таки формально прославить Собор Новомучеников и Исповедников Российских. Хотя при этом, как справедливо замечает в своем докладе его преосвященство епископ Евтихий: «Не дано никакой оценки, ни извинения, ни попытки объяснения, почему до сих пор, более 70-ти лет, Московская Патриархия… лжесвидетельствовала и клеветала на святых Новомучеников, что их не было в России, а были политические преступники, что не было гонения на веру». Вдобавок ко всему, злостно саботировавшие длительное время причисление к лику святых Государя Николая II и членов его Августейшей Семьи, архиереи МП, сумели омрачить и самый акт их канонизации. Для этого даже специально изобрели особый термин — «страстотерпцы», противопоставив его в чудовищном и неслыханном доселе казуистическом толковании понятию «мученики». <…>
Неужели все это можно принять как истинное прославление Новомучеников?! По нашему разумению, такое прославление должно быть скорее названо издевательством над памятью святых. И совершенно очевидно, что продиктована была нынешняя канонизация отнюдь не религиозными мотивами, а вполне расчетливыми политическими соображениями: сохранить и упрочить влияние на массы простых верующих, выбить мощный «козырь» из рук РПЦЗ, а заодно и спровоцировать нужные для МП и тех сил, что стоят за ней, процессы внутри нашей Церкви. С прискорбием приходится констатировать, что последняя задача удалась полностью.
Наши архипастыри не ограничились только выражением сдержанного оптимизма и одобрением пока еще слишком поверхностных перемен в Московской патриархии. Было сказано нечто значительно большее: во-первых, что в связи с состоявшейся канонизацией устранена «одна из причин разделения нашей церкви и Московской Патриархии» и, во-вторых, что «на Архиерейском Соборе Московской Патриархии был частично преодолен и другой вопрос, нас разделяющий, т. н. “сергианство”». То есть остался один лишь экуменизм. И то не ясно, насколько долго, в связи с декларированным единством с Сербской патриархией, это последнее препятствие к соединению с МП будет рассматриваться как существенное.
Сергианство… Как много об этой чудовищной духовной язве МП сказано и написано нашими мучениками, исповедниками, церковными писателями на Родине и за рубежом. Если суммировать все их суждения, то они сведутся к следующему. Сергианство — есть коренной грех Московской патриархии, заключающийся в сознательной измене Христу и правде Его, при почти полном сохранении буквы догматов и внешней обрядности. <…> Сергианство, будучи действительно откровенным иудиным предательством Христа и Церкви не сводится к одной «Декларации» митр. Сергия и всем прочим противоцерковным деяниям названного иерарха и его преемников. Оно, подобно метастазам рака, поразило все стороны жизни МП, породило особый психологический тип, образ пастырствования. Главная черта которых — принципиальная беспринципность, бесовское оборотничество, в основе коего лежит добровольное согласие служить антихристовым силам, в каком бы политическом обличии они не выступали, т. е. прямо антихристов дух. Поэтому только иронию способны вызвать у нас абсолютно пустые сентенции патриархийных определений, вроде той, которая произвела на владыку Евтихия столь сильное впечатление: «Если власть принуждает православных верующих к отступлению от Христа и Его Церкви, а также к греховным, душевредным деяниям, Церковь должна отказать государству в повиновении». Надо же, какое достижение! В конце второго тысячелетия по Рождестве Христовом иерархи МП убеждают себя соблюдать прописные для христианского сознания истины. И то, конечно, хорошо, — кто спорит. Да только чего все это стоит, если <…> напрочь отсутствовало желание прервать духовно-идейную преемственность с основателем советской Московской патриархии митр. Сергием (Страгородским). И здесь, в данном вопросе, как нельзя более откровенно проявилось то самое оборотничество МП. Оно же выразилось и в отношении к экуменизму. Всюду один хорошо знакомый стиль: угождение «правым» и «левым», православным и экуменистам, «вашим» и «нашим», без малейшей претензии на определенность, но зато с бережным охранением всего груза грехов прошедшего и настоящего времени. Советская патриархия иначе и не может. Поскольку от нее требуется подвиг духовного перерождения, на который она не хочет идти.
<…> Наши епископы <…> образовали «Комиссию по вопросам единства Русской Церкви». Каковы будут итоги ее работы пока, конечно, сказать трудно. Но какими они должны быть в принципе, чтобы все члены нашей Церкви, верные ее исповедническому пути, могли с ними согласиться, известно заранее. Для этого, по крайней мере, комиссия должна четко сформулировать, чего конкретно все мы ожидаем от МП. А мы, естественно, ожидаем, что прежде чем речь зайдет об установлении евхаристического общения, патриархия выполнит ряд важных условий, которые будут выглядеть примерно так.
Нынешний состав Синода МП во главе с патриархом Алексием II должен уйти на покой. Дальнейшая их участь предоставляется решению свободного Поместного собора Русской Церкви, включая РПЦЗ. Но в любом случае, права занимать епископские кафедры они лишаются.
Митрополиты Кирилл (Гундяев), Владимир (Котляров) и другие архиереи, активно участвовавшие в экуменистической деятельности и известные своей экуменистической идеологией подлежат безусловному отстранению от кафедр и церковному суду.
Создается церковный суд для рассмотрения дел лиц любого иерархического звания, повинных в содомском грехе и живущих в тайном сожительстве с женщинами. Все уличенные в таковых преступлениях извергаются из сана. Получают должную оценку церковной власти и запрещаются впредь скандальные виды торгово-финансовой деятельности духовенства и церковных структур, связанные с продажей винно-водочных и табачных изделий, и иные антиканонические деяния в хозяйственной сфере.
Собором епископов МП анафематствуется «Декларация» митр. Сергия и последовавшие за ней документы аналогичного содержания, а равно и противоцерковная деятельность названного иерарха и его преемников, выразившаяся в осуждении исповедников веры и прещениях, наложенных на них, в сотрудничестве с органами коммунистической партии и советской власти с целью доносительства и в допущении мирской власти распоряжаться внутренними делами Церкви.
Собор епископов МП анафематствует экуменическую ересь («теорию ветвей», «богословие революции», «крещенское богословие»), всю свою прежнюю экуменическую деятельность, все принятые экуменические документы и заявляет о выходе из состава всех экуменических организаций. Лица, участвовавшие в совместных молитвах с инославными, приносят покаяние и запрещаются в священнослужении на длительный срок. Осуждается, как антиканонический, чин отпевания неправославных в требниках Московской патриархии. Прекращается евхаристическое общение со всеми официальными православными церквами, кроме Иерусалимской.
Заметим, что это лишь самый необходимый минимум требований веры. Однако, чтобы Московская патриархия с ним согласилась, в ней должна произойти настоящая революция. Добровольно она никогда на это не пойдет. Поэтому мы совершенно не тешим себя иллюзиями на сей счет. Не заблуждаемся нисколько и относительно созданной нашим Архиерейским Собором «Комиссии по вопросам единства Русской Церкви». В свете всего вышесказанного ее деятельность будет, на наш взгляд, в лучшем случае, бесполезной.
Подведем некоторые итоги.
Соборное послание к старообрядцам, по нашему мнению, документ не только крайне унизительный для Православной Церкви, но и содержащий признаки неправославной экклезиологии. Фактически уровняв старообрядцев с исповедниками православия, Архиерейский Собор, во-первых, оставляет их при своих заблуждениях, преграждая тем самым путь к покаянию, и во-вторых, либо учит тому, что вне Церкви Христовой может существовать истинное исповедничество, либо считает, что Церковь может разделяться на части, веками не имеющие между собой евхаристического общения. <…>
Все прежнее принципиальное отношение нашей Церкви к Московской патриархии закончилось. Наши архипастыри отныне канонически четко определили свои воззрения на МП, как на часть единой Русской Церкви и считают, что одна лишь экуменическая деятельность патриархии является существенным препятствием к восстановлению евхаристического единства с ней. <…> Таким образом, разрешение всего сложнейшего комплекса проблем, связанных с МП, сведено нашими епископами к простому принятию этой церковной организацией половинчатых, двусмысленных и весьма непоследовательных публичных деклараций.
Самым тяжким по своим духовным последствиям документом должно быть безусловно признано послание к патриарху Сербскому Павлу. Так как оно, без всяких сомнений, подпадает под анафему экуменизму, соборно принятую нашей Церковью. Подобное унижение РПЦЗ вряд ли знала за все предыдущие годы своего существования. Епископы нашей Церкви-Исповедницы, словно провинившиеся школьники, просят у патриарха-экумениста не лишать их литургического общения с ним! И это после недавнего публичного осуждения патриархом Павлом РПЦЗ за деятельность на территории России! Ко всему прочему, согласившись с преосвященным Евтихием, что в настоящее время нашу Церковь и патриархию разделяет, практически, один лишь вопрос об экуменизме, наши архипастыри поставили себя в весьма незавидное положение. Теперь крайне трудно будет оспорить тех, кто станет обвинять наш Архиерейский Собор в лицемерии и политиканстве: вот, дескать, экуменизм не помеха им, чтобы общаться с сербами, а с МП, почему-то — помеха. Значит, подхватят, наверняка, патриархийные идеологи, не в духовно-идейных разногласиях, как мы всегда об этом говорили, дело, а — в политике.
<…> Впервые за последние 10 лет или даже за всю историю Зарубежной Церкви не от каких-нибудь внешних, враждебных нам сил, а от Собора наших преосвященных РПЦЗ получает удар невиданной мощи. Впервые столь сильный соблазн для Церкви исходит не от отдельных епископов или единичных сомнительных документов, а от епископата и его решений в целом. Мы до сих пор не в состоянии понять, как это могло случиться. Когда ничто, казалось бы, не предвещало даже незначительного волнения, разразился страшный шторм. Уже сейчас, не в отдаленной перспективе, он грозит расколоть и погубить корабль нашей Церкви. Поскольку речь уже идет не о частных обстоятельствах церковной жизни и ошибочно принятых по ним решениях архиерейской власти. Испытанию подвергается наша верность православию. Под вопрос поставлено наше дальнейшее пребывание в РПЦЗ. Ибо мы не для того уходили из экуменической Московской патриархии, чтобы войти в общение с такой же экуменической патриархией Сербской и в конечном итоге оказаться вновь в объятиях нисколько духовно не переродившейся МП. И не для того, с полной ответственностью перед Богом и своей совестью, согласились с анафемой, которой наши архипастыри поразили экуменическую ересь, чтобы затем взвалить на самих себя ее непереносимое бремя. Поэтому мы не просим Вас, Владыко, а заклинаем именем Господа Иисуса Христа: властно возвысьте свой глас Первоиерарха, отмените и осудите послание к Сербскому патриарху, твердо объявите о принципиальной невозможности объединения с Московской патриархией до категорического осуждения ею всех старых и новых своих грехов и принятия ряда настоящих, а не декларативных мер для исправления церковной жизни! Откажитесь от такой соборности, которая связывает общим грехом! <…>
Во имя всего святого, остановите падение нашей Церкви в бездну!
Вашего Высокопреосвященства смиренные послушники и богомольцы
Настоятель Троицкого прихода РПЦЗ г. Курска иерей Вячеслав Лебедев; иерей Валерий Рожнов; настоятель прихода Рождества Пресвятой Богородицы РПЦЗ г. Курска иерей Владимир Цуканов; второй священник прихода Рождества Пресвятой Богородицы РПЦЗ г. Курска, и. о. настоятеля прихода иконы Божией Матери «Взыскание погибших» г. Воронежа иерей Вадим Пахомов; староста прихода иконы Божией Матери «Взыскание погибших» г. Воронежа инок Диодор (Пашенцев); настоятель Свято-Троицкого (второго) прихода РПЦЗ г. Курска иеромонах Порфирий (Катунин).
P.S. Приносим свои извинения, досточтимый Владыко, но ввиду чрезвычайной важности для дальнейших судеб РПЦЗ всех вопросов, затронутых в данном обращении к Вам, мы находим необходимым придать его самой широкой огласке.
ОТВЕТ митрополита Виталия (Устинова):
ПОСЛАНИЕ МИТРОПОЛИТА ВИТАЛИЯ, ПЕРВОИЕРАРХА РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЗАРУБЕЖНОЙ ЦЕРКВИ
Возлюбленные братья и сестры!
По окончанию нашего Архиерейского Собора я, как Первоиерарх Святой Русской Зарубежной Церкви считаю своим долгом уверить всех вас, что наша Церковь, которая уже 80 лет идет прямым Христовым путем, не будет уклоняться ни в какие сомнительные трущобы. С другой стороны, мы не можем быть безразличными и молчаливыми во всех вопросах и действиях духовных явлений в России.
Московская патриархия ныне прославила Царских Мучеников, которых мы уже давно прославили, и их иконы тысячами разослали по всей России. Таким образом вся Россия узнала и знает о деятельности Русской Православной Зарубежной Церкви. Тут многими невольно задается вопрос:
Почему же Московская Патриархия не признала наше прославление и не присоединилась к нему? Ответ очень простой. Признать наше прославление, это значит признать нашу Зарубежную Церковь как законную Церковь, покинувшую пределы Родины и вот уже 80 лет существующую за рубежом по благословению последнего законного Патриарха Тихона. Этого Московская Патриархия по сей день не может и не хочет сделать. А вместе с тем верующие в России требуют своего прославления. Московская Патриархия и решила пойти на политическую манипуляцию и совершить свое прославление с одной только целью утихомирить голос своих верующих, и таким образом самой еще как-то просуществовать. Другими словами. Московская Патриархия, будучи прямой наследницей палачей, поверх своей волчьей шкуры нарядилась в невинную овцу и теперь прославляет убиенных, замученных жертв коммунистических ее вождей. До этого, годами Московская Патриархия была в полном согласии с большевиками и правителями в СССР уничтожающих сотни тысяч верующих. Несмотря на все это было ясно, что русского народа не оторвать от Церкви Христовой. Что Пасха всегда останется главным Праздником. Красные яйца, куличи и пасхи будут украшать все Пасхальные столы и даже все государственные пекарни будут продавать куличи под названием сдобного хлеба. Видя все это, Сталин с дикой злобой сказал:
«Видимо нам не переделать всех русских в большевиков; тогда мы, мы и никто другой дадим им патриарха, попов, и откроем храмы, которые мы же им продадим и все время будем повышать налоги пока у них не будет больше средств на их существование».
Молчаливым ответом на это верующих в России, было что они стали молиться по домам, и в каждой такой квартире создавалась домовая церковь с иконостасом, иконами, и даже делали свой ладан из сосновой смолы и капель розового масла. Такового рода церкви существуют и по сей день. Несмотря на дивные храмы Патриархии, напыщенное духовенство и прекрасные хоры, многие верующие предпочитают тесниться в квартирах. Даже на Пасху, когда в официальных храмах, под трезвон колоколов идут крестные ходы, в квартирных домах, в коридорах, со свечами в руках, люди тихо идут гуськом и шепотом поют «Христос Воскресе!». Невольно спрашиваешь себя: кто это за люди? Это те верующие которые, живя в России на ряду со всеми другими, точно понимают и чувствуют, что такое Московская Патриархия, какое ее значение и направление. — Эти же люди смотрят в нашу сторону, ища у нас защиты и понимания. До сего дня, они от нас это имели, и я хочу уверить всех чад Русской Зарубежной Церкви, что ничего не изменилось. Как все 80 лет мы идем безбоязненно своим путем, так и будем идти дальше— Наш путь очень одинокий, т. к. мы стоим за Истину, но не бойтесь, малое стадо, Господь с нами! А ежели Господь с нами, кто против нас?!
Теперь я хочу вернуться к вопросам которые так беспокоят многих из вас. Первым делом хочу выразить свою глубокую благодарность ко всем вам за ваше доверие и любовь ко мне и я хочу, для вашего успокоения объяснить следующее. Соборное Послание, как по законам Собора (т. е. самое слово «собор» означает общее решение) должно было быть подписано всеми, а если у кого есть свое личное мнение, он имеет право отдельно письменно его высказать. Тот факт, что я подписал это Послание далеко не значит, что я с каждым пунктом согласен и я знаю, что есть и другие архиереи которые думали также, как и я, но составить Послание которое будет угодно всем, почти невозможно.
Есть еще один пункт, который очень озадачивает многих из вас, а именно создание Комиссии при Архиерейским Синодом, деятельность которой будет обсуждение вопросов единства Русской Церкви. Я сам себе задал вопрос, о каком единстве можно думать, когда всем должно быть ясно, что Русская Православная Зарубежная Церковь, сохранившая свою духовную свободу все эти 80 лет, никогда не пойдет на соединение с Московской Патриархией.
И так знайте, верные чада Русской Православной Зарубежной Церкви, что наша Церковь не измелила своего пути и мы тоже, если хотим своего спасения, должны идти ее путем. Будет много искушений и соблазнов, но оставайтесь как всегда верными Господу и Его Церкви, и не забывайте, что для нас самое страшное — отойти от Истины, т. е. от Христа.
Митрополит Виталий Введение во храм Пресвятыя Богородицы
Опубликовано в журнале «Православная Русь» № 19 (1256) (1/14 октября 1983).
Благодать и мир Божий да будет и да умножится со всем клиром и верующими нашей Русской Православной Церкви Заграницей!
Мы обращаемся от лица Собора Епископов ко всей нашей благочестивой пастве, рассеянной по всему миру. Мы приветствуем наших возлюбленных чад и благословляем их на дальнейший подвиг христианской православной жизни в мире, все более отходящем от всех начал, заповеданных нам Господом нашим Иисусом Христом, Его Апостолами и святыми Отцами.
В нашем несчастном Отечестве, называвшемся прежде Святою Русью, обосновался мировой центр всепроникающего зла, надеявшегося к нынешнему времени стереть все следы былой святости и благочестия. Все эти десятилетия мы со скорбью наблюдаем страдания наших братьев, мы мысленно лобызали их раны и прославили, как святых мучеников, все те миллионы верующих, которые, во главе с Патриархом Тихоном и Царем-Мучеником Николаем Вторым, свидетельствовали свою верность Богу даже до смерти. Тайновидец пророчески видел их стоящими «пред престолом и пред Агнцем в белых одеждах» (Апок. 7:9). О них ему было сказано: «Это те, которые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца. За это они пребывают ныне пред престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них» (Апок. 7:14–15).
Собравшись на Собор для суждения о вопросах нашей церковной жизни, мы ощущали свое духовное единство с ними и с теми нашими братьями, которые идут по их пути, находясь пока еще «в великой скорби».
Пребывая на свободе, мы только духовно переживаем с ними эту «великую скорбь», но у нас к ней присоединяется и своя скорбь, вызываемая все более расширяющимся в мире неверием и отступлением от истинной веры даже многих, носящих имя православных христиан. В этом окружающем нас мире мы часто чувствуем, что сбываются и на нас слова Спасителя: «В мире будете иметь скорбь» (Ин. 16:33).
Если Апостол Павел видел, что, живя в мире сем, невозможно не сообщатся «с блудниками мира сего или лихоимцами, или хищниками, или идолослужителями» (I Кор. 5:10), то что сказать нам о нашем времени? Теперь мы не только вынуждены общаться с ними, но, более того, окружающий нас быт строится на признании не только допустимости, но и законности самых низких и грубых форм греха.
Особенно заботит нас, что в этом окружении вырастают наши дети и мужает молодежь. Очень трудно ей возрастать «сынами Божиими», когда она окружена бытом, основанном на неверии, отрицающем все начала христианской веры и семьи. Мы поэтому указали пастырям, что они должны уделять особое внимание наставлению пасомых в семейной жизни. Чтобы дети смогли вырасти сынами Царствия Божия, воспитательный труд родителей должен начинаться с того времени, когда они еще во чреве матери. Даже неверующие врачи теперь признают, что этот период имеет большое значение для будущего развития ребенка. Родители с самых ранних лет должны питать детей добрыми и святыми впечатлениями, сами являя им пример молитвы и добродетели, так чтобы грех и безнравственность были для них чем-то чужим и не привлекали их к себе, а, наоборот, отталкивали. Они должны помнить, что, вырастая, дети их будут приносить им радость и утешение только в меру того доброго, которое будет заложено в их сердца семьею. Поэтому пастыри должны постоянно наставлять и родителей, и детей, вместе с тем заботясь об устроении церковных школ и привлечении юных прихожан с их детского возраста к деятельному участию в церковной жизни.
Добро привлекает к себе юные души, если они не отравлены примером зла, как чего-то допустимого и даже положительного. Пусть пастыри и родители заботятся о том, чтобы дети видели и знали примеры добра в святых и в подвигах великих людей. Особенно же настойчиво надо приучать их любить истину и отвращаться от всякой лжи.
Ложь ныне приобрела особую силу, глубоко проникая в сознание людей. Увы, распространителями ее являются не только деятели-политики, считающие, что для получения власти все дозволено, но и представители различных религий. Ярким проявлением этого явилась Шестая Ассамблея Мирового Совета Церквей, происходившая в Ванкувере одновременно с заседаниями нашего Собора.
В Определении 28 июля / 10 августа наш Собор разъяснил, что Русская Православная Церковь Заграницей не принимает участия в Мировом Совете Церквей, поскольку последний пытается представить собравшихся в нем представителей разномыслящих религий, как якобы имеющих какое-то единство в вере. В действительности же самое положение это является ложью, поскольку они не отказались от своих несогласий друг с другом в догматах или основных положениях, которые для объединяющих формулировок выносятся за скобки. Вместо незыблемых истин веры они стараются видеть только мнения, ни для кого не обязательные. В ответ на исповедание единой православной веры они, вместе с Пилатом, говорят: «Что есть истина?» А православные, по имени, члены экуменического движения все более и более заслуживают укоризны Ангелу Лаодикийской Церкви: «Знаю твои дела: ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч» (Апок. 3:15).
Ярким проявлением такого фальшивого объединения явилось совершение т. н. Лимской литургии, т. е. якобы евхаристической службы, совершенной Кентерберийским архиепископом и разными протестантскими пасторами. Сама эта литургия, составленная на конференции в Лиме, должна, якобы, возвращать ее участников к началам древней православной литургии, но без самого главного: безусловной веры в преложение хлеба и вина в Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа и необходимость совершения ее только служителями, имеющими апостольское преемство.
Описывая ее совершение, журнал «Ньюзвик» от 22 августа 1983 г. пишет: «Перед алтарем стояло многорасовое собрание 3500 христиан со всех концов вселенной, включая римо-католических священников и бородатых православных епископов, которые еще совсем недавно уклонились бы от такой службы». По сообщению экуменической Информационной службы (Экуменикал Пресс Сервис) от 4 августа, во время совершения архиепископом Кентерберийским т. н. Лимской евхаристии православные и католики не причащались, но участвовали в общей молитве. Архиепископ Кирилл[1] (Московской Патриархии) возглавлял молитву о том, чтобы «мы скоро достигли видимого общения в Теле Христовом, благословляя хлеб и чашу на том же престоле».
Греческий архиепископ Иаковос в другой день совершил отдельную литургию, за которой, по имеющимся сведениям, причастие давалось без разбора не только православным, но и всем другим, подходившим к чаше.
Итак, мы с горечью видим, что процесс практического роста экуменической ереси среди православных христиан, о которой мы предупреждали наших собратий в нескольких Скорбных Посланиях, не только не остановился, но все более растет. Прогресс в интерконфессиональном понимании крещения, евхаристии и священства в течение последних лет получал свое проявление в разных т. наз. экуменических службах и особенно ярко выразился в Лимском Соглашении и теперь в Ванкувере. Наш Собор решительно осудил это явление, постановив внести анафематствование экуменической ереси в чин Православия.
Между тем, всякое участие православных в молениях протестантов и, в частности, участие в общей молитве т. н. экуменической Лимской литургии, согласно 45 и 46 правил свв. Апостол, строго запрещено православным и подвергает их отлучению от Церкви. 32-м и 33-м правилами Лаодикийского Собора особенно запрещено принятие благословенного неправославными клириками хлеба и вина и совместная с ними молитва. Знаменитый русский канонист Епископ Иоанн Смоленский в толковании 46 правила св. Апостолов пишет: «Вообще же апостольские правила указывают одно основание для отвержения еретических священнодействий: то, что в ереси не может быть истинного священства, а есть только лже-священство. Это потому, что с отделением инакомыслящих от Церкви, прерывается у них апостольское преемство священноначалия, единое истинное, а вместе с тем пресекается и преемство благодатных даров Святого Духа в таинстве священства; и, следовательно, служители ереси, как сами на себе не имеют благодати, так не могут передать ее и другим, и, как сами не получают законного права на священнодействие, так не могут сделать истинными и спасительными совершенные ими обряды».
Во всех деяниях Ванкуверской Ассамблеи принимала живое участие очень большая делегация Московской Патриархии, которая широко пользуется Мировым Советом Церквей для советской пропаганды. Последняя направлена к тому, чтобы распространять ложь о якобы свободе Церкви в СССР и под предлогом защиты мира, воспрепятствовать вооружению тех стран, которые могут не допускать распространения коммунизма на Западе. Московские церковные делегаты широко выступают в защиту свободы про-коммунистических движений, но никак не допускают обличения советов в преследовании религии.
Так, вследствие противодействия московской делегации, не было допущено до слуха Ассамблеи обращение диакона Владимира Русака, который написал книгу о тяжелом положении преследуемой в СССР Церкви. За это он был уволен с церковной службы и привлечен теперь к ответственности со стороны КГБ. Напрасно он надеялся привлечь внимание Ассамблеи к преследованию Церкви на своей родине. Много и громко говоря о свободе и защите интересов разных левых и политических групп, ассамблеи эти из года в год остаются глухими к воплям действительных и самых многочисленных жертв атеизма.
Несомненно, что это происходит в большой мере вследствие того, что из России они хотят слышать только голос Московской Патриархии, которая, однако, говорит лишь то, что ей указывают враги всякой религии через органы КГБ. Об этом тоже было вынесено особое определение Архиерейского Собора, указавшего на вопиющий случай: распоряжение Московского Синода о служении панихид по умершем в прошлом году безбожнике и гонителе Церкви Брежневе, деятельность которого патриарх Пимен кощунственно назвал «богоугодной». В предписании о служении по нем панихид было указано, что его не следует именовать «рабом Божиим», каковым он действительно и не был. Однако, всеми должна была чувствоваться неловкость при совершении какой бы то ни было молитвы об упокоении в Царствии Небесном человека, отрицавшего и самое его существование. Так, нарушение церковных правил во имя угождения безбожникам неминуемо приводит к фальши. Собор отметил, что как бы ни называть Брежнева, панихиды по нем заключали в себе внутреннее противоречие, лицемерие и ложь. Они были непростительным кощунством.
Казалось бы, что весь мир, особенно православный, должен был потрястись от возмущения при виде такого кощунства, но, увы, все молчат, а категорическое заявление протеста последовало только от нашего Собора.
При виде такого равнодушия к истине и ширящегося модернизма, немалое число православных пастырей и верующих обратились к нашей иерархии, чтобы сохранить подлинное Православие и освященное вековым преданием течение церковной жизни согласно установленному Первым Вселенским Собором православному календарю.
Таким образом, наша Церковь обогатилась новообращенными и продолжает обогащаться не только преданными истинной вере греками, но и возвратившимися в лоно Русской Церкви приходами, отторженными от нее в течение последних десятилетий в незаконную американскую автокефалию. Для многих из них это решение давалось нелегко и было связано с большими жертвами. Нас радует их любовь к истине и так хотелось бы, чтобы все чада нашей Церкви с такою же ревностью вели религиозную жизнь, как и многие наши новые чада, не так давно уразумевшие истину и к ней прилепившиеся.
Если присоединение к нашей Церкви разных по национальности и прежней культуре людей может представлять иногда те или иные пастырские проблемы, то мы взираем на это спокойно, помня, что перед лицом Божиим нет не еллина, ни иудея, русского, американца или еще какого бы то ни было различия по происхождению. Все ощущаются нами как возлюбленные чада, имеющие общую цель: сохранение неповрежденной веры святых отцов и спасение души, каковыми бы ни были окружающие нас внешние условия.
Мы все живем в одном и том же мире и для всех нас существуют те же опасности и искушения охватывающей весь мир апостасии, т. е. отступления от Бога и Церкви, о которых предупреждал верующих св. апостол Павел во Втором Послании к Солунянам.
Многие замечают теперь признаки близкого конца мира. Некоторые ученые уже усматривают это, как вероятную возможность изживающего себя и как бы «стареющего» мира, гадая, когда это может произойти. Другие изучают пророчества Св. Писания и, прилагая их к ходу текущей политической жизни, усматривают скорое наступление мировых кризисов и последних дней. Однако, времена и сроки нам еще не открыты. Господь только предупредил нас о некоторых явлениях в мире, которые будут предшествовать его концу, говоря нам: «берегитесь, чтобы кто не прельстил вас, ибо многие придут под именем Моим и будут говорить: я Христос, и многих прельстят» (Мф. 24:4–5). Он также предупредил нас о том, что люди услышат о «войнах и военных слухах». Мы слышим и читаем о них постоянно. Спаситель сказал о них: «но это еще не конец» (М 24:6). Однако, теперь к разным явным лже-мессиям прибавляются сведения о рождении уже и подготовлении более серьезного претендента на положение всемирного царя лже-мессии. Мы еще ничего не можем утверждать положительно, кроме того, что появились признаки, по которым явления «сына погибели» можно ожидать в ближайший период истории или даже в ближайшие годы после объединения всего мира под одним мировым правительством.
Но Господь не напрасно в путях Своего Промысла не открывает их нам полностью. Для нас достаточно знать, что мы уже вступили в период истории, когда очень вероятно относительно скорое явление Антихриста. А это значит, что мы должны быть духовно готовы и к этому.
Что значит такая готовность? Это значит такое укрепление своих духовных сил, которое выработало бы способность противостоять антихристовым соблазнам. Многие из них, в смысле ослабления веры, обожествления человечества, предательства веры во единую и истинную Церковь ради гуманистического религиозного объединения во лже-церкви, — уже теперь стоят перед нами, подготовляя даже православных христиан к готовности пойти по этим путям Антихриста.
Что же нам делать, помимо того, чтобы только наблюдать за знамениями времени? Нам надо воспитывать в себе, в нашей пастве, во всех православных семьях твердую веру в то, что Господь дал нам счастье принадлежать к единой истинной Церкви, которая, как и в самом начале своего существования, определяется не большинством верующих на земле, а хотя бы и меньшинством, но только верных и преданных этой истинной Церкви членов. Это не легкая задача и она требует твердой веры, духовной силы и преданности Истине в окружающем нас чуждом Христу мире.
Перед лицом уже существующих и предстоящих нам соблазнов, мы должны направлять все свои духовные и умственные силы к тому, чтобы быть готовыми ко всяким искушениям. Той же подготовке да послужит нам и ожидание в скором времени (через пять лет) празднования тысячелетия Крещения Руси. Обновляя в своих умах и сердцах те начала благочестия, которые св. кн. Владимир насадил на Руси, будем стараться возрождать их и в нашем быту, с надеждой, что Господь даст нам принести их на Родину, чтобы соединиться с той частью Святой Руси, которая, несмотря на все ухищрения и преследования, продолжает существовать там хотя бы и в малом числе.
Господь дал нам пока жить на свободе, ничем не стесняемыми совне и ничем не ограничиваемыми в нашей духовной жизни, кроме своего собственного маловерия и лености. Чтобы не погрязнуть в окружающем нас болоте греха и порока, нам надо духовно встряхнуться.
В вдохновенном и пламенном докладе Собору о необходимости духовного возрождения, Преосвященный Архиепископ Виталий писал: «Вся наша паства уже приобщена через все таинства к благодати Святого Духа, и нам подобает только всеми доступными средствами пастырского делания разжечь этот огонь в пламя, сделать все, что в наших возможностях, чтобы, по слову апостола Павла, быть всем для всех, дабы кого-то спасти. Как конкретные мероприятия необходимо убедить всех верных оставить старую практику приобщения Св. Таин только один раз в году, если кто еще до сего дня придерживается этого мало похвального обычая. Всех наших пастырей убедить самим молиться перед совершением св. таинства Исповеди, дабы Господь преподал им дар любви, мудрости, сострадания и милосердия. Указать всей нашей пастве на необходимость также молиться перед тем, как идти на исповедь, дабы Господь преподал им дар Духа Святого истинного раскаяния, дар умиления, сокрушения о своих грехах, дар слез, омывающих души наши водой второго крещения, чем и должна быть исповедь, а не минутное исповедание своих грехов».
Вместе с тем, мы просим всех наших духовных чад воздерживаться от легкого вовлечения в грех осуждения друг друга и особенно своих пастырей. Последнее часто вызывают многочисленные враги нашей Церкви, давно уже избравшие предметом своих особенно яростных нападок центр нашего церковного управления — избранный всем Архиерейским Собором Архиерейский Синод. При этом они не останавливаются ни перед какой ложью и клеветой, надеясь таким способом подорвать вес и значение ненавистного для них нашего Центра. Не поддавайтесь лживым слухам, помня, что они часто распространяются, иногда даже под видом защиты правды, врагами Православной Церкви, за спиной которых стоят советские агенты и тайные поборники Московской Патриархии.
Ободряя нас и напоминая нам о Своей любви и попечении, Господь в недавнее время послал нам чудесное явление: мироточивую икону Иверской Божией Матери, перед которой мы и молились во время Собора, наблюдая чудесное явление обильного истечения из нее благовонного мира. Этим Пречистая Богородица вновь являет нам Свое попечение, которое мы видели все эти годы через нашу дивную Одигитрию — чудотворную Ее икону Курскую-Коренную.
Сознавая, что мир стоит перед небывалой в истории опасностью невероятных потрясений и бедствий, будем в этом дивном явлении черпать для себя силы и ободрение и, вместе с тем, подготовлять себя покаянным трудом благочестия к радостям или испытаниям, какие Богу угодно будет нам послать.
Прежде же всего, потрудимся не дать поглотить себя растущему в окружающем мире злу. Все чаще и острее ставится теперь перед каждым человеком вопрос: кому он хочет принадлежать: Христу или диаволу? По каким началам жить: христианским или антихристовым?
Мы просим вас, наши духовные чада, не колеблясь и ничего не страшась, внутри себя дать православный ответ на эти вопросы и избрать светлый путь христианской добродетельной жизни, а, избрав его, смело по нему идти, дабы невозбранно всем нам достигнуть Царствия Божия.
Благодать Божия, молитвы и примеры доблестных Новомучеников Российский в этом да будет нам в помощь.
Председатель Архиерейского Собора
+ Митрополит Филарет
Члены Собора:
+ Серафим, Архиепископ Чикагско-Детройтский и средне-Американский,
+ Афанасий, Архиепископ Буэнос-Айресский и Аргентинско-Парагвайский,
+ Виталий, Архиепископ Монреальский и Канадский,
+ Антоний, Архиепископ Лос-Анжелосский и Южно-Калифорнийский,
+ Антоний, Архиепископ Женевский и Западно-Европейский,
+ Антоний, Архиепископ Сан-Францисский и Западно-Американский,
+ Серафим, Архиепископ Каракасский и Венесуэльский,
+ Павел, Архиепископ Сиднейский и Австралийско-Новозеландский,
Высокопреосвященнейший Председатель Архиерейского Синода предложил мне составить и лично представить Архиерейскому Синоду отзыв по содержанию анонимного доклада «О возможности диалога с Русской Церковью Заграницей».
Из такого заголовка можно заключить, что автор записки на самом деле принадлежит не к нашейй Церкви, а к Московской Патpиаpхии. Член нашей Церкви и хранитель нашей идеологии поставил бы вопрос иначе: о возможности для нас диалога с Московской Патpиаpхией.
Действительно, если автор Доклада формально и член Зарубежной Церкви, если местами он пишет критически о Патpиаpхии, то менталитет его во многих случаях выглядит более близким к Патpиаpхии, чем к нам, хотя иногда он ее критикует. Не видно, чтобы Новомученники и Исповедники были для него «своими» и чтобы он дорожил духовным единством с ними. Записка явно писалась не адрес нашего Синода, а в адрес Московской Патpиаpхии. Иначе говоря, в ней автор говорит о том, что должна была бы делать Патpиаpхия, чтобы вовлечь наш Синод в переговоры с нею. Не видно, получила ли Патpиаpхия это обращение и как на него реагировала.
Иначе говоря, автор письма хочет, чтобы наш Синод вынес постановление по поводу срдержания чужого письма, не ему адресованному, но с намерением таким образом поставить перед Синодом вопрос о переговорах с Москвой. Должны ли мы поддаваться этой хитрости?
Перейду теперь к содержанию самой докладной записки. Автор ее начинает с провозглашения своего рода для него аксиомы относительно разделения между Русской Зарубежной Цероквью и нынешней Московской Патpиаpхией: Восстановление прерванной связи между Русской Зарубежной Цероквью и Московской Патpиаpхей необходимо: оно требует особых условий «духовного климата и предварительного первоначального диалога». Тут прежде всего надо сделать поправку: с Сергиевской Патpиаpхией у нас связь не могла прерваться, потому что ее никогда не было. Затем, надо подумать, насколько справедливо, что утверждение это является действительной аксиомой, а не предложением измены тем принципам, которым служила Зарубежная Церковь, как единственно свободная часть Русской Церкви со дней Патpиаpха Тихона до сего дня. Для этого требуется ясное определение существа и качества каждой из двух сторон, о которых идет речь.
Из того, что пишет сам автор Записки явствует, что Зарубежная Церковь, канонически образованная как независимая область на основании Патpиаpшего определения 7/20 ноября 1920 г., ничем не погрешила против верности Матери Русской Церкви. Однако, ее в принципе временная зависимость, отличается от статуса Экзархата. Из изложения Записки также явствует, что ряд явлений из Московской Патpиаpхии, которые появились после кончины Патpиаpха Тихона и теперь нас разделяют, — суть последствия физического и насильного устранения ее возглавителей, а затем — выдвижение гонителяями Митpополита Сергия, которывй уже вел управление, духовно оторванное от Патpиаpха Тихона и его Местоблюстителей-мученников. Вместо исповедников, с 1927 г. Патpиаpхия возглавляется людьми, которые канонически должны быть определяемы как «падшие»., поставив себя в услужение атеистической власти. В самом начале сергианства Митpополит Антоний сравнивал их с древними либелатиками. Позднее их служение, как прислужничество антихристовой власти, еще углубилось.
С помощью террора эти начала возобладали над церковной властью.
Неоднократно делались попытки через сергианство распространить эти начала и на Зарубежную Церковь, но она этому не поддавалась. В этом суть нашего разделения с Москвой.
Оно может быть устранено только в двух случаях: Прежде всего при случае, что государственная власть в России изменится по существу и тогда будут устранены те свойства ее, существующие в отношении Церкви, которые перечислены на последней странице Записки, а Патpиаpх отречется от сергианства. При существующих условиях, это не может быть достигнуто простым частным соглашением между Зарубежной Цероквью и Московской Патpиаpхией при ее современном состоянии. Наш Архиерейский Собоp, менее года тому назад, отверг призывы Московской Патриархии и Архиерейский Синод должен руководствоваться его определением. Низший орган не может менять позиции высшего, коего он является не начальником, а лишь исполнительным органом.
Надо еще помнить, что Советская власть формально объявила себя атеистической и остается таковой доныне. Между тем, Сергиевсое заявление, что «ее радости — наши радости» для Московской Патpиаpхии остается в силе и доныне, и смушает верующих, как особенно ярко видно из недавно полученного труда Зой Крахмальниковой и многих других документов. Советская власть осуществляет в мире антихристовы начала, а Московская Патpиаpхия обязалась приспособить свою идеологию и внешнюю деятельость к этой антихристовой идеологии. Она лишь прикрывает измену Православному Христианству внешностью благолепных богослужений.
Степень ее подчиненности безбожникам обнаруживается хотя бы из совета одного Митpополита, данного Аpхиепископу Гермогену незодолго до его увольнения от управления епархией: когда кто-то из верующих приходит к своему епископу за указаниями, надо посылать его сначала к Уполномоченному. Когда он от последнего вернется, раньше чем принять его, справиться у него по телефону, что он сказал, и тогда уже сказать просителю то же самое.
Это есть антихристов метод церковного управления и со стороны иерархии проявление внутреннего психологического примирения со своим духовным порабощением.
Недавно напечатанное в «Новом Русском Слове» из Киева показывает, что и теперь, при т. н. «перестройке», подчиняясь такому началу, епископами устраняются от духовного руководства верующими все более благочестивые священно-иноки и заменяются более «современными». Это и переговоры с Ватиканом, суть попытки замены подлинно церковного духовенства «новой сменой» в осущществлении дьявольского плана коммунистической партии. Говоря о нем, Заведующий делами Религии Харчев, успокаивал партийцев, что при новой церковной политике прежние принципы партии не предаются забвению: меняются только методы, направленные к перевоспитанию духовенства. Такая двойственность иерархии, участвующей в проведении этих планов, чувствуется многими сознательными верующими. Достаточно убедительного материала мы находим в документах, которые во время Собоpа передал нам о. Виктор Потапов. Кроме ряда свидетельств духовенства и мирян, там есть Московская Беседа за Круглым Столом с представителями духовества и мирян. Из этого материала видна отчужденность от иерархии самих церковных элементов. Особенно убедительно она видна из записки церковно-просвещенной Зои Крахмальниковой. Она, богословски и на основании фактического положения дает православную оценку современного сергианства, в полной мере созвучную тому, что со времени Митpополита Антония неизменно свидетельствовалось нашей Зарубежной Цероквью, вплоть до последнего Собоpа в прошлом (1989) году.
И вот, анонимный радетель соглашения между истиной и ложью, предлагает приступить к переговорам о соглашении с глубоко духовно поврежденной Московвской Патpиаpхией. Для начала он предлагает нам только «предварительные переговоры» с нею, умалчивая, с кем именно они велись бы. А велись бы они с епископами, полностью подвластными коммунистической власти. Пользуясь терминалогией века сего, он зовет нас для начала к «диалогу». напомну, что в свое время склонеине первых людей ко греху начиналось с диалога Евы с диаволом в образе змия. Теперь диалоги особенно модны, отражая современное равнодушие к истине и проявляя благорасположение ко всякому заблуждению. Они еретиков к Православию пока не приводят. Святые Отцы с язычниками диалогов не вели. Они ясно исповедывали Истину, а их обличали или увещевали. Они старились добиться их обращения, а не соглашения с ними.
Святые Исповедники, Митpополиты Петр, Кирилл, Иосиф и др. отказывались от диалога с КГБ и предпочли страдания. Митpополит Сергий, напротив, на основании диалога с Тучковым признал радости коммунистов — радостями Церкви и этим внес глубокое разделение. Он надеялся путем частичных соглашений с представителями антихристиантства, сохранить организацию Церкви. До известной степени он сохранил ее внешние формы существования, но сделал это ценой ее порабощения. Организм ее теперь явлен миру явно отравленным. Диалог подразумевает одинаковую допустимость разных точек зрения по одному и тому же вопросу. Сейчас он касался бы с одной стороны, соглашателей с сергианцами, а с другой — многих тысяч мученников, исповедников и их последователей. Диалог в существующих условиях свелся бы к обсуждению, как лучше всего и менее заметно ради соглашения, попирать истину. Некоторые, вероятно, думают, что проблема сергианства потонула в водах времени и не имеет прежней остроты. Недавно в «Новом Руском Слове» мы читали поучение Епископа Василия Родзянко, который в сергианстве видит не падение, а чуть ли не святость его основателя. он дошел до этого путем внутреннего диалога, подходяя к сергианству с точки зрения целесообразности в условиях гонения. Ему чужды настроения святых исповедников и мученников, а представляется более мудрым служение сергиан в соглашении с врагами Божиими. Между тем, перед нами сейчас та же проблема, какая в 1927 г. стояла перед Митpополитом Антонием. Согласившись бы теперь на диалог мы бы отвергили святой подвиг Патpиаpха Тихона, Митpополитов Петра, Владимира, Кирилла, Вениамина, Иосифа и многих тысяч их поледователей. Более того, это было бы принято в России как предательство по отношении к Епископу, священникам и мирянам, пусть малочисленным но верным исповеданию истины, для которых Зарубежная Церковь служит иточником духовной поддержки и одобрения.
