Все ужасные последствия «Декларации» митрополита Сергия 1927 года, которые предсказывали первые иерархи катакомбной Церкви, не замедлили проявиться в действии. Советское правительство использовало «Декларацию» прежде всего как основание для «законного» преследования Катакомбной Церкви; но «легализация» Церкви не принесла никакой пользы и сергианским иерархам: практически все они подвергались преследованиям, и к концу 1930-х годов Русская Православная Церковь как видимое тело была практически уничтожена; лишь очень немногие храмы оставались открытыми.
После Второй мировой войны Московский Патриархат вышел на международную религиозную сцену именно так, как предсказывали иерархи Катакомбной Церкви: в качестве инструмента пропаганды Советского правительства, без малейших колебаний готового на все для оправдания Советской тирании. Согласно заявлениям представителей Московского Патриархата, безстыдно продолжающимся до сегодняшнего дня, мол Советское правительство никогда не преследовало Церковь — ни сегодня, ни когда-либо в прошлом; если кто-либо из клириков и преследовался властями, то только за «политические преступления»; храмы закрываются лишь потому, что так хотят люди.
***
4 января 1971 года в тюремной больнице города Кирова (до переименования — Вятка), на 68-м году жизни от сердечной болезни скончался Борис Владимирович Талантов. При советской власти он умер в безчестии, как политический преступник, находясь в заключении с сентября 1969 года за написание ряда исключительно откровенных и подробных сообщений о преследовании православных христиан атеистическим режимом и руководящими иерархами МП — «преступление», которое в Советском Союзе относилось к разряду «антисоветской деятельности».
Жизнь Бориса Талантова представляет собой «типичную» биографию православного христианина в Советском Союзе, достигающую высшей точки в последние годы жизни Б. Талантова, с редкой смелостью правдиво описавшего религиозную ситуацию в СССР. Его жизнь является примером «шокирующей правды», выраженной в заявлении писателя Анатолия Кузнецова, бежавшего из СССР на Запад в 1968 году: «Невозможно одновременно быть советским гражданином и порядочным человеком». Борис Талантов был честным человеком, который до конца своей жизни оставался настоящим православным христианином, не запятнавшим свою совесть, и именно поэтому в советской системе единственно возможным для него местом была тюрьма.
Основные события его биографии описаны им самим в его «Письме к генеральному прокурору СССР», датированном 26-м апреля 1968 года (письмо в английском переводе было опубликовано в Religion in Communist Dominated Areas от 15/31 августа 1968 года). Последующие цитаты взяты непосредственно из этого документа.
Борис Талантов родился в 1903 году в Костромском уезде, в семье священника. В 1922-23 годах он был студентом Института Межова в Москве. «Мои ближайшие родственники и я сильно страдали от беззаконий и произвола государственных служб безопасности во время правления Сталина. Мой отец в возрасте 62-х лет в 1937-м году был осужден тройкой и, несмотря на болезни и возраст, был сослан в Темниковские лагеря (Саровский монастырь), где ныне отбывает наказание писатель Ю.М. Даниэль. 5 февраля 1940 года я обратился с прошением к генеральному прокурору РСФСР, в котором
содержалась просьба о досрочном освобождении моего отца по состоянию здоровья. Лишь 19 декабря 1940 года, после продолжительного молчания, мне пришло уведомление из секретариата генерального прокурора о том, что мой отец умер в лагерях 12 марта 1940 года. Единственной причиной его ареста и заключения являлось то, что мой отец был священником. Мой брат Серафим Владимирович Талантов работал инженером по гидравлике в городе Вологда и в 1930 году, в возрасте 22-х лет, был арестован и осужден безо всяких на то причин. Он погиб в лагерях при постройке Беломорканала. Из-за моего происхождения спецслужбы в период с 1930 по 1941 годы угрожали и лично мне. В 1954 году за религиозные убеждения я был исключен из педагогического института. Официально — за дисциплинарные провинности. Честно трудясь всю свою жизнь, как это видно из моих документов, я несмотря на это постоянно пребывал в страхе, что меня арестуют и отправят «гнить в тюрьму», или же уволят с работы с занесением в «черные списки». Поэтому я счел своей обязанностью написать письмо в газету «Правда», выражая свой протест против тирании и беззаконий, творимых КГБ».
Это письмо, вызвавшее ярость у советских чиновников по отношению к его автору, Б. Талантов анонимно отправил 18 июля 1957 года. «Я не знаю, дошло ли мое письмо до редактора «Правды», но я точно знаю, что с ним ознакомились в Кировском КГБ. В нем, проведя экспертизу почерка, установили, что письмо принадлежало мне. 29 июля 1958 года меня вызвали в КГБ, где я подписал бумагу о том, что я являлся автором письма, а также выразил сожаление, что по слабости духа не поставил под ним своего имени. 14 августа 1958 года я был уволен с работы в Кировском политехническом институте «по собственному желанию»».
Совершенно не боясь повторения вышеописанного, Б. Талантов написал еще ряд писем, на этот раз всегда подписывая их своим именем. Вот что он говорит об этих письмах:
«1. Письмо в журнал «Наука и религия», содержавшее опровержение лжи антирелигиозной пропаганды. Выслано 31 октября 1960 года, ответа на него получено не было.
Письмо в газету «Известия», озаглавленное «Массовые уничтожения памятников церковной архитектуры в Кирове и области». Выслано 19 февраля 1963 года. Ответа от редактора газеты я не получил, но летом 1963 года на собрании в Кирове один из выступавших московских докладчиков, очевидно по указанию редактора «Известий», предложил подвергнуть меня за мое бунтарское письмо принудительному лечению, т.е. заключить меня в психиатрическую лечебницу.
Письмо в газету «Известия» — «Советское государство и христианская религия», полученное редактором газеты 19 декабря 1966 года».
Последнее письмо было переработкой открытого письма патриарху Алексию, написанного Б. Талантовым и подписанного еще 12 верующими. «В письме содержались в основ-ном описания вопиюще безсовестных поступков местного епископа Иоанна, ставившего своей целью разрушение церковной жизни в регионе. По этой причине верующие требовали от патриарха немедленного снятия епископа Иоанна с кафедры. Кроме всего прочего в письме отмечалось, что в промежуток с 1960 по 1964 год гражданские власти незаконно закрыли в Кировской области 40 церквей (что составляло 55% от общего количества церквей в этой области), сожгли в этих церквах иконы и иконостасы, а церковные ценности разворовали».
«»Открытое письмо патриарху Алексию» каким-то способом попало заграницу, и 8 декабря 1966 года было зачитано на Би-Би-Си. 14 февраля 1967 года за написание этих писем я был вызван в управление КГБ по Кировской области. Мне было предложено убрать мою подпись с «открытого письма кировских верующих», о котором стало известно заграницей. В письменном объяснении я отметил, что как автор данного письма, а равно и письма, отправленного редактору «Известий», я подтверждаю подлинность моей подписи и буду продолжать отстаивать истинность того, о чем говорится в письмах. В тот же самый день КГБ провело обыск в моей квартире и изъяло мои рабочие документы, содержавшие наброски моих комментариев к различным трудам по философии.
Позже, 25 февраля, я узнал из передачи по Би-Би-Си, что в то же самое время, когда я подтвердил подлинность своей подписи в КГБ, митрополит Никодим, находясь в Лондоне, заявил об анонимности авторства моего письма и сказал, что по этой причине письмо является фальшивкой. Он дал понять, что готов подкрепить свои слова клятвой на кресте и Библии. Данное утверждение митрополита Никодима очень меня расстроило, так как из переписки с Московским Патриархатом я был убежден, что митрополит Никодим знает о моем авторстве данного письма и не может в нем сомневаться. Поэтому 22 марта я направил письмо патриарху Алексию, в котором опроверг утверждение митрополита Никодима об анонимности моего письма и подтвердил истинность приводимых в нем фактов.
Кроме моей, «Открытое письмо» содержало еще 7 подписей. В начале апреля все подписавшие письмо были по одиночке вызваны в Кировский горсовет для дачи показаний по этому поводу. Допрос вела секретарь горсовета Л. Останина, назвавшая меня «опасным человеком, которого поддерживают заграницей», и пригрозила тюремным заключением тем, кто в будущем будет подписывать письма подобного рода. Невзирая на угрозы, ни один из допрашиваемых не отозвал своей подписи от письма.
В то же самое время агенты КГБ добрались до нескольких верующих, подавших прошение об открытии в Кирове второй церкви. Этих верующих обвинили в связи со мной, назвав меня «опасным политическим преступником». В заключение, один из преподавателей Политехнического института, где я преподавал высшую математику в 1955-58 годах, публично назвал меня «врагом народа», что было общепринятой практикой во время Ежова (начальник тайной полиции Сталина в конце 1930-х, во время самых страшных «чисток»)».
Другим результатом написания Талантовым этих писем была статья в советской газете «Кировская правда» от 31 мая 1967 года, «содержавшая клеветнические предположения, грубые угрозы и голословные обвинения в мой адрес», и в которой также использовались материалы из личного архива Талантова, конфискованного КГБ 14 февраля 1967 года — тем самым было продемонстрировано существование тесных рабочих отношений между советской прессой и политическим ведомством, занимавшимся преследованиями верующих. Трагическим итогом было то, что «моя жена, Нина Агафангеловна Талантова, страдавшая от повышенного кровяного давления, не смогла перенести угроз и клеветнических обвинений, содержавшихся в статье, выдержанной в стиле запугивающих материалов против псевдоврагов народа Ежовского периода. 7 сентября 1967 года с ней случился сердечный удар, и она умерла 16 сентября 1967 года.
В день ее смерти я хотел, чтобы над ней совершили обряд миропомазания, как она и просила. Однако настоятель единственного открытого в Кирове храма преподобного Серафима Саровского, заявил мне, что местные власти запретили совершать миропомазание на дому. Этот прискорбный случай показывает, что православные христиане Кирова лишены даже тех возможностей, которые существовали при Сталине».
Талантов и сам был уже серьезно болен.
В результате своей деятельности Борис Талантов был арестован 12 июня 1969 года и 3 сентября того же года приговорен к 2 годам тюрьмы за антисоветскую деятельность. В своем обращении к суду он еще раз отметил, что по-прежнему не отказывается ни от чего им написанного, что все его письма содержат лишь правдивый фактический материал. Борис Талантов подчеркнул, что он остается верным Православию, своим идеалам и убеждениям. Он также попрощался со своими друзьями, поскольку не надеялся вернуться из тюрьмы живым. Так и произошло.
Для верующих, как в СССР так и заграницей, Борис Талантов является вдохновляющим примером христианского мужества, способного противостоять невероятным преградам. Московский интеллигент Анатолий Краснов-Левитин, который и сам попал в тюрьму за свое правдолюбие, так описывает Бориса Талантова в статье «Драма в Вятке», написанной во время ареста Талантова и затем опубликованной в журнале «Посев» (за октябрь 1969 год):
«Я видел его всего лишь один раз: невысокий худой пожилой человек с маленькой серой бородкой, сутулый, с дешевым маленьким портфелем в руках, неразговорчивый. По внешности — типичный человек из лесной глуши. Когда во всех газетах и журналах было полно глупой клеветы против верующих, а иерархи сидели на месте, боясь сказать хоть слово в защиту Церкви — в это время простой вятский учитель боролся за Церковь. Он боролся при помощи пера, писал поразительные письма всюду, куда можно было, он боролся словом, обличая произвол властей и преступное потворство церковной иерархии. Ему, пожилому человеку, было очень трудно, потому что в провинции он был совершенно один… В провинции люди более робкие, чем в Москве, власть более деспотичная, а ее произвол носит более циничный характер… Однако оказалось, что у этого кроткого маленького пожилого человека железная воля, титаническая энергия и великое сердце. Этого человека не сломали ни болезни, ни личные беды. Он — герой, но герой немногословный, скромный, тихий. Он пожертвовал своей жизнью просто, как бы естественно, не изображая из себя кого-либо. Он ровным и спокойным голосом свидетельствовал о правде и спокойно и тихо взошел за это на Голгофу».
Итак, всю свою жизнь Борис Талантов был безстрашным исповедником святого Православия. Благодаря смелым письмам, направленным против преследования Церкви государственной властью и советским церковноначалием, Борис Талантов как бы стоит во главе тех многих верующих, чьи откровенные петиции и протесты достигли свободного мира за последние 25 лет: верующие Почаева, два московских священника, архиепископ Ермоген и другие. Но по глубине анализа Талантов превосходит их всех и выводит их протесты на гораздо более высокий уровень.
Борис Талантов был философом; в одном из своих писем он упоминает, что его записи и комментарии к различным философским трудам были выкрадены КГБ. Используя свое философское мышление как в личной трагедии, так и в трагедии других верующих в Советском Союзе, он проник к истокам самых «корней» современной Московской Патриархии. Проблема заключается не просто в несправедливости, преследованиях и лжи, против которых верующие так безстрашно протестуют в течение последних 25-ти лет — проблема заключается в самой сущности «Сергианства»: том договоре, который митрополит Сергий (Страгородский) заключил с Советской властью в 1927 году. Талантов развивает эту мысль в своем труде «Сергиевщина», которое приведено ниже.
Однозначно опровергая тот в общем благоприятный образ митрополита (патриарха) Сергия, который сложился на Западе, Талантов утверждает, что «корни тяжелого церковного кризиса, который сейчас обнаружился, были заложены именно патриархом Сергием». Вышеупомянутая Декларация 1927 года явилась не «вынужденным документом церковной власти, которая стремилась сохранить количество приходов», но «это обращение и вся последующая деятельность митрополита Сергия были предательством Церкви». «Своей ложью и приспособленчеством митрополит Сергий не спас никого, кроме самого себя». Сергианство «было не только чудовищной ложью, но и низким предательством Церкви и верующих. Этим заявлением митрополит Сергий прикрыл чудовищные преступления И. Сталина и стал послушным орудием в его руках». Даже открытие некоторых церквей во время Второй мировой войны вовсе не было результатом сергианского компромисса. «Открытие церквей при целом ряде условий не было заслугой патриархов Сергия или Алексия, но лишь актом атеистического режима, совершенным для успокоения людей, под давлением простого народа».
В своей еще более откровенной статье «Секретное участие Московской Патриархии в борьбе Коммунистической Партии Советского Союза против Православной Церкви» Талантов указывает цели, для осуществления которых Московская Патриархия превратилась в «послушное орудие атеистического режима». На родине «Московская Патриархия и большинство ее епископов тайно принимают участие в действиях атеистического режима, направленных на закрытие церквей и борьбу с православной верой». За рубежом, «при помощи безстыдной лжи и клеветы», Патриархия пытается скрыть «беззаконное закрытие храмов, притеснения верующих и тайные административные меры, направленные на подрыв веры в самом СССР… Во-вторых, лживая и предательская деятельность Патриархии направлена на создание и развитие всемирного псевдохристианского движения, идущего по абсолютно ложному пути, максимально далекому от святоотеческого Православия, и таким образом подрывающего его. В качестве примера последнего утверждения Талантов приводит требование Московской делегации на Всеправославном Соборе 1961 года в Роде (Rhodes Pan-Orthodox Synod in 1961) «отречься от христианской апологетики и идеологической борьбы с современным атеизмом».
Подводя итог, Талантов предупреждает:
«Деятельность Московской Патриархии заграницей является сознательным предательством Русской Православной Церкви и Православной веры. Московская Патриархия на международной арене действует на пользу антихристианства».
Ни один из русских критиков Московской Патриархии не делал более решительных заявлений. Слова Талантова полностью совпадают с мыслями епископов-иосифлян, демонстрируя всем, что предупреждения иосифлянских епископов о последствиях декларации митрополита Сергия были совершенно справедливы и полностью исполнились. В связи с этим, актуальным является вопрос об отношении Б. Талантова к деятельности «Иосифлянской» или Катакомбной Церкви в СССР. Талантов пишет об этом в одной из своих статей. «Семья Слобожаниных воспитала своих детей в христианской вере, а их дом служил для распространения христианства среди жителей их деревни. В их доме верующие, называющие себя Истинно-Православными христианами, собираются на молитву, поют псалмы и читают Библию. Единственным их отличием от других православных является непризнание ими патриарха Алексия и подчиняющихся ему епископов, которых истинно-православные считают изменниками Церкви. В июне 1961 года Народный Суд вынес М. Л. Слобожанину приговор в тунеядстве и отправил его в ссылку на пять лет… В конце 1962 года тот же суд лишил Татьяну Слобожанину родительских прав и отправил ее в ссылку, а дети были определены в детский дом» («Из письма к генеральному прокурору», стр. 131). Из приведенной цитаты понятно, что Талантов поддерживает истинно-православных христиан в их борьбе против тирании со стороны государства и официальной церковной иерархии. Как отмечает Джон Дэнлоп, границы «официальной» и «катакомбной» Церквей достаточно расплывчаты. Труды Бориса Талантова говорят о глубоком разделении внутри Московского Патриархата, разделении между «сергианской» иерархией и ее «коммунистическим христианством» и настоящими православными верующими, которые всеми доступными им средствами сопротивляются нечестивым попыткам «приспособления к атеизму». Борис Талантов обвиняет в предательстве православных христиан в России и тех на Западе, которые не отвергают возможности переговоров с Московской Патриархией, потому что она «подвергается преследованиям», но в то же время не замечают гонений на верующих со стороны самой Патриархии.
Судьбы Русской Православной Церкви известны лишь Господу, но мы надеемся, что когда-то она снова станет свободной. Письма Бориса Талантова указывают на этот день. Хотя первоначальной их целью было сопротивление современным автору деяниям, направленным против Православия, благодаря своей глубине эти письма выходят за пределы злободневных целей. Несомненно, что труды Бориса Талантова будут использованы в качестве свидетельств на Поместном Соборе, который будет собран свободной Русской Церковью. В этом Соборе будут также принимать участие Катакомбная Церковь и Зарубежная Церковь, а результатом Собора станет оценка ситуации, возникшей из-за коммунистического ига и сергианства.
Борис Талантов был не только полемистом и философом — во-первых, и, прежде всего он был просто православным христианином. Черты его христианского характера, которые можно не заметить в его общественно-политических письмах — его терпение, упование на волю Божию и христианскую любовь — хорошо видны из письма, написанного Талантовым в тюрьме незадолго перед смертью (7-го декабря 1970 года). Письмо было опубликовано в Вестнике Русского Студенческого Христианского Движения, Париж, № 4, страница 168.
«Ваши письма были для меня большой радостью, потому что, узнав 2 октября 1969 года о Ваших злоключениях, я очень о Вас волновался и горячо молился Богу об избавлении Вас от искушений.
Я выражаю свою сердечную благодарность Вам и Вашим друзьям за вашу великую доброту, оказанную мне в такое тяжелое для меня время. Искренняя и жертвенная любовь среди нас, христиан, есть знак того, что мы — ученики Христовы. Знание этого само по себе утешает и ободряет нас, независимо от состояния, в котором мы находимся. Для меня, старого больного человека, заключение является очень тяжелым испытанием. Но здесь я встретил несколько по настоящему верующих заключенных, которые, по возрасту младше меня, присматривали за мной и помогали мне, как будто бы я был их отцом. Подобно этому, верующие на свободе также поддерживали меня своими письмами, в которых очевидно проявляется христианская любовь.
С 6-го ноября я нахожусь в госпитале из-за болезни сердца. Окулист обнаружил катаракту обоих глаз и сказал, что мне необходима операция, иначе я полностью ослепну. Но все эти беды не сломали моего духа и веры: я по-прежнему могу писать и читать письма, слава Богу.
Я нахожусь в добром духе и с благодарностью приму от Господа все мои горькие испытания.
Я горячо молю Бога о Вашем здоровье и о здравии всех православных христиан.
До сохранит Вас Господь от всех злоключений и бед и дарует Вам Свою радость.
Ваш друг, Борис Талантов».
***
Два текста, приводимых ниже, имеют огромное значение для понимания происходившего с Русской Православной Церковью во времена коммунистического ига. Они были написаны настоящим исповедником Православия, который умер в тюрьме в Советском Союзе в 1971 году за написание этой и ей подобной работе. Они представлены здесь как прямой ответ на обращение самого автора: «Это предательство… должно стать известно всем верующим в России и за границей, потому что подобная деятельность Патриархии… представляет собой большую опасность для всех верующих». Тексты в основном состоят из документов, предлагающих прямые и неопровержимые доказательства сознательного предательства Русского Православия собственными иерархами.
Русское Православие сегодня — преданное его иерархами в СССР и представленное только свободными епископами заграницей и малой частью верующих на родине и за рубежом — живет в ожидании восстановления истинного и канонического церковного порядка. Это, несомненно, случится лишь в случае Собора с участием всех частей Русского Православия, который состоится после падения коммунистического режима и на котором будут оправданы все, сохранившие верность Православию.
Для этого восстановления истинного порядка работы Бориса Талантова будут неоценимым свидетельством, потому что их автором был человек, который сознательно боролся с Советским игом с начала его возникновения и таким образом его письма знакомят нас изнутри не только с жизнью Русской Церкви в эти годы, но, что более важно, с отношением к ним православных христиан. Раньше об этом было известно от тех, кто бежал из СССР, но изнутри страны не исходило ничего, кроме однообразной пропаганды со стороны Московской Патриархии, целью которой было сокрытие правды. Эта цель Московской Патриархией была достигнута — ей удалось одурачить целые поколения доверчивых церковных деятелей Запада. Но ныне, что является кульминацией десятилетия протестов, правда о верующих в России и их положении стала известна.
Борис Талантов, как видно из приводимых текстов, никуда не ушел из Московской Патриархии. Даже хотя он испытывал симпатии к членам Истинно-Православной (Катакомбной) Церкви, которых он знал, он все же использует стандартную советскую терминологию и называет эту Церковь «сектой». Здесь, конечно же, с ним можно не согласиться. Не осуждая тех, кто остается в Московской Патриархии, мы, заграницей, не можем не считать, что разрешение современного кризиса Московской Патриархии, который, как верно отметил Талантов, является кульминацией предательства 1927 года — не может исходить только от Патриархии, но в его разрешении должно принять участие все Русское Православие: верующие в катакомбах, которые продолжают хранить верность заветам митрополита Иосифа и других епископов, в 1927 году, объявивших «Сергианскую» церковь расколом; истинные верующие, которые остались в Патриархии, и Русская Православная Церковь Заграницей. Весьма маловероятно, что Б. Талантов мог иметь доступ к неискаженной информации об РПЦЗ. Поэтому нужно помнить, что в приводимых ниже документах дается не полная картина о русском Православии, но скорее неискаженное мнение православного христианина из СССР, члена Московской Патриархии. Эти статьи, однако, без сомнения являются одними из важнейших документов, которые будут использованы в будущем для составления «полной картины» о происходившем в русском Православии.
Иными словами, только Богоустановленная власть есть подлинная власть. Власть же, не признающая надъ собой высшей власти Бога, есть не власть, а самовластіе.
Совѣтская власть въ СССР не есть истинная власть, а есть отрицаніе самой сущности, самого принципа, самой идеи власти и утвержденіе самовластія.
Атеизмъ есть страшное зло. Онъ порождается или величайшимъ грѣхомъ гордости, или обусловливается полнымъ равнодушіемъ къ вопросамъ религіи и морали (т. е. къ Истинѣ и Любви), или является результатомъ преступнаго недомыслія: «Рече безуменъ въ сердцѣ своемъ: нѣсть Богъ» (Псал. 13).
Государственная власть въ СССР, представляющая собою откровенное и циничное самовластіе, главной задачей своей идеологической политики ставитъ распространеніе атеизма при помощи принципіальнаго величайшаго духовнаго и физическаго государственнаго насилія. Доведенная до совершенства система универсальной пропаганды, построенной на государственно-организованной лжи, обманѣ, соблазнахъ и террорѣ, вмѣстѣ съ дьявольски жестокой усовершенствованной системой истязаній и пытокъ принципіально и планомѣрно употребляемыхъ совѣтскимъ государствомъ для торжества атеизма — есть явленіе совершенно новое, качественно глубоко отличное отъ всѣхъ извѣстныхъ видовъ жестокостей и насилія въ міровой исторіи.
Главная борьба большевитскаго государства направлена на христіанство, какъ совершеннѣйшій видъ религіи и, особенно, на Православіе, какъ совершеннѣйшій видъ христіанства. Большевизмъ, /с. 4/ какъ наивысшее явленіе антихристіанства, есть идея антихриста.
Если Православная Христіанская Церковь есть мистически «Тѣло Христово», то большевитская коммунистическая партія есть мистически тѣло антихриста.
Персональное историческое апокалипсическое явленіе антихриста ничего принципіально новаго къ этой идеѣ антихриста не прибавитъ. Онъ только окончательно оформитъ, централизуетъ и универсализуетъ эту идею во всемъ мірѣ, создавъ абсолютно-безвыходное положеніе для всего человѣчества. Ибо предъ каждымъ человѣкомъ встанетъ тогда вопросъ, на который нельзя будетъ не отвѣтить (не только словомъ, но и дѣломъ): подчиняется-ли онъ «власти» антихриста, чтобы получить печать антихриста «на лобъ» или «на руку» (по толкованію еп. Дамаскина «на лобъ» — означачаетъ «добровольное, полное духовное порабощеніе», а «на руку» — пріобщеніе «страха ради»).
Не получившіе печати будутъ мучимы и истязуемы такъ, что «соблазнятся даже избранные», и если-бы не сократились сроки — «не выдержала бы никакая плоть».
Большевизмъ ставитъ своей конечной цѣлью, при помощи міровой революціи, установить свою «власть» во всемъ мірѣ. Если это случится, и во главѣ всего міра станетъ большевитское коммунистическое міровое правительство въ лицѣ «Вождя народовъ міра», — то это и будетъ мѣсто для персонификаціи историческаго апокалипсическаго антихриста.
Надо ясно, отчетливо и твердо понять, что СОВѢТСКАЯ ВЛАСТЬ ЕСТЬ ВПЕРВЫЕ ВЪ МІРОВОЙ ИСТОРІИ ПОДЛИННАЯ ЦИНИЧНО-ОТКРОВЕННАЯ АНТИХРИСТОВА ВЛАСТЬ, т. е. БОГОБОРЧЕСКОЕ САМОВЛАСТЬЕ.
Безъ признанія этой глубоко качественно-отличительной оцѣнки «совѣтской власти» — нѣтъ никакой «проблемы коммунизма». Если большевитскій коммунизмъ есть лишь одно изъ многихъ, качественно не новыхъ явленій въ міровой исторіи, если «совѣтская власть» есть лишь только одна изъ худшихъ и жесточайшихъ (пусть даже самая худшая изъ худшихъ и жесточайшихъ), то никакого особаго «духовнаго кризиса человѣчества» нѣтъ и вообще никакой новой духовной проблемы нѣтъ. Тогда къ явленію коммунизма надо относиться лишь съ политической, экономической, военной или «утилитарно-моральной» точки зрѣнія, какъ и относится къ нему въ настоящее время подавляющее большинство политическихъ дѣятелей всего міра. Результаты такого пониманія мы видѣли: большевизмъ медленно, безпрепятственно завоевываетъ міръ.
МИСТИЧЕСКАЯ СИЛА БОЛЬШЕВИЗМА ПОНЯТНА НЕ МНОГИМЪ.
/с. 5/Вспомнимъ потрясающую сцену въ «Повѣсти объ антихристѣ» Вл. Соловьева, когда первоіерархъ Православной Церкви св. старецъ Іоаннъ, вдругъ понявъ КТО находится передъ нимъ, воскликнулъ громко, ясно, твердо, опредѣленно, убѣдительно и убѣждающе: «дѣтушки. Да вѣдь это антихристъ!»
Катакомбная Православная Русская Церковь въ СССР, Церковь исповѣдниковъ и мучениковъ, квалифицируетъ Совѣтскую Государственную власть, какъ власть антихриста.
Историческая делегація Петроградской епархіи въ 1927 году, возглавляемая епископомъ Гдовскимъ Димитріемъ (разстрѣлянъ въ 1937 году послѣ 10-лѣтняго заключенія), прямо такъ и поставила вопросъ предъ замѣстителемъ и мѣстоблюстителемъ Патріаршаго престола митрополитомъ Сергіемъ въ Москвѣ:
Митрополитъ Сергій засмѣялся и отмахнулся: «Ну, какой тутъ антихристъ», и это было самое главное, роковое, рѣшающее расхожденіе, послѣ котораго въ 1927 г. произошелъ церковный расколъ. Тѣ, кто квалифицировали сов. власть, какъ власть антихристову (т. е. какъ богоборческое самовластіе), не нашли для себя нравственно-возможнымъ (не по политическимъ соображеніямъ, а по религіозной совѣсти), чтобы Православная Русская Церковь «только духовно» подчинялась сатанѣ, сохранивъ свою «полную автономію», гарантированную «конституціей» СССР.
Тѣ-же, кто съ этими нравственными мотивами не соглашался (по убѣжденію, или страха ради), пошли за митрополитомъ Сергіемъ, а нынѣ идутъ за «патріархомъ» Алексіемъ «радуясь радостямъ богоборческаго самовластія, молясь объ успѣхахъ этого самовластія, вынося ему всенародную благодарность за вниманіе къ нуждамъ православнаго населенія», отрицая предъ всѣмъ міромъ факты бывшаго и настоящаго гоненія на истинныхъ православныхъ христіанъ, квалифицируя и мучениковъ «политическими преступниками» и «поборниками чернаго дѣла», считая установившіеся отношенія между государствомъ богоборческаго самовластія и Православной Церковью (которая должна быть Непорочной Христовой Невѣстой) — «идеальными» и называя главу богоборческаго антихристова государства Сталина «избранникомъ Божіимъ».
Когда митрополитъ Сергій въ 1927 г. впервые всталъ на этотъ гибельный путь «новой церковной политики» (какъ онъ самъ выразился), тогда со всѣхъ концовъ Россіи посыпалась къ нему масса «посланій» отъ епископата, клира и мірянъ, написанныхъ слезами и кровью сердца, убѣждающихъ его отказаться отъ намѣченнаго пути.
/с. 6/Безчисленное количество делегацій отъ разныхъ епархій пріѣзжали въ Москву и на колѣняхъ, рыдая, умоляли его исправить роковую ошибку. Изъ тюремъ, ссылокъ и концлагерей дошелъ до митрополита Сергія протестующій голосъ исповѣдниковъ и мучениковъ.
По количеству и по духовному удѣльному вѣсу протестующихъ можно было судить объ объемѣ, глубинѣ и нравственной силѣ протеста. Въ числѣ протестующихъ были самые замѣчательные церковные дѣятели Россіи: Митрополитъ ПЕТРЪ, арестованный и сосланный, но не отказавшійся отъ своихъ правъ законный Первосвятитель Русской Православной Церкви — мѣстоблюститель Патріаршаго престола; Митрополитъ АГАѲАНГЕЛЪ, первый замѣститель Патріарха; Митрополитъ ІОСИФЪ Петроградскій, замѣститель митроп. ПЕТРА; Архіепископъ СЕРАФИМЪ Углицкій, тоже замѣститель митр. ПЕТРА; Митрополитъ КИРИЛЛЪ Казанскій, глубокочтимый православной Русью; Архіепископъ ИЛЛАРІОНЪ, (Троицкій), знаменитый сподвижникъ патріарха Тихона; Архіепископъ ПАХОМІЙ Черниговскій; епископъ ВИКТОРЪ Глазовскій; епископъ ВАРЛААМЪ Пермскій; епископъ ЕВГЕНІЙ Ростовскій; епископъ ДАМАСКИНЪ Глуховскій; епископъ ВАСИЛІЙ Прилукскій; епископъ АЛЕКСІЙ Воронежскій; епископъ ІЕРОѲЕЙ Никольскій; епископъ ИЛЛАРІОНЪ, викарй Смоленскій; епископъ ДИМИТРІЙ Гдовскій; епископъ СЕРГІЙ Нарвскій; епископъ МАКСИМЪ Серпуховскій; ЕПИСКОПЫ: Гавріилъ, Аверкій, Нектарій, Ѳеодоръ, Филиппъ, Стефанъ, Петръ и др. епископы, находившіеся въ ссылкѣ, тюрьмахъ, политическихъ изоляторахъ и концлагеряхъ.
Среди протестующихъ были и лучшіе представители священства и свѣтскаго богословія: профессоръ Павелъ ФЛОРЕНСКІЙ, профессоръ Ѳеодоръ АНДРЕЕВЪ, бывшій президентъ Петербург. Религіозно-философскаго О-ва, проф. С. А. АСКОЛЬДОВЪ, проф. А. И. БРИЛЛІАНТОВЪ, извѣстный русскій философъ проф. М. А. МЕЙЕРЪ, извѣстный издатель «Религіозно-философской библіотеки» проф. М. А. НОВОСЕЛОВЪ, проф. В. Н. ФИНКЕ, діаконъ-доц. В. В. ФИННЕ, извѣстный философъ проф. А. Ѳ. ЛОСЕВЪ, профессоръ С. С. АБРАМОВИЧЪ-БАРАНОВСКІЙ, проф. Д. И. АБРАМОВИЧЪ, проф. В. Л. КОМАРОВИЧЪ, проф. А. Н. КОЛОСОВЪ, профессоръ-философъ д-ръ М. Н. МАРЖЕЦКІЙ и многіе другіе профессора; замѣчательные протоіереи: о. Василій ВЕРЮЖСКІЙ, о. Сергій ТИХОМІРОВЪ, о. Валентинъ СВѢНТИЦКІЙ, о. Александръ СИДОРОВЪ, о. Сергій МЕЧЕВЪ, о. Викторинъ ДОБРОНРАВОВЪ, о. Никифоръ СТРѢЛЬНИКОВЪ, о. Николай ПРОЗОРОВЪ, о. Александръ КРЕМЫШАНСКІЙ, о. Николай ПИСКАНОВСКІЙ, о. Сергій АЛЕКСѢЕВЪ, о. Анатолій ЖУРАКОВСКІЙ, и огромное количество другихъ, (Примѣчаніе: Фамиліи указаны лишь разстрѣлянныхъ, замученныхъ и погибшихъ). Протесты и мольбы лучшихъ представителей Русска/с. 7/го Православія, засвидѣтельствовавшихъ свое исповѣдничество — мученичествомъ — не помогли.
Митрополитъ Сергій, нарушивъ основной православный церковный законъ, основу основъ св. православныхъ каноновъ (34-е апостольское правило, по которому первый епископъ ничего не долженъ творить безъ разсужденія всѣхъ прочихъ епископовъ (— отказался устно, письменно и печатно) внять голосу протестующихъ и обрушился на несогласное съ нимъ духовенство съ самыми страшными прещеніями, квалифицируя всѣхъ несогласныхъ съ его «новой церковной политикой» — «контръ-революціонерами», предавая ихъ тѣмъ самымъ на растерзаніе органовъ Г.П.У.
Послѣ того, какъ всѣ явно протестовавшіе были «ликвидированы» карательными органами богоборческаго государства (т. е. были разстрѣляны, запытаны, сосланы въ ссылки) — истинная Православная Церковь УШЛА ВЪ КАТАКОМБЫ.
Съ явнымъ дальнѣйшимъ нарушеніемъ св. каноновъ, митрополитъ Сергій, при помощи самовластнаго совѣтскаго государства, сталъ патріархомъ. Послѣ его смерти, при помощи тѣхъ-же средствъ, во главѣ совѣтской церкви (будемъ теперь такъ называть) сталъ «патріархъ» АЛЕКСІЙ. (ПРИМѢЧАНІЕ: По вопросу о каноническихъ нарушеніяхъ, совершенныхъ сов. церковью см. замѣчательную книгу — собраніе документальныхъ данныхъ — протоіерея Михаила Польскаго: «Каноническое положеніе высшей церковной власти въ СССР и заграницей» 1948 г.).
Совѣтская церковь нарушила не только св. каноны. Она попрала и основной догматъ Православія — ДОГМАТЪ О ЦЕРКВИ. Вѣдь развѣ къ Совѣтской церкви, послѣ всѣхъ ея «дѣлъ» и «словъ» (а «слова» церкви это ея «дѣла») примѣнимы слова св. догмата: «Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь»? Не звучитъ-ли это теперь кощунствомъ? Ибо нѣтъ въ ней ни единства, ни святости, ни соборности, ни Апостольскаго духа.
Не цѣлостное единство, а суммарный конгломератъ, не духовный организмъ «тѣла Христова», а лишь формальная церковная организація, въ которой нѣтъ и намека на святость (ибо святость и принципіальная ложь — несовмѣстимы), ни, главное, Апостольскаго духа любви и ревности къ чистотѣ и правдѣ — вотъ что собою представляетъ понятіе нынѣшняя «совѣтская церковь».
Эта церковь совершила нѣчто еще болѣе страшное, чѣмъ нарушеніе каноновъ и догматовъ: ОНА ИЗМѢНИЛА СВ. ДУХУ, солгавъ предъ всѣмъ міромъ, что въ Россіи, именуемой теперь СССР, владычествуетъ не богомерзское правительство богоборческаго самовластія антихристова духа, ненавидящее и гонящее Христа и вѣрную Ему до конца истинную Православную Церковь, а «избранникъ Госпо/с. 8/день, ведущій наше отечество къ благоденствію и славѣ». «Кто можетъ со спокойнымъ сердцемъ слышать эту постыдную лживую похвалу», написалъ по этому поводу въ своемъ посланіи Первосвятитель Русской Зарубежной Церкви митрополитъ Анастасій, гдѣ человѣкоугодничество граничитъ уже съ богохульствомъ. Въ самомъ дѣлѣ, — можно ли допустить, чтобы человѣкъ, обагренный кровью съ головы до ногъ, покрытый преступленіями, какъ проказой и глубоко отравленный ядомъ безбожія, могъ быть названъ «избранникомъ Господнимъ», предназначеннымъ вести нашу Родину къ благоденствію и славѣ»? «Не значитъ-ли это, — продолжаетъ митр. Анастасій, — возводить клевету и хулу на Самого Бога Всевышняго, Который въ такомъ случаѣ являлся бы отвѣтственнымъ за все зло, которое твортся уже много лѣтъ на нашей землѣ большевицкой властью, возглавляемой Сталинымъ»? «Атомная бомба, — заключаетъ митр. Анастасій, — и всѣ другія разрушительныя средства, изобрѣтенныя нынѣшней техникой, поистинѣ менѣе опасны, чѣмъ НРАВСТВЕННОЕ РАЗЛОЖЕНІЕ, какое вносятъ въ русскую душу своимъ примѣромъ высшіе представители гражданской и ЦЕРКОВНОЙ власти. Разложеніе атома приноситъ съ собой только физическое опустошеніе и разрушеніе, а растлѣніе УМА, СЕРДЦА И ВОЛИ влечетъ за собой ДУХОВНУЮ СМЕРТЬ цѣлаго народа, послѣ которой НѢТЪ ВОСКРЕСЕНІЯ».
Какова-же природа той «церковной» власти, которая вноситъ нравственное разложеніе» въ русскую душу и «РАСТЛѢВАЯ УМЪ, СЕРДЦЕ И ВОЛЮ», влечетъ за собой «ДУХОВНУЮ СМЕРТЬ ЦѢЛАГО НАРОДА, послѣ которой «НѢТЪ ВОСКРЕСЕНІЯ»?
«Совѣтская церковь, — пишетъ г. С. П. [проф. И. А. Ильинъ — прим. «Русскаго Портала»] въ своей замѣчательной брошюрѣ «О церкви въ СССР» (Парижъ, 1947 г.), есть учрежденіе совѣтскаго противохристіанскаго тоталитарнаго государства, исполияющее ЕГО порученія, служащее ЕГО цѣлямъ, не могущее ни свободно судить, ни свободно молиться, ни свободно блюсти тайну исповѣди… Только тотъ можетъ считать «патріарха» Алексія «хранителемъ каноновъ», кто никогда не читалъ и не вникалъ въ ихъ глубокій христіанскій смыслъ. Этотъ смыслъ, прежде всего въ свободѣ отъ человѣческаго давленія «на изволеніе Духа Святаго», и на вдохновенномъ повиновеніи Его внушеніямъ… и потому, то, что Алексій можетъ хранить, конечно въ предѣлахъ угодныхъ и удобныхъ совѣтской политической полиціи, — это традиціонная внѣшность историческаго Православія».
Анализируя мотивы и «церковныя» соображенія Высшей Совѣтской церковной власти, — г. С. П, въ той же брошюрѣ пишетъ: «Для чего они это сдѣлали?
/с. 9/
1) Для того чтобы ПОКОРНОСТЬЮ АНТИХРИСТУ погасить или по крайней мѣрѣ смягчить гоненія на вѣрующихъ, на духовенство, на храмы; «купить» передышку цѣною СОДѢЙСТВІЯ большевизму въ Россіи и за границей.
2) Изъ опасенія, какъ бы антихристъ не договорился съ Ватиканомъ объ окончательномъ искорененіи Православія; чтобы въ борьбѣ съ католичествомъ ИМѢТЬ АНТИХРИСТА ЗА СЕБЯ».
«Не подлежитъ, однако, никакому сомнѣнію, — пишетъ дальше С. П., — что будущее Православія опредѣлится не компромиссами съ антихристомъ, а именно тѣмъ героическимъ стояніемъ и исповѣдничествомъ, отъ котораго они (т. е. представители совѣтской церковной власти) такъ предательски отреклись».
Въ заключеніе г. С. П. выдвигаетъ ясный, точный, простой и убѣдительный тезисъ съ которымъ нельзя не согласиться:
«Православіе, подчинившееся совѣтамъ и ставшее орудіемъ мірового антихристіанскаго соблазна — есть не православіе, а соблазнительная ЕРЕСЬ АНТИХРИСТІАНСТВА, облекшаяся въ растерзанныя ризы историческаго Православія».
Всякому непредубѣжденному русскому православному человѣку совершенно ясно, какъ-бы поступилъ въ настоящее время св. митр. Филиппъ, если-бы онъ былъ теперь въ Москвѣ и возглавлялъ бы русскую церковь. Обличившій православнаго царя въ его злодѣяніяхъ, неужели не обличилъ бы еще болѣе грознаго богомерзкаго правителя въ дѣлахъ явно сатанинскихъ? Ибо исповѣданіе ПРАВДЫ для православной Церкви не менѣе обязательно, чѣмъ исповѣданіе вѣры. Путь митрополита Филиппа — путь истинный, а измѣна этому пути — есть измѣна самому духу православія.
Вѣрное своему отцу-діаволу — «отцу лжи», совѣтское государство, въ основу всей своей дѣятельности положило ложь. «Государственно-организованная ложь» — есть явленіе совершенно новое въ исторіи. «Отдѣленная отъ государства» совѣтская церковь — пошла по стопамъ совѣтскаго государства и явила міру «ЦЕРНОВНО-ОРГАНИЗОВАННУЮ ЛОЖЬ». Въ 10 номерѣ «Журнала Московской патріархіи» архіепископъ Александръ пишетъ: «И нынѣ Москва — сердце Россіи — въ миніатюрѣ вся «Святая Русь»». Съ этимъ можно согласиться лишь при условіи, что «миніатюра» есть «кривое зеркало». Характеризуя «патріарха» Алексія, этотъ же архіеп. Александръ пишетъ: «Просвѣщенный Духомъ Святымъ, умудренный святительскимъ опытомъ святѣйшій нашъ своей патріаршей дѣятельностью свидѣтельствуетъ, что нынѣ не время для огненныхъ обличеній св. Іоанна Предтечи, а время милосердія, врачеванія немощныхъ душъ по завѣтамъ преп. Сергія Радонежскаго и Серафима Саровскаго».
/с. 10/Такъ пишетъ въ СССР совѣтскій архіерей. Но иное думаетъ народъ. Вырвавшійся изъ совѣтскаго ада, г. Г. въ статьѣ «Голосъ новаго эмигранта», пишетъ: «Народъ пришелъ къ убѣжденію, что великое горе, свалившееся на него, КАРА БОЖІЯ за его прегрѣшенія… Оздоровленіе народа начинается съ поднятія религіи на такую высоту, на какой она стояла только въ первые вѣка христіанства. Но для этого необходимо, чтобы пастырь духовный былъ готовъ идти на смерть за правду, а не кривить душой… Коммунизмъ будетъ побѣжденъ не атомной бомбой, а крестомъ… И Сталинъ это понялъ лучше другихъ. Сейчасъ, какъ никогда, нужны Минины и Пожарскіе отъ духовенства, которые, не дрогнувъ пошли бы сами и повели за собой народъ, если это будетъ нужно, на Голгоѳу во славу Христову. И народъ пойдетъ за такими пастырями, ибо почва готова. Вотъ почему сейчасъ нашъ главный врагъ не коммунизмъ, а ДУХОВЕНСТВО, перешедшее къ нему на службу, ибо творитъ поистинѣ Каиново дѣло… Мы хотимъ отъ имени всѣхъ русскихъ, проживающихъ въ Италіи, обратиться съ открытымъ письмомъ къ духовенству, перебѣжавшему въ лагерь антихриста»…
Ханжеское лицемѣріе архіепископа Александра слишкомъ ясно. Почему «нынѣ не время» для огненныхъ обличеній св. Іоанна Предтечи, звавшаго къ покаянію? Некого обличать? Не за что? Некому каяться? Не слѣдуетъ каяться? А если наше время по преимуществу время милосердія и снисхожденія, то почему бы къ этому не призвать самого Сталина? Или, быть можетъ, «милосердія и снисхожденія» заслуживаютъ нынѣ только ПАЛАЧИ, А НЕ ЖЕРТВЫ? — Преподобный Сергій Радонежскій и преп. Серафимъ Саровскій никогда такихъ завѣтовъ не давали, ибо учили духу истинной, а не лицемѣрной любви, которая, именно во имя «милосердія и снисхожденія», не исключаетъ и «огненныхъ обличеній» — лучшаго средства для врачеванія душъ.
Ханжеское лицемѣріе, наряду съ низкопоклонствомъ и человѣкоугодничествомъ, становится самой характерной чертой представителей совѣтской церкви и ихъ защитниковъ за рубежомъ. Все чаще и чаще они говорятъ, пишутъ и декларируютъ на тему о любви, снисходительности и прощеніи, о неосужденіи, о необходимости прекратить споры. Этотъ новый видъ «церковнаго толстовства» съ его новой проповѣдью «непротивленія злу» не только насиліемъ, но и ОБЛИЧИТЕЛЬНЫМЪ СЛОВОМЪ — есть самая невыносимая ложь и обманъ.
Въ статьѣ «Легенда о Великомъ инквизиторѣ» Достоевскаго («Лѣтописныя замѣтки». Мюнхенъ, 1947 г.) Іоаннъ Шаховской (нынѣ епископъ въ Америкѣ) написалъ:
/с. 11/ «Христосъ въ молчаніи, которое громче всѣхъ восклицаній и значительнѣе всѣхъ философій, приближается къ своему глубокому врагу и цѣлуетъ его, цѣлуетъ его человѣчность, сквозь лепетъ всѣхъ его злыхъ и лживыхъ словъ. Если бы не было этой любви, кто бы изъ насъ жилъ? Молчаливая любовь страдающей въ мірѣ истины, любовь къ намъ страдающей отъ насъ Истины, — что можетъ быть прекраснѣе этого? ДАЖЕ НА НЕБѢ, МОЖЕТЪ БЫТЬ, НЕ БУДЕТЪ ЭТОЙ КРАСОТЫ, ибо тамъ — родной домъ небесной красоты. Здѣсь она странница терпѣливая, тамъ она хозяйка мірозданія».
Прежде всего для ПРАВОСЛАВНАГО СОЗНАНІЯ совершенно непріемлемы слова: «даже на небѣ б. м. не будетъ этой красоты». Такъ можетъ сказать только увлекшійся поэтъ, но не православный монахъ. Красота на небѣ — Всесовершенная красота, включающая въ себя и всю ту красоту, которая является на землѣ.
Что-же касается основной мысли еп. Іоанна, видящаго «сверхнебесную» красоту въ поцѣлуѣ Христомъ антихриста (ибо Великій инквизиторъ въ «Легендѣ» Достоевскаго высказываетъ идеи антихриста), то она совершенно неправославна. Мысль эта не случайна и является одной изъ основныхъ мыслей — убѣжденій экзальтированнаго поэта-епископа. «Поцѣлуй» въ «Легендѣ» — это лживая идея раціоналиста Ивана Карамазова. Христосъ НИКОГДА не могъ поцѣловать антихриста, т. к. истина не можетъ цѣловать ложь. «Сверххристіанская» любовь — есть духовная прелесть. Дьяволъ можетъ соблазнить тѣмъ, что принимаетъ на себя видъ «Ангела свѣта»… Сатана можетъ искушать тѣмъ, что «Христову правду отрицая», онъ «высшей правды ждетъ страстнѣй, чѣмъ Серафимъ» и «страшенъ тѣмъ, что душу искушая, уму онъ кажется святымъ» (Минскій: «Мой демонъ»).
Какъ Христосъ не можетъ лобызать антихриста, такъ и истинный православный христіанинъ не можетъ, напримѣръ, цѣловать «человѣчность» Сталина «сквозь лепетъ его злыхъ и лживыхъ словъ». Истинное православіе и подлинную Христову любовь мы видимъ въ завѣтѣ митр. Анастасія: «если увидишь ложь и лицемѣріе, РАЗОБЛАЧАЙ ИХЪ ПРЕДЪ ВСѢМИ, хотя бы они были облечены въ порфиру и виссонъ (Рѣчь при нареченіи во епископа Серпуховскаго въ 1906 году).«Непротивленіе злу обличеніемъ»
/с. 12/Почему не спорить и не обличать? Вообще никогда, или только «нынѣ», когда «не время огненныхъ обличеній св. Іоанна Предтечи»?
Споры и обличенія были и будетъ всегда: и во время жизни Спасителя на землѣ, и во время «Дѣяній св. апостоловъ», и во время Вселенскихъ соборовъ, и на протяженіи всей исторіи христіанской церкви, до самого послѣдняго дня міровой исторіи, когда придутъ лжепророки, волки въ овечей шкурѣ, лже-христы и, наконецъ, — самъ антихристъ, котораго должно будетъ обличать и съ которымъ необходимо будетъ спорить.
Далѣе, епископъ Іоаннъ Шаховской, въ своемъ «Церковномъ Дневникѣ», говоря о ревнованіи къ чистотѣ православной вѣры, пишетъ: «къ сожалѣнію оно (ревнованіе) часто сводится въ наши дни къ открытому умонастроенію, ярко выраженному въ Евангеліи первой подготовительной къ Великому посту недѣли. Вѣрующія души ёжатся отъ этихъ хладныхъ волнъ и ледяныхъ брызгъ нашей «непогрѣшимости». Истина же въ томъ, что всѣ мы сейчасъ православные люди грѣшны, и никто изъ насъ не можетъ завертываться въ тогу непогрѣшимости».
Какое отношеніе Евангеліе I-й подготовительной недѣли, гдѣ говорится о мытарѣ и фарисеѣ, имѣетъ къ нашимъ спорамъ и обличеніямъ, продиктованнымъ искреннимъ и горячимъ ревнованіемъ къ чистотѣ православной вѣры? Зачѣмъ спутывать понятіе «ОБЛИЧЕНІЕ ОШИБОКЪ ВЪ ВОПРОСАХЪ ВѢРЫ» съ понятіемъ «НРАВСТВЕННАГО ОСУЖДЕНІЯ ГРѢХОВЪ БЛИЖНЯГО»? И къ чему клевета на исповѣдниковъ, что они «заворачиваются въ тогу непогрѣшимости»?
Пріемъ этотъ не новъ. Вспомнимъ процессъ суда надъ Максимомъ Исповѣдникомъ. Его упрекали въ томъ же, въ чемъ епископъ Іоаннъ упрекаетъ современныхъ исповѣдниковъ и ревнителей за чистоту вѣры. Когда мы, члены Катакомбной Церкви, вырвавшись изъ совѣтскаго ада, обличаемъ «патріарховъ» Сергія и Алексія, за ихъ противоестественный союзъ съ антихристовой властью, а митрополита Ѳеофила и епископа Іоанна за ихъ «сыновній поклонъ трудамъ и подвигу (?) патріарха Алексія», то никакого фарисейства здѣсь нѣтъ и ни въ какую тогу непогрѣшимости мы не заворачиваемся. Мы ясно, просто, искренно предъ лицомъ Божіимъ, изъ глубины нашей религіозной совѣсти, говоримъ, что НРАВСТВЕННО НЕ МОЖЕМЪ ни «благодарить» сов. правительство, ни «отрекаться» отъ исповѣдниковъ и мучениковъ, называя ихъ «пособниками чернаго дѣла», ни считать «идеальными» отношенія прав. церкви съ богоборческимъ государствомъ, ни радоваться «радостямъ» гоните/с. 13/лей всякой религіи, а наипаче прав. Церкви, ни считать Сталина «избранникомъ Господнимъ», какъ это находитъ возможнымъ дѣлать, говорить и даже декларировать совѣтская церковь.
Наша религіозная (а вовсе не политическая, какъ клевещутъ на насъ враги) СОВѢСТЬ не позволяетъ намъ не только «сыновне кланяться» трудамъ и подвигу (!) патріарха Алексія, но даже МОЛЧА СМОТРѢТЬ И СЛУШАТЬ, какъ «кланяются» и защищаютъ совѣтскую церковь другіе.
Если мы не правы — обличите насъ, отвѣтьте намъ по существу, покажите, что мы не правы, но не клевещите на насъ, не называйте насъ фарисеями. Вовсе не съ чувствомъ гордаго превосходства, какое вы приписываете намъ, а съ чувствомъ искренней любви къ Истинѣ, и съ чувствомъ ужаса и святого гнѣва предъ ложью — мы хотимъ подѣлиться со всѣми братьями во Христѣ, нашимъ трагическимъ и мучительнымъ опытомъ лицезрѣнія ЗЛА БЕЗЪ МАСКИ.
Иногда насъ, вырвавшихся «оттуда» упрекаютъ въ томъ, что наши оцѣнки совѣтскаго государства и совѣтской церкви СУБЪЕКТИВНЫ и объясняются тѣми ПСИХОЛОГИЧЕСКИМИ ТРАВМАМИ (т. е. страданіями), которыя мы тамъ перенесли.
Подобное возраженіе представляетъ собою типичную грубую логическую ошибку, именуемую въ логикѣ Argumentum ad hominem (подмѣна логическаго доказательства психологическимъ аргументомъ). Да, мы пережили очень тяжкія страданія за наши обличенія насилія и лжи, которыя мы видѣли въ теоріи и практикѣ государства и совѣтской церкви. Но не чувство личной обиды или оскорбленія и не стремленіе къ мести за пережитое руководятъ нашими высказываніями здѣсь за рубежемъ. Мы благодаримъ Бога за пережитый тяжкій опытъ, мы повторяемъ за св. Іоанномъ Златоустомъ — «слава Богу за все» и никого не призываемъ къ мести.
Но мы и не можемъ и не смѣемъ молчать здѣсь, гдѣ такъ много еще людей совершенно непонимающихъ мистической сущности большевизма и даже НЕ ЗНАЮЩИХЪ многихъ фактовъ, совершающихся «тамъ». Наша аргументація обвиненія совѣт. государства и совѣтской «церкви» — обоснована объективными документальными данными. Мы цитируемъ подлинныя слова «патріарховъ» Сергія и Алексія о «радостяхъ» — «благодарности», «пособникахъ чернаго дѣла», «идеальныхъ взаимоотношеніяхъ», «избранникѣ Господнемъ».
Къ этимъ объективнымъ даннымъ мы присоединяемъ и наши личныя свидѣтельства, свидѣтельства вѣрующихъ православныхъ людей, для которыхъ судьбы православной Церкви дороже жизни, и /с. 14/ свидѣтельства нашей религіозной совѣсти предъ лицемъ Божіимъ. Причемъ-же тутъ «трамвы»? Эти «трамвы» (т. е. опытное знаніе совѣтской дѣйствительности) только помогаютъ намъ скорѣе и точнѣе разоблачить хитро-маскирующагося врага. Если «тамъ» мы обличали ложь и насиліе, то здѣсь, за рубежемъ, мы обличаемъ ОШИБКИ И НЕДОМЫСЛІЯ. Такія ошибки и недомыслія мы видимъ, конечно, не у СОВѢТСКИХЪ ЭКЗАРХОВЪ (у нихъ мы видимъ лишь сугубую ложь и предательство), а у тѣхъ кто «только духовно» (!?) признаетъ себя «чадомъ Московской патріархіи», «при условіи сохраненія полной автономіи».
Такія ошибки мы видимъ, напримѣръ, у епископа Іоанна Шаховского, который квалифицируетъ дѣянія сов. церкви, какъ «святое и смиренное дѣло», а потому и не находитъ словъ для выраженія «достаточной благодарности» «святителямъ и пастырямъ земли русской (благодарящихъ въ свою очередь «избранника Господня» Сталина за его «заботу о православіи»).
Недавно намъ пришлось встрѣтить одного православнаго священника, который бѣжалъ изъ Вост. Германіи, гдѣ онъ пробылъ около 3-хъ лѣтъ въ «юрисдикціи Москов. патріархіи». Пока онъ разсказывалъ о томъ, какъ жестоко пострадали православные священники, не принявшіе Московской патріархіи и о томъ, какъ послѣ вызова «для бесѣдъ» въ Н.К.В.Д. (нынѣ М.В.Д.) ВСѢ православные священники (въ томъ числѣ и разсказывавшій) «не могли не войти въ юрисдикцію Московской патріархіи», а войдя уже должны были исполнять и распоряженія М.В.Д. — его признанія звучали, какъ раскаяніе. Кающагося нельзя было ни обвинять, ни обличать за его малодушіе. И мы всѣ, слушающіе, грустно молчали. Но когда онъ началъ оправдывать себя тѣмъ, что онъ тоже «страдалъ», ибо ему было «тяжело подчиниться» и что его «нравственныя страданія были больше, чѣмъ страданія арестованныхъ и страдавшихъ «только физически», — тогда пришлось его перебить и разъяснить, что «нравственныя страданія» подчинившихся антихристовой власти не являются заслугой и оправданіемъ, а лишь законной заслуженной карой «мукъ совѣсти». Ставить себѣ въ заслугу «муки совѣсти» — НРАВСТВЕННО НЕВО3МОЖНО. Ибо тогда пришлось бы оправдать и Іудины страданія съ его самоубійствомъ. Христіанская же нравственность даетъ намъ другой примѣръ — образъ, который д. б. ОБРАЗЦОМЪ нашего повѣденія послѣ грѣха отреченія отъ Христа — это образъ «горько-плачущаго» въ раскаяніи Апостола Петра.
Защитники сов. церкви иногда указываютъ на то, что «патріархи» Сергій и Алексій пошли на компромиссы съ совѣтскимъ правительствомъ ради церковной икономіи, чтобы предотвратить полное уничтоженіе церкви въ Россіи.
/с. 15/Это утвержденіе глубоко ошибочно.
Православная Церковь до 1927 года качественно только РОСЛА ОТЪ ПРЕСЛѢДОВАНІЙ (какъ это всегда было и будетъ, ибо «кровь мучениковъ — сѣмя христіанства»). Совѣтское правительство потому и перемѣнило свою тактику борьбы, что убѣдилось въ непобѣдимости православной вѣры только преслѣдованіями и гоненіями. «Патріархи» Сергій и Алексій ПОМОГЛИ сов. власти въ ея борьбѣ съ Церковью. Во время войны, если бы не было компромиссовъ Сергія и Алексія, совѣтское правительство вынуждено — было бы пойти на неизмѣримо большія уступки чистой и безкомпромиссной Церкви мучениковъ и исповѣдниковъ. Глубоко вѣрно и справедливо пишетъ одинъ зарубежный Архипастырь (Письмо пастыря пастырю», 1947 г. Парижъ) по этому поводу: «Вслѣдствіе компромисса съ властью митрополита Сергія и полнаго порабощенія патріарха Алексія, власть продала свои уступки церкви страшно дорогой цѣной, ПРОНИКНУВЪ въ самый аппаратъ внѣшняго управленія церковью. Теперь совѣтская власть можетъ, не отказываясь отъ своей основной задачи — борьбы съ религіей, продолжая осуществлять ее, въ то же время позволять возстанавливать храмы и монастыри, позволять богомольцамъ наполнять эти храмы. Вожжи всего руководства этими храмами, этими монастырями, этими богомольцами находятся всецѣло въ рукахъ совѣтской власти черезъ совершенно покорный ей церковный административный аппаратъ.
Если бы всѣ епископы въ 1927 году послѣдовали за митр. Сергіемъ — православная вѣра въ настоящее время была бы на глубокомъ ущербѣ. Только благодаря исповѣдничеству и мученичеству, ГЛАВНЫМЪ ОБРАЗОМЪ ЕПИСКОПАТА, не пошедшаго за митр. Сергіемъ — въ СССР до сихъ поръ существуетъ непобѣдимая и неискоренимая Катакомбная Церковь, духовно питающая истинно православныхъ людей.
Совѣтская пропаганда пыталась убѣдить весь міръ въ томъ, что никакой Катакомбной Церкви въ СССР не существуетъ, и кое-кого убѣдила въ этомъ.
Отрицать наличіе Катакомбной Церкви — значитъ совершенно не знать, и не понимать того, что происходитъ сейчасъ на нашей родинѣ. Если не подлежитъ никакому сомнѣнію, что ненавидящихъ совѣтскую власть въ СССР БОЛЬШИНСТВО, то еще болѣе ясно, что большинство истинно вѣрующихъ православныхъ людей не признаётъ совѣтскую церковь. Указаніе на переполненіе храмовъ — не опровергаетъ указаннаго выше. Совѣтскіе храмы переполнены потому, что СЛИШКОМЪ МАЛО вообще теперь имѣется храмовъ въ СССР, въ то время какъ количество вѣрующихъ, несмотря на всѣ усилія и хитрости антихристіанской пропаганды во время вой/с. 16/ны и послѣ, необыкновенно увеличивалось. Требованіе точныхъ свѣдѣній о катакомбной церкви съ указаніемъ именъ и мѣстъ — есть или крайняя наивность, или крайнее недомысліе, или чистая провокація. Въ «тайныхъ» (мы ихъ называемъ катакомбными) церквахъ имѣются и тайные епископы, и тайные священники и тайное монашество, но ихъ слишкомъ мало для того, чтобы ОКОРМЛЯТЬ ВСѢХЪ, не могущихъ ходить въ Алексѣевскіе храмы. Поэтому тайныя церковныя богослуженія происходятъ рѣдко. Но общія молитвы (иногда ихъ называютъ сборами «на свѣщу») главнымъ образомь СЪ ЧТЕНІЕМЪ АКАѲИСТОВЪ происходятъ очень часто и охватываютъ огромное количество молящихся. Кромѣ того Катакомбная Церковь возстановила обычай первыхъ вѣковъ христіанства — періода гоненій, разрѣшивъ благоговѣйно хранить у себя въ домахъ частицу Св. Даровъ, чтобы имѣть возможность причаститься въ минуту смертной опасности и передъ пытками. Вся полнота несказанной духовной красоты Русской невидимой, тайной, Катакомбной Церкви станетъ явной міру только тогда, когда сгинетъ съ нашей родины богомерзкое совѣтское государство и порабощенная имъ духовно — совѣтская церковь.
«Свободы молитвы и проповѣди» въ совѣтской церкви нѣтъ. Совѣтская церковь требуетъ полной лойяльности къ совѣтскому государству. Эта «ЛОЙЯЛЬНОСТЬ» понимается весьма своеобразно. Такъ, напримѣръ, нельзя говорить правду о томъ, что происходитъ въ СССР, ибо это будетъ «политическое преступленіе». НЕЛЬЗЯ КРИТИКОВАТЬ АТЕИЗМЪ И МАТЕРІАЛИЗМЪ, ибо это будетъ тоже «политическое преступленіе». Нельзя критиковать и не признавать совѣтскую церковь, ибо и это тоже будетъ несомнѣнно «политическое преступленіе». Участіе въ Катакомбной Церкви необычайно сурово карается. Молиться можно только ЗА УСПѢХИ государственной власти (т. е. за успѣхъ богоборческаго самовластія). Молиться-же о смягченіи злыхъ сердецъ, о вразумленіи заблудшихся, или объ избавленіи церкви отъ гоненій категорически запрещено. Также запрещено молиться за находящихся въ тюрьмахъ и ссылкахъ. ЗА ГОНИТЕЛЕЙ МОЛИТЬСЯ МОЖНО (лишь объ ихъ успѣхахъ), А ЗА ГОНИМЫХЪ НЕЛЬЗЯ. Антирелигіозныя лекціи происходятъ въ СССР повсюду, но АПОЛОГЕТИЧЕСКІЯ ДИСКУССІИ ЗАПРЕЩЕНЫ. Въ отвѣтъ на заявленія пропагандистовъ атеизма, «наука доказала, что Бога нѣтъ» — священники не имѣютъ права возражать, а ихъ молчаніе объясняется этими же пропагандистами какъ «безсиліе темноты и невѣжества въ борьбѣ съ наукой».
Совѣтская церковь подчиняется этимъ наглымъ требованіямъ и МОЛЧИТЪ. Но вѣдь тогда, воистину, «молчаніемъ предается Богъ».
Несмотря на кошмарный терроръ, среди истинно и твердо православныхъ вѣрующихъ людей иногда находятся такіе, которые не /с. 17/ могутъ соучаствовать въ постоянной лжи, особенно когда эта ложь насилуетъ ихъ религіозную совѣсть (напримѣръ признаніе Сталина «избранникомъ Господнимъ»). Такіе православные люди хотятъ быть исповѣдниками и мучениками за вѣру Христову. Но тогда совѣтская церковь начинаетъ ихъ клеймить «политическими преступниками» и «пособниками чернаго дѣла», ИБО ИСПОВѢДНИЧЕСТВО И МУЧЕНИЧЕСТВО ВЪ БОГОБОРЧЕСКОМЪ СОВѢТСКОМЪ ГОСУДАРСТВѢ ЗАПРЕЩАЕТСЯ НЕ ТОЛЬКО ГОСУДАРСТВОМЪ, НО И «ОТДѢЛЕННОЙ» ОТЪ НЕГО СОВѢТСКОЙ ЦЕРКОВЬЮ.
Послѣ всего вышесказаннаго о природѣ и характерѣ совѣтской церкви вполнѣ естественно возникаетъ вопросъ: БЛАГОДАТНА-ЛИ ЭТА ЦЕРКОВЬ?
Посмотримъ СЪ ОСОБЫМЪ ВНИМАНІЕМЪ, что говорится въ защиту благодатности совѣтской церкви. «Патріарха» Алексія признали (!?) всѣ Восточные патріархи, слѣдовательно онъ правъ и возглавляемая имъ церковь благодатна, — говорятъ одни.
Вопросъ о признаніи совѣтской церкви Вселенскими патріархами — неясенъ. Общеніе послѣднихъ съ Московской патріархіей, по нашему глубокому убѣжденію, основано НА НЕЗНАНІИ, НА НЕПОНИМАНІИ Восточными патріархами сущности совѣтской церкви. Ошибки Восточныхъ патріарховъ въ отношеніи къ св. патріарху Тихону нынѣ яснѣе всего показываютъ, что и дальнѣйшее общеніе Восточныхъ патріарховъ съ совѣтскимъ государствомъ не гарантировано отъ новыхъ ошибокъ. Если мы видѣли ошибки и недомыслія въ отношеніи къ Московской патріархіи со стороны Русскаго Епископата (напримѣръ группы м. Ѳеофила), то ошибки болѣе далеко въ духовномъ отношеніи стоящихъ отъ русской жизни восточныхъ патріарховъ — тѣмъ болѣе возможны.
Общеніе, основанное на незнаніи истинныхъ фактовъ, еще не есть ПРИЗНАНІЕ. Однимъ словомъ, повторяемъ, вопросъ о признаніи еще неясенъ.
Но если бы И ВСѢ ВОСТОЧНЫЕ ПАТРІАРХИ признали ЛОЖЬ ЗА ИСТИНУ, ЛОЖЬ отъ этого НЕ СТАЛА БЫ ИСТИНОЙ. Истина не перестаетъ быть истиной отъ того, что отъ нея отрекутся «даже избранные» и можетъ быть отрекутся даже почти всѣ, что возможно будетъ въ послѣдніе дни. («Сынъ человѣческій, пришедъ, найдетъ-ли вѣру на землѣ»? Лк. 18, 8). Поэтому, памятуя примѣръ св. Максима Исповѣдника (противъ котораго были и «соборъ», и патріархи, и императоръ), мы не можемъ признавать только формальнаго подхода къ разрѣшенію религіозной истины достаточнымъ.
Гораздо серьезнѣе и сильнѣе, на первый взглядъ, представляются другія соображенія въ защиту благодатности совѣтской церкви.
/с. 18/Эти аргументы слѣдующіе.
Измученный, изстрадавшійся, несчастный русскій народъ идетъ въ совѣтскіе открытые храмы, чтобы получить тамъ утѣшеніе. Вотъ ради этихъ многомилліонныхъ народныхъ массъ, приносящихъ въ церковь вѣру, свои молитвы, свои скорби, свои слезы можетъ быть и сохраняется въ совѣтской церкви благодать и совершаются таинства, несмотря на то, что Высшая церковная іерархія погрѣшила, войдя въ компромиссъ съ сов. государствомъ. Приходящіе въ совѣтскіе храмы слышатъ богослуженія, на которыхъ читаютъ Евангельскія слова, молятся на чудотворныя иконы, умиляются дивнымъ церковнымъ пѣснопѣніемъ, каются въ грѣхахъ и со страхомъ Божіимъ подходятъ къ Св. Чашѣ, чтобы пріобщиться Св. Тайнъ. Ради нихъ, ради этихъ простыхъ вѣрующихъ людей, не разбирающихся въ сложныхъ и тонкихъ богословскихъ вопросахъ, не понимающихъ и часто ничего не знающихъ о юрисдикціонныхъ разногласіяхъ у духовенства, можетъ быть и совершаются Св. Таинства. Неужели милосердый Господь не дастъ этимъ простымъ, наивнымъ безхитроснымъ, просто по-дѣтски вѣрующимъ людямъ никакого утѣшенія?
«Не надо намъ никакихъ политическихъ разсужденій, не надо намъ никакихъ разъясненій объ юрисдикціяхъ, а раскажите намъ, батюшка, лучше о Горнемъ Іерусалимѣ», говорятъ иногда эти простые вѣрующіе люди (по свидѣтельствамъ одного священника).
«На страшномъ судѣ Господь спроситъ насъ не ОБЪ ОТВЛЕЧЕННЫХЪ ИСТИНАХЪ, а о томъ, посѣщали ли мы больныхъ, въ темницахъ сущихъ, одѣли ли нагого, накормили или напоили голоднаго и жаждущаго», — говорятъ другіе. (Слова одного «просто вѣрующаго» профессора).
Попробуемъ отвѣтить на всѣ эти возраженія.
Прежде всего: благодать и совершеніе таинствъ не зависятъ отъ «достоинства или недостоинства» воспринимающихъ ихъ. Отъ «достоинства» или «недостоинства» зависитъ лишь ДѢЙСТВІЯ ЭТИХЪ таинствъ на ИХЪ души. Для чего же были установлены св. каноны и св. догматы? Для чего шла борьба съ ересями?
Въ безблагодатной церкви благодать не появится только отъ того, что въ эту церковь войдутъ вѣрующіе, но обманутые люди. Въ «живую» и «обновленческую» церковь тоже, вѣдь, иногда заходили «простые вѣрующіе люди», не разбиравшіеся въ «богословскихъ тонкостяхъ» и ничего не понимающіе въ вопросахъ юрисдикцій. Неужели ради нихъ тамъ совершались св. таинства?
Если «измученный, изстрадавшійся, несчастный русскій народъ «идетъ съ великой скорбью и слезами, съ жаждой утѣшенія въ /с. 19/ совѣтскіе храмы, то онъ, конечно, утѣшеніе тамъ получаетъ. Но какое это утѣшеніе? Духовное или душевное? Благодатное или просто психологическое? Утѣшеніе черезъ св. таинства благодати или черезъ простой моральный «катарсисъ»? Вѣдь и исповѣдь можетъ быть только психологической (которую изучаетъ психоанализъ), а можетъ быть и таинствомъ покаянія. Можно молиться и плакать, и сокрушаться о грѣхахъ у себя дома и получать отъ Бога и утѣшеніе, и умиленіе и прощеніе многихъ прегрѣшеній. То, что зависитъ отъ самого человѣка, отъ силы его молитвы и искренности его покаянія, онъ получаетъ какъ дома, такъ и въ безблагодатной церкви. А вотъ того, что зависитъ отъ благодати св. таинствъ благодатной Церкви и ея іерархіи — онъ въ совѣтской церкви, если она безблагодатна, получить не можетъ.
Совѣтская церковь сохранила не только ОДЕЖДЫ Русской Православной Церкви (внѣшній видъ храма, внѣшнюю сторону богослуженія), но и ТѢЛО ЕЯ (обрядовая сторона и формальная церковная организація) и даже ДУШУ ЕЯ (душевныя переживанія молящихся), но [не] ДУХЪ Православія, ДУХЪ ХРИСТОВОЙ ПРАВДЫ, который животворитъ и душу и тѣло. А вѣдь сказано: «Духа не угашайте» (1 Ѳес. 5, 19).
Безблагодатная церковь страшна не для ДУШЕВНЫХЪ ЛЮДЕЙ (ибо они получаютъ то душевное утѣшеніе и удовлетвореніе, котораго они ТОЛЬКО и ищутъ), а для ДУХОВНЫХЪ, которые ищутъ чисто ДУХОВНАГО благодатнаго утѣшенія въ св. таинствахъ — и не находятъ. Душевныя слезы приносятъ и душевныя утѣшенія въ сов. храмахъ. Эстетическія воспріятія благолѣпія храма и прекраснаго церковнаго пѣнія — приносятъ и эстетическое услажденіе въ этихъ храмахъ, но ДУХОВНЫЯ слезы, жаждущія таинственной благодатной помощи свыше — утерты въ совѣтской церкви быть не могутъ. Вотъ почему люди духовные, «живущіе въ церкви», а не заходящіе въ нее только — духовно задыхаются въ совѣтскихъ храмахъ, потому что не могутъ не чувствовать ЛЖИ И ОБМАНА, ФАЛЬШИ и другихъ мерзостей духовнаго «запустѣнія» на святомъ мѣстѣ.
Указаніе на то, что «простые вѣрующіе люди» не разбираются въ сложныхъ богословскихъ вопросахъ и юрисдикціонныхъ тонкостяхъ — не является ни заслугой этихъ «простовѣрующихъ», ни защитой благодатности совѣтской церкви.
Для пониманія и ощущенія благодатности вовсе не требуется непремѣнно быть образованнымъ въ богословскихъ и философскихъ вопросахъ. Наоборотъ, слишкомъ большая образованность часто даже мѣшаетъ человѣку понять простоту благодатной истины (какъ это мы видимъ на примѣрѣ Бердяева, Мережковскаго и др.). /с. 20/ Честный, цѣломудренный умъ, не полагающійся на себя, а питающійся умомъ Христовымъ, и чистое любвеобильное Христовою любовью сердце — вотъ православныя условія трезвенности и разсужденія, помогающія вѣрующему церковному человѣку правильно разбираться рѣшительно во всѣхъ вопросахъ. Кто «живетъ въ Церкви» и дышетъ ароматомъ ея таинствъ, кто имѣетъ въ себѣ хоть каплю ДУХОВНОСТИ, тотъ не можетъ не разбираться какъ въ «сложныхъ богословскихъ вопросахъ», такъ и въ «юрисдикціонныхъ тонкостяхъ», ибо въ этихъ-то тонкостяхъ и опредѣляется — ГДѢ ИСТИНА И ГДѢ ЛОЖЬ.
Отмежевываться принципіально отъ всякой политики истинно православному человѣку также нельзя, ибо РЕЛИГІЯ И ПОЛИТИКА ВЪ НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ ОРГАНИЧЕСКИ СЛИТЫ. Вопросъ — со Христомъ или противъ Христа имѣетъ нынѣ политическое значеніе, ибо обязываетъ протестовать противъ тѣхъ политическихъ системъ, которыя главной своей цѣлью ставятъ уничтоженіе христіанства. Кто отрицаетъ въ настоящее время необходимость политическихъ разсужденій и юрисдикціонныхъ разъясненій, — тотъ отрицаетъ необходимость различать духъ истины отъ духа лжи, тотъ отрицаетъ необходимость обнаруживать волковъ въ овечьей шкурѣ и узнавать — гдѣ Христосъ и гдѣ антихристъ. Вѣдь вся дѣятельность антихриста будетъ носить непремѣнно и политическій характеръ, хотя бы потому, что безъ политической власти онъ не сможетъ завершить своего дѣла. Путь «къ Горнему Іерусалиму» начинается на землѣ, гдѣ даже величайшіе святые не отрицали необходимости христіанской политики и лично всегда принадлежали къ строго опредѣленной церковной ОГРАДѢ, которая нынѣ называется «церковной юрисдикціей».
На Страшномъ Судѣ Господь спроситъ не только о томъ, накормили ли вы голоднаго, но ГЛАВНЫМЪ ОБРАЗОМЪ, о томъ ВО ИМЯ КОГО и для чего вы это сдѣлали: для Бога, для собственной славы или въ интересахъ антихриста? Вѣдь если вы, подобно коммунистамъ, будете кормить только тѣхъ голодныхъ, которые ради хлѣба земного отрекутся отъ Хлѣба Небеснаго, — то какая вамъ за это будетъ награда отъ Господа?
«Духъ дышетъ, гдѣ хочетъ», Всемогущій Господь можетъ, когда захочетъ, нарушить и «естества чинъ». Благодать Духа Святаго можетъ проявиться вездѣ. Дѣти играли въ св. Евхаристію — и Духъ Святый совершилъ вдругъ св. таинство. Смѣясь и глумясь надъ христіанами, пародировалъ св. таинство крещеніе одинъ язычникъ въ циркѣ, и вдругъ — св. таинство совершилось (Св. Перфурій). Господь можетъ сотворить чудо и въ совѣтской церкви — и совершить тамъ св. таинство Евхаристіи. Но ни /с. 21/ дѣтскую игру, ни циркъ, ни совѣтскую церковь мы не можемъ отъ этого признать постояннымъ благодатнымъ учрежденіемъ.
Зная сущность совѣтскаго государства (духъ антихриста) и сущность совѣтской церкви (сотрудничество съ антихристомъ), мы не смѣемъ не усумниться въ благодатности этой церкви. А можетъ-ли православный христіанинъ подходить СЪ СОМНѢНІЕМЪ къ св. чашѣ? Но почему мы говоримъ «СОМНѢВАЕМСЯ», а не говоримъ просто: «нѣтъ»? Потому что въ защиту ВО3МОЖНОСТИ сохраненія ДО НѢКОТОРЫХЪ ПОРЪ благодатности и въ совѣтской церкви — имѣется еще одно соображеніе. Это соображеніе высказано однимъ изъ замѣчательнѣйшихъ современныхъ Архипастырей (См. «Письмо пастыря къ пастырю», Сборникъ «Троица» 1947 годъ, Парижъ).
«Жизнь церкви всегда является ПРОЦЕССОМЪ… Когда Церковь Христова выдѣлялась изъ церкви ветхозавѣтной, это тоже былъ длительный, имѣвшій много этаповъ процессъ. Анна и Каіафа, съ одной стороны, апостолы и ихъ ближайшіе послѣдователи, съ другой стороны, это были сразу обозначавшіеся вѣхи двухъ противоположныхъ становъ. Но въ Синедреонѣ были Іосифъ Аримаѳейскій, Никодимъ и Гамаліилъ, ставшіе потомъ мучениками Христовыми, и сами апостолы каждый день единодушно пребывали въ храмѣ (Дѣян. 2, 46), а это былъ храмъ, руководимый Анною и Каіафою, и это уже было послѣ Пятидесятницы, т. е. когда апостолы были уже преисполнены Духомъ Святымъ.
Вопросъ, рѣшаемый этими процессами, предлежитъ каждому человѣку. «Патріархъ» Алексій и его ближайшіе сотрудники явственно разрѣшили его для себя: они — въ полномъ, совершенно недвусмысленномъ исповѣданномъ единеніи съ богоборческой властью и противъ мучениковъ Христовыхъ. Но прочіе, весь этотъ народъ, наполняющій церкви, развѣ онъ за одно съ «патріархомъ» въ этомъ вопросѣ? Нѣтъ, они не участвуютъ въ совѣтѣ и въ дѣлахъ ихъ, не участвуютъ въ дѣлахъ патріархіи, т. е. въ той черной сторонѣ ея дѣла, которая связываетъ ее съ врагами Божіими и отдѣляетъ отъ Христа. И если формально они не отъединяются отъ патріарха и его клира, то это только по внѣшнимъ причинамъ, по НЕЗРѢЛОСТИ ЭТОГО ДѢЛА ВЪ ДАННЫЙ МОМЕНТЪ, какъ апостолъ Іоаннъ, тотъ самый, который потомъ назоветъ непринявшую Христа Синагогу «сборищемъ сатанинскимъ», первоначально вмѣстѣ съ апостоломъ Петромъ ходили въ нее для молитвы. (Дѣян. 3, 1)».
Соображенія, высказанныя здѣсь, чрезвычайно серьезны. Что отпаденіе церкви отъ Бога и превращеніе ее въ «сборище сатаны» есть ПРОЦЕССЪ, съ этимъ нельзя не согласится. Но совѣтская /с. 22/ церковь встала на путь, который ведетъ ее къ этому «сборищу» — въ этомъ не можетъ быть никакого сомнѣнія. Церковь, находящаяся въ «идеальномъ» отношеніи съ государствомъ богоборческаго самовластія, ставящаго своей основной задачей антихристово дѣло; церковь, отрекшаяся «отъ столпа и утвержденія» Христовой правды — исповѣдничества и мученичества и зовущая насъ на «подвигъ» человѣкоугодничества и кощунственной церковно-организованной лжи; церковь, именующая вождя міровыхъ антихристіанскихъ силъ — Сталина «Избранникомъ Господнимъ», — безусловно встала на тотъ страшный путь, сотрудничества съ антихристомъ, который ведетъ ее къ превращенію изъ церкви Христовой въ «сборище сатанинское».
Это приводитъ насъ въ ужасъ. И мы, православные русскіе люди, не предрѣшая окончательнаго суда надъ сов. церковью, суда, который, по «произволенію» Св. Духа вынесетъ въ свое время, Русскій Православный Соборъ, должны ясно и опредѣленно сказать: отъ какого бы то ни было общенія съ совѣтской церковью мы ОТКАЗЫВАЕМСЯ, ибо СОМНѢВАЕМСЯ ВЪ ЕЯ БЛАГОДАТНОСТИ.
Профессоръ Ив. Андреевъ.
Источникъ:Проф. И. Андреевъ. Благодатна-ли совѣтская церковь? — Jordanville: Holy Trinity Monastery, 1948. — 23 с.
Никто не служит двум господам: ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить; или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть.
Не можете служить Богу и мамоне (т.е. земному — В.П.) (Мф.6:24)
Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными. Ибо какое общение праведности с беззаконием?. Что общего у света со тьмою? Какое согласие между Христом и Велиаром? Или какое соучастие верного с неверным?
И потому выйдите из среды их и отделитесь, говорит Господь, и не прикасайтесь нечистому, и Я приму вас и буду вам Отцом и вы будете Моими сынами и дщерями, говорит Господь Вседержитель. (2 Кор.б:14-18)
От редакции узла «Мысли о России». Эта книга протоиерея РПЦЗ Виктора Потапова была опубликована в Российской Федерации в 1992 году и сыграла большую роль в осознании многими прихожанами МП пагубности того сергианского пути, на который завлекли свою паству иерархи патриархии. Несмотря на некоторые»диссидентские» передержки, уместные в «перестроечную» эпоху, эта яркая книга сохраняет своё значение и по сей день, а выбранное автором в заглавие выражение св. Григория Богослова с тех пор вызывает особую ярость сергиан.
Эта книга приобретает особую актуальность в наши дни, когда Архиерейский Собор РПЦЗ, состоявшийся в октябре 2000 г., в своём Послании и своими послесоборными действиями показал отход от 80-тилетних традиций РПЦЗ, отражённых в данной книге. Некоторое время этот текст находился на узле о. Виктора, но где-то в конце 1990х годов он оттуда исчез. Встретив о. Виктора на пресс конференции против здания ООН в Нью-Йорке в 1999 г. по случаю защиты РПЦЗ в Иерихоне сёстрами Марией и Ксенией, на мой вопрос «почему этот текст исчез с его узла», о. Виктор ответил, что он решил не заниматься больше «политикой»(?!), а исключительно церковными делами. Поэтому данный текст был взят с узла «Церковность«, что сэкономило для нас огромный труд, за что мы благодарны редакции узла. Нами были внесены редакторские поправки — описки, вставка буквы «ё», ошибки, происшедшие при сканировании.
Сам автор, к величайшему сожалению, с 1992 г. изменил свою позицию в сторону значительно более примиренческого отношения к Московской Патриархии, что не умаляет ценности его труда. Мы желаем уважаемому о. Виктору ещё раз перечитать письмо, отправленное ему в 1980 году Митрополитом Филаретом (Вознесенским) и встать на путь того твёрдого экклезиологического исповедания, которое было выражено в этом письме почивающим ныне в НЕТЛЕНИИ Митрополитом. Комментарии к некоторым местам, которые редакция узла «Церковность» считает свидетельствующими о восприятии автором МП, как части Русской поместной Церкви, оставлены без изменений и приведены в скобках курсивом.
«Люди забыли Бога, оттого и всё» (Вступление)
1. Раскол и его устранение.
2. Немного из истории сергианства.
3. Печальные последствия сергианства.
4. Самооправдание или покаяние?
5. Московская Патриархия и экуменизм.
6. Свободная Православная Церковь в России.
7. Правда и молитва на путях к воссоединению.
«Люди забыли Бога, оттого и всё»
(Вступление)
Благодаря подвигу веры св. Равноапостольного Князя Владимира, сумевшего принять Евангелие и Христа как самое драгоценное и единственное, что может быть у человека и Кому можно подчиниться и служить до конца, Россия просветилась Светом Христовым. Русь украсилась сонмом подвижников благочестия. Благая Весть привела к расцвету всех сторон её православной культуры.
Однако эти радостные страницы нашей истории со временем затмеваются падением благочестия и пагубным расколом. Наша интеллигенция, как евангельский блудный сын, уходит в страну далече с полной сумой народных ценностей, вдохновленных Святым Православием, а возвращается домой с ценностями ложными. В России появились идеи, которые постепенно отравляли русского человека ядом неверия. Долготерпеливый и многомилостивый Господь, (как некогда ветхозаветной Ниневии), посылает Своих пророков, чтобы предупредить наш народ и призвать его к покаянию, пока ещё не поздно. Русские праведники всегда утверждали, что истинная вера во Христа, принадлежность Телу Христову — Святой Православной Церкви с Её животворящими Таинствами больше всего нужны русским людям. Пророки наши призывали к всецело покаянной обращённости ко Господу, как единственному средству для русских сохранить себя как христианский народ.
Поражает, с какой точностью наши пророки предвидели масштабы и ужасы грядущей Катастрофы. Задолго до начала русского лихолетья преп. Серафим Саровский предвидел такую страшную картину:
«Пройдет более чем полвека. Тогда злодеи поднимут высоко свою голову. Будет, это непременно; Господь, видя нераскаянную злобу сердец их, попустит их начинаниям на малое время, но болезнь их обратится на главу их, и на верх их снидет неправда пагубных замыслов их. Земля Русская обагрится реками кровей… До рождения Антихриста произойдёт великаяпродолжительная война и страшная революция в России, превышающая всякое воображение человеческое, ибо кровопролитие будет ужаснейшее; бунты Разинский. Пугачёвский, Французская революция — ничто в сравнении с тем, что будет с Россией. Произойдёт гибель множества верных отечеству людей, разграбление церковного имущества и монастырей: осквернение церквей Господних; уничтожение и разграбление богатых и добрых людей, реки крови русской прольются. (…)
(…) На земле Русской будут великие бедствия, архиереи Церкви Божией и другие духовные лица отступят от чистоты Православия, и за это Господь тяжко их накажет».
В революционном 1905-м году св. прав. Иоанн Кронштадтский в одной из своих проповедей предостерегал:
«Россия, если отпадёшь от своей веры, как уже отпали от неё многие интеллигенты, то не будешь уже Россией или Русью Святой. И если не будет покаяния у русского народа — конец мира близок. Бог отнимет благочестивого Царя и пошлёт бич в лице нечестивых, жестоких самозванных правителей, которые зальют всю землю кровью и слезами».
Пламенные проповеди и призывы к покаянию не легли в сердце русского человека. Свершилась неслыханная в человеческой истории национальная трагедия. В лице богоборцев-большевиков взбаламутилась русская тёмная стихия, поднялась Русь богохульная, окаянная. А.И. Солженицын в своей «Темплтоновской речи» (Лондон, 10 мая 1983 г.) говорил, как ему в детстве объясняли причину Российской Катастрофы:
«Больше полувека назад, ещё ребенком, я слышал от разных людей в объяснение великих сотрясений, постигших Россию: «Люди забыли Бога, оттого и всё.
С тех пор, потрудясь над историей нашей революции немногим менее полувека, прочтя сотни книг, собрав сотни личных свидетельств и сам уже написав в расчистку того обвала восемь томов, — я сегодня на просьбу как можно короче назвать главную причину той истребительной революции, оголодавшей у нас до шестидесяти миллионов людей, не смогу выразить точнее, чем повторить: «Люди забыли Бога. оттого и всё».
Несколько лет назад было торжественно отмечено 1000-летие Крещения Руси. Работали различные комитеты и конгрессы, писались научные труды, публиковались книги и журналы, чеканились монеты и медали с целью увековечить дело св. князя Владимира. Однако во всём этом было упущено главное — покаяние, всенародное оплакивание своего богоотступничества, приведшего к революционной Катастрофе.
Праведник наших дней архиепископ Иоанн Максимович в 1938-м году выразил это такими словами:
» …Нашедшее на Россию бедствие является прямым последствием тяжёлых грехов и её возрождение возможно лишь после очищения от них. Однако до сих пор нет настоящего покаяния, явно не осуждены содеянные преступления, а многие активные участники революции утверждают, что тогда нельзя было поступать иначе.
Не высказывая прямого осуждения февральской революции, восстания против Помазанника, русские люди продолжают участвовать в грехе, особенно когда отстаивают плоды революции».
Можно смело сказать, что и расколы внутри Церкви являются следствием богоотступничества, как и любое зло. Памятуя об этом, необходимо, чтобы Церковь Христова в России принялась за главную свою миссию: призыв к всенародному покаянию. В первую очередь исполнение этой заповеди лежит на архипастырях и пастырях.
Но если они впадают в жестоковыйность и неправомыслие, народ Божий не только может, но и обязан возвысить свой голос в защиту Истины Христовой, ибо он тоже несёт ответственность за канонический порядок в самой Церкви. Св. Иоанн Златоуст призывал верующих не всё возлагать на одно духовенство, но и самим заботиться о Церкви. Грешно и преступно рядовым священникам и верующим отстраняться от ответственности за духовные пути Церкви, прикрываясь ложным смирением — «владыка знает лучше», «батюшка не благословил». Миряне не представляют собой лишь пассивный объект управления, с единственной обязанностью повиновения иерархии. Крещение и миропомазание есть своего рода рукоположение в христианское звание. Миряне в каком-то смысле тоже облечены в священный сан, по слову апостола Петра: Вы народ Божий, царственное священство Петр. 2:9).
Достаточно вспомнить замечательное место из «Окружного Послания» Восточных Патриархов 1848 г., которое гласит:
«У нас ни патриархи, ни соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому что хранитель благочестия у нас есть самое тело Церкви, то есть самый народ, который всегда желает сохранить веру свою неизменною и согласною с верою отцов его».
Церковь есть наше общее достояние, и она требует общей нашей заботы, нашего личного участия. Кто любит Церковь, кто хочет Ей блага, кто думает о Её будущем, может ли остаться хладнокровным и равнодушным к Её призыву: «чадо, иди днесь, делай в винограднике Моём»?
Пусть нашей молитвой станет молитва, созданная неизвестными православными христианами, сразу же после Катастрофы 1917 г., которые сумели правильно осмыслить то, что произошло с Россией:
«Верую, Господи, и исповедую, что Ты посылаешь огонь и испытания для того. чтобы мы вышли из него чистыми и преображёнными, готовыми для нового строительства жизни. Верую, Господи, что наша родина проходит через горнило скорби, чтобы омыться от накопившейся неправды и чтобы выйти возрождённой навстречу Господу своему. Верую, что среди бурь и пожара Ты осеняешь нас крылом беспредельного милосердия Своего и ведешь нас через Голгофу искупления к неизреченному Свету Твоему. Неисповедимы пути Твои, Господи. Ты один ведаешь, когда чаша наша будет допита до дна и наступит светлый час воскресения нашего. Да будет воля Твоя»
Наша брань не против крови и плоти, а против злобы поднебесных. (Еф. 6:12}
Расколы вызывают глубокую душевную боль, особенно при воспоминании Первосвященнической молитвы Спасителя, произнесенной накануне Его страданий. Один из центральных моментов этой молитвы — прошение об единстве: ...да будут все едино:как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они да будут в Нас едино, — да уверует мир, что ты послал Меня (Иоан. 17: 21). Это молитва Спасителя о Его Церкви. Расколы же усугубляют агонию Божественного Страдальца и радуют только врага нашего спасения.
Бесспорно, должны быть приложены максимальные усилия для преодоления раскола и приобретения единства. Этого желают все православные русские люди. Встать на этот путь необходимо всем членам Церкви. Это было отмечено в послании Архиерейского Собора Русской Зарубежной Церкви (октябрь 1991 г.):
«…Раскол можно преодолеть только смиренной молитвой, покаянием и братской любовью ко всем падшим в тяжёлое время гонений и заблудшим в настоящее время… возрождение веры… …должно начаться с духовного обновления нас самих, с покаяния и с очищения нас от. греховной нечистоты и самооправдания (выделено мною — В.П.). Чистые сердцем Бога узрят, т.е., чтобы познать Бога и жить в Нём, необходимо очистить мысли, чувства и саму жизнь.
Таким очищением себя положим начало некоторому предсоборному взаимопониманию, уяснению ошибок и отклонений от Истины, После такой подготовки возможен будет свободный от всякой «лояльности» и вмешательства чужеродных сил и их влияния на Всероссийский собор, созванный в соответствии с церковными началами, который будет судить об истории нашей Церкви в прошедшие десятилетия и сможет начертать её дальнейшую судьбу.
Мы призываем всех чад Православной Церкви влиться в этот благодатный, предсоборный процесс с глубоким сознанием своей немощи и греховности, уповая на милость и помощь Божию, «Во смирении нашем помяну ны Господь» (Пс. 135: 23).»
Ясно, что архиереи Русской Зарубежной Церкви мыслят этот предсоборный процесс, как путь к истинному единству, а не как к внешнему объединению, достигаемому любой ценой.
Долго не мог я понять, почему отдельные представители российской эмиграции, посвятившие столько усилий и времени борьбе с коммунизмом, сегодня позволяют себе сознательно не замечать те страшные последствия коммунистической заразы, которые продолжают терзать Русскую Церковь.
Чем вызвано их требование к Зарубежной Церкви во что бы то ни стало и при любых условиях воссоединиться с Московской Патриархией — одним из последних институтов, сохранивших следы этой коммунистической заразы?
Не объясняется ли это тем, что сопротивление вчерашних борцов с коммунизмом было лишь поверхностно-политическим, а не глубинно-духовным? Быть может, после стольких лет напряженной политической борьбы иссякли в них силы рассмотреть страшные результаты подчинённости Московской Патриархии богоборческому государству? Не стали ли некоторые из них на путь наименьшего сопротивления еще и потому, что их духовное чувство притупилось, и компромисс, ложь и прочие извращённые явления стали приниматься как нечто нормальное?
Сейчас надо не критиковать патриарха и Патриархию, а помогать им, говорят некоторые вполне благонамеренные люди, слишком легко забывающие церковную историю нашего времени. Во всём этом смутно припоминаются те настроения, которыми были охвачены некоторые эмигрантские круги после Второй мировой войны, а затем и в пору хрущёвской «оттепели».
Вчерашние члены компартии со своим прежниммышлением внешне вроде перестроились, но под флагами других партий и новых идеологий продолжают восседать и в российском правительстве, и в массовых общественных организациях. Тяжёлое наследие коммунизма по-прежнему даёт о себе знать всюду, где продолжают играть роль вчерашние коммунисты.
Зло, посеянное в России диаволом, верными ему большевистскими прислужниками, продолжает по сей день мучить церковное тело России. Нельзя делать вид, что это не так. Священное Писание заповедует противостоять злу: Покоритесь Богу; противостаньте диаволу… исправьте сердца, двоедушные (Иак. 4: 7-8).
Факты истории Московской Патриархии не отделены от нас годами. Посеянное в прошлом восходит в настоящем и будущем.
Чтобы продолжить наш разговор о сегодняшней русской церковной жизни, нам не обойтись без уяснения того, что такое сергианство и вместе с ним явления, породившие ныне переживаемый церковный кризис. Обратимся к истории.
Не извиняйся неведением; ибо неведевый, сотворивый же достойная ранам, биен будет за то, что не узнал (Лк. 12: 48).
Преподобный Иоанн Лествичник.
В начале 20-х годов, ещё при жизни Святейшего Патриарха Тихона, большевикам стало ясно, что физически уничтожить Православную Церковь невозможно и даже невыгодно. Тогда решено было применить иную тактику — Богоборцы поставили своей целью — склонить главенство Церкви к сотрудничеству с их режимом и в интересах этого режима, в первую очередь овладев всем епископатом и клиром.
В числе документов, обнаруженных парламентской Комиссией Верховного Совета России по расследованию причин и обстоятельств государственного переворота (августовского путча 1991 г. ), фигурируют отчёты о деятельности 4-го отдела 5-го управления КГБ СССР. Эти отчёты представляют собою богатый материал для историков Русской Православной Церкви, изучающих её судьбу в советский период.
В них идёт речь о вербовке священнослужителей на службу госбезопасности. Согласно архивным данным, политика вербовки духовенства фактически началась уже с первых лет советской власти. Вот что по этому поводу говорится в одном из документов ЧК, датированном 1921 годом:
«Вопрос осведомительной и агентурной работы по духовенству — самый больной в ЧК как по трудности его выполнения, так и по тому. что на него до сих пор большею частью Ч К мало обращала внимания…
Что его нужно расшевелить и двинуть с места — это не подлежит никакому сомнению. И для более быстрого и верного проведения в жизнь необходимо на первых порах принять следующие меры:
1. Пользоваться в своих целях самим духовенством, в особенности занимающим важное служебное в церковной жизни положение, как-то: архиереями, митрополитами и т.п., заставляя их под страхом суровой ответственности издавать по духовенству те или иные распоряжения, могущие быть нам полезными, например: прекращение запретной агитации по поводу декретов, закрытия монастырей и т.п.
2. Выяснить характер отдельных епископов, викариев, поощряя их желаниям и замыслам.
3. Вербовать осведомителей по духовенству предлагается после некоторого знакомства с духовным миром и выяснения подробных черт характера по каждому служителю культа в отдельности. Материалы могут быть добыты разными путями, а главным образом, через изъятие переписки при обысках и через личное знакомство с духовной средой.
Материальное заинтересование того или иного осведомителя среди духовенства необходимо, так как на одной этой почве ещё можно договориться с попами, а надеяться на его доброжелательное отношение к Советской Власти нельзя, притом же субсидии денежные и натурой без сомнения их будут связывать более с нами и в другом отношении, а именно в том, что он будет вечный раб ЧК, боящийся расконспирировать свою деятельность (выделено мною — В.П.).
Практикуется и должна практиковаться вербовка осведомителей и через застращивание тюрьмой, лагерем по незначительным поводам, за спекуляцию, нарушение правил и распоряжений властей и т.п.
Правда, способ довольно ненадёжный и могущий быть полезным только в том случае, когда объект для вербовки слабохарактерный и безвольный. Главным образом надо обращать внимание на качественное состояние осведомителя, а не на количественное. Ибо только тогда, когда завербованы хорошие осведомители и вербовка произведена со вниманием, можно надеяться черпать из той или другой среды нужные нам материалы». ( ЦА КГБ ф. 1, on. 5, пор. N 360, д. 360, 1921 г. секр. отдел, л. 6; подпись: Помошн. Уполномоч. Со ВЧК).
В этом до крайности преисполненном цинизма документе чекисты признаются в том, что в то время — 1921 г. — вербовка духовенства Русской Православной Церкви трудно давалась («самый больной в ЧК» вопрос). Зато эту унизительную роль охотно взяла на себя группа духовенства, организовавшая так называемую «Живую» или «Обновленческую» Церковь. Это были священники, которые ещё до Революции 17-го года примыкали к «левому крылу», а также лица, соблазнившиеся перспективой своеобразной (опекаемой властью) духовной карьеры при коммунистическом строе и потому решившиеся стать на путь церковно-политических авантюр. Коммунисты всемерно поддерживали деятельность обновленцев, так как в духовенстве этого типа они видели послушное орудие, которое могло помочь им в разрушении Церкви изнутри.
Однако церковный народ не поддержал обновленцев. Он оставался верен подвергшемуся гонениям патриарху Тихону. Тогда многие противники обновленческого движения были преданы суду, над ними зверски издевались в чекистских застенках, и их массами ссылали на Соловки и в Сибирь.
Неудачу с «Живой церковью» коммунистическая власть компенсировала сторицей и полностью добилась своей цели в сговоре с Заместителем Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополитом Сергием (Страгородским), бывшим обновленцем, о котором преп. Нектарий Оптинский сказал ещё до выхода его Декларации летом 1927 года, что хотя он и «покаялся, но яд в нём сидит». (1)
29-го июля 1927 г. было обнародовано печально известное «Послание пастырям и пастве» (Декларация митрополита Сергия). Подлинные цели большевиков, направленные на уничтожение всякой религии, в этом Послании камуфлировались обобщением интересов богоборческой системы в СССР с интересами русского народа и с именем Родины:
«Нам нужно не на словах , а на деле показать, что верными гражданами Советского Союза, лояльными к советской власти, могут быть не только равнодушные к православию люди… но и самые ревностные приверженцы его… Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской Родиной, радости и успехи которой — наши радости и успехи, а неудачи — наши неудачи. Всякий удар, направленный в Союз… сознается нами, как удар, направленный в нас…».
В Декларации митрополита Сергия предлагалось самоустраниться тем из духовных лиц, кто не захотел принять его условий. В ней содержались угрозы по адресу заграничного русского духовенства и впервые от имени «узаконенной» советским правительством Московской Патриархии выражалась благодарность советскому правительству «за его внимание к нуждам православного населения» (сколько раз нам ещё придется услышать подобное из уст иерархов Московской Патриархии!).
Этой Декларацией митрополит Сергий единолично, за всю Церковь, принял советские условия её легализации, не найдя нужным снестись не только с заключённым в лагере законным Местоблюстителем Патриаршего Престола митрополитом Петром, но даже с епископами, бывшими тогда ещё на свободе. Митрополит Сергий игнорировал обязательное для всех православных архипастырей 34-е Апостольское правило, которое, в частности, гласит:
«…Первый (епископ — В.П. ) ничего да не творит без рассуждения всех, ибо тако будет единомыслие».
«Мудрый старец» (так величали митрополита Сергия его последователи) узурпировалцерковную власть и, грубо нарушив каноны Церкви, поставил под сомнение все последующие решения и действия Московской Патриархии.
Формально создавались так называемые «нормальные отношения» между сергианской иерархией и правительством СССР, фактически же центральное церковное управление Московской Патриархии не только попало под контроль органов коммунистической диктатуры, но стало их послушным орудием во внутренней и внешней политике.
Декларация митрополита Сергия была расценена в то время многими либо как малодушие, преступный компромисс его архиерейской совести, либо как превышение церковной власти. Митрополит Сергий получил массу письменных протестов, к нему прибывали делегации духовенства и мирян, которые умоляли его отказаться «пока не поздно» от взятого им курса и уступить место другим, более мужественным и стойким архипастырям. По сведениям митрополита Иоанна (Снычева), в некоторых епархиях до 90 процентов приходов не приняли эту Декларацию, отослав её обратно автору.
Его предупреждали, что этот компромисс вовлечёт Русскую Церковь в орбиту советской политики, напоминали ему, что путь Церкви, как и земной путь Христа — путь не приспособленчества, а путь Голгофы. Многие из тех, кто предупреждал митрополита Сергия, сами взошли на Голгофу, составив бесчисленный сонм Новомучеников и Исповедников Российских (Новомученики и Исповедники Российские прославлены Русской Зарубежной Церковью в 1981 г.). Участник событий тех дней проф. И. М. Андреев свидетельствует, что «по количеству и по духовному удельному весу протестующих (против Декларации митрополита Сергия — В.П.) можно было судить об объеме, глубине и нравственной силе протеста»(2).
9 сентября 1927 года, тщательно рассмотрев Декларацию заместителя патриаршего Местоблюстителя и Временного патриаршего Синода и приняв во внимание, что высшая церковная власть в России находится в тяжком пленении у врагов Церкви, не свободна в своих деяниях, в Окружном Послании Собор архиереев Заграничной Церкви определил:
«1) Заграничная часть Всероссийской Церкви должна прекратить сношения с Московской церковной властью ввиду невозможности нормальных сношений с нею и ввиду порабощения её безбожной советской властью, лишающей её свободы в своих волеизъявлениях и канонического управления Церковью.
2) Чтобы освободить нашу иерархию в России от ответственности за непризнание советской власти заграничной частью нашей Церкви, впредь до восстановления нормальных сношений с Россией и до освобождения нашей Церкви от гонений безбожной советской власти, заграничная часть нашей Церкви должна управляться сама, согласно священным канонам, определениям Священного Собора Всероссийской Поместной Православной Церкви 1917-18 гг. и постановлению Святейшего Патриарха Тихона, Священного Синода и Высшего Церковного Совета от 7/20 ноября 1920 года, при помощи Архиерейского Синода и Собора Епископов, под председательством Киевского митрополита Антония (Храповицкого — ВП.).
3) Заграничная часть Русской Церкви почитает себя неразрывною, духовно-единою ветвью великой Русской Церкви. Она не отделяет себя от своей Матери Церкви и не считает себя автокефальною. Она по-прежнему считает своею главой Местоблюстителя митрополита Петра и возносит его имя за богослужениями.
4) Если последует постановление митрополита Сергия и его Синода об исключении заграничных епископов и клириков, не пожелавших дать подписку о верности советскому правительству, из состава клира Московского Патриархата, то такое постановление будет неканоническим.
5) Решительно отвергнуть предложение митрополита Сергия и его Синода дать подписку о верности советскому правительству, как не каноническое и весьма вредное для Святой Церкви как в России, так и за границей».
Аналогичную позицию по отношению к митрополиту Сергию и его Декларации заняли и многочисленные иерархи на территории советской России. Отбывающие заключение в Соловецком монастыре епископы-исповедники так отзывались на Декларацию митрополита Сергия (27 сентября 1927 г.):
а) «…Мысль о подчинении Церкви гражданским установлениям выражена в такой категорической и безоговорочной форме, которая легко может быть понята в смысле полного сплетения Церкви и государства…»
6) «…Послание приносит Правительству «всенародную благодарность за внимание к духовным нуждам Православного населения». Такого рода выражение благодарности в устах Главы Русской Православной Церкви не может быть искренним и потому не отвечает достоинству Церкви…»
в) «…Послание Патриархии без всяких оговорок принимает официальную версию и всю вину в прискорбных столкновениях между Церковью и государством возлагает на Церковь…»
г) Угроза запрещения эмигрантским священнослужителям нарушает постановление Собора 1917/1918 гг. от 3/16 авг. 1918 г., разъяснившее всю каноническую недопустимость подобных кар и реабилитировавшее всех лиц, лишённых сана за политические выступления в прошедшем (Арсений Мацеевич, священ. Григорий Петров» (Цит. по книге «Трагедия Русской Церкви», Париж, YMCA-Press, 1977 г.. стр. 436).
Здесь уместно привести некоторые соображения одного из выдающихся епископов, пользовавшегося непререкаемым духовным авторитетом, Дамаскина Глуховского.(3)
На два вопроса, поставленные митрополиту Сергию епископом Дамаскиным:
1) Считаете ли Вы, что решение Ваше является голосом соборного иерархического сознания Российской Церкви?
2) Имеете ли Вы основание считать Ваш личный авторитет достаточным, чтобы противопоставить его сонму маститых иерархов, совершенно не разделяющих Вашу точку зрения?»
— заместитель Местоблюстителя Патриаршего Престола не дал ответа.
Владыка Дамаскин от имени многочисленных иерархов назвал поступок митрополита Сергия изменой, возмутившей их души.
«В живом теле Церкви, — писал владыка Дамаскин,— в массе верующих сейчас происходит глубокий процесс духовной дифференциации по отношению к главной спасительной идее Церкви. И именно ваша Декларация вызвала этот процесс…».
Не прерывающие общения с митрополитом Сергием, по словам еп. Дамаскина, «являются невольными соучастниками и греха» его.
«Верующие, возмущенные в глубине души своей изменой Вашей заветам Христа и правды Православной, отвернулись от Вас и от всех тех, кто с Вами, — пишет далее владыка Дамаскин; — они предпочитают не ходить в храмы, где возносится Ваше имя и говеть вот уже два года из боязни сделаться причастниками греху Вашему. Они с упованием и страхом ждут голоса ссыльной Церкви…
Грех Ваш ещё внутренняя неправда самой Декларации, основанная на боязливости. Ведь только в таком освещении становится понятным 8-й стих 21-й главы Откровения, где «боязливые» поставляются наряду с неверными, убийцами и любодейцами…
Страшно подумать, как пошатнули, подорвали Вы Вашей Декларацией авторитет церковной иерархии, какую обильную жатву собирают на этой почве враги наши, как много верующих, не видя для себя доброго примера в своих пастырях, усомнились на Вечную Правду, и как много их посему отшатнулось от Церкви и погибает в отщепенческих болотах и в струях сектантства!.. О, Владыко! Подумайте,какая тьма погубленных душ на Страшном Суде смогут вину за свою гибель свалить на Вас!… (выделено мною — В П.)
Вся церковь ждёт от Вашего Высокопреосвященства открытого заявления — считаетесь ли Вы с мнением подавляющего большинства иерархов…
Угасание духа веры в массах, принижение спасительных идеалов Церкви, забвение пастырями своего долга, умножение на этой почве беззакония, «иссякание любви многих»…
Не следовало при этом упускать из виду, что сколько бы ни делать сатане уступок, он будет требовать всё новых жертв себе, ибо такова природа зла: сила Церкви и источник её постоянного обновления не вовне, а внутри её самой…
Всё совершается совершенно обратно всем Вашим человеческим расчетам и упованиям…
Вы уже не можете быть вычеркнуты со страниц её (Церкви — ВП.) истории; то или в сонм Исповедников своих впишет имя ваше российская Церковь, или же отнесёт к числу изменников её мироспасительным идеалам…
Внемлите общему голосу верующего народа, каковой несомненно является и «голосом Божиим»… вглядитесь в открывающуюся перед Вами пропасть неизбежного раскола: ужаснитесь ответственности за угасание огня веры в массах… и откажитесь от Вашего курса, от Ваших компромиссов; аннулируйте Вашу Декларацию (выделено мною — ВП.), как акт личного Вашего заблуждения и выходящий за пределы Ваших полномочий; явите себя глашатаем Вечной Правды и истинной Любви Евангельской пред миром: отбросьте человеческие мудрования и расчёты и станьте на путь твёрдого исповедничества во имя Христово; не бойтесь возможности горших скорбей и испытаний для Церкви (они неизбежны, и Ваши компромиссы лишь принижают их значимость), ибо Церковь возликует, идя вслед за сим на новую Голгофу, и даже в страданиях своих благословит имя Ваше, зная, что главнейший источник разлагающего её начала Вами уничтожен…
Но увы! если Вы, Ваше Высокопреосвященство, станете упорствовать в Вашем курсе и открыто пренебрежёте голосом Церкви, то она, продолжая свой крестный путь, откажется от Вас. как от соучастника с её распинателями…
Мы умоляем, зовем Вас, Владыка, мы все ещё возле Вас и готовы подать Вам руки… Если Вы всё же не внемлете, не возвратитесь, то пойдёте Вашим уклоном дальше. НО БЕЗ НАС» (29 марта 1929 г.).
В Окружном Послании Собора русских заграничных архиерев православной русской пастве 1933 г. говорилось:
«Мы не можем, конечно, помешать ему (митр. Сергию — В.П.) идти избранным путём, но сами не пойдём за ним. Мы знаем только одну правду, вечную Правду Христову; если теперь хотят её подменить какою-то другою, человеческою правдою, то мы готовы воскликнуть вместе с Исааком Сириянином: «Да погибнет такая правда!».
«Только молчите, — говорит нам митрополит Сергий, — и не обличайте советскую власть, ибо это есть акт политический».
«Молчи, только одно тебе говорю, молчи», — гневно говорил некогда Грозный Царь святителю Филиппу, продолжавшему осуждать его жестокость и защищать попранную им правду. Не можем последовать призыву митрополита Сергия и мы, зарубежные епископы.
В те дни, когда Христос, почтивший нас святительским достоинством и призвавший пас быть его верными истинными свидетелями, борется с антихристом, мы не только не можем быть на стороне Его противника, но даже просто оставаться нейтральными в этой борьбе, ибо здесь «молчанием предаётся Бог» (выделено мною — ВП.), по слову Григория Богослова».
Приведенные выше свидетельства — это ничтожно малая часть исторических документов, сохранившихся от тех времён, вопиющих о глубочайшем падении митрополита Сергия и о страшном предательстве им церковных интересов.
Была ли у Церкви альтернатива избранному митрополитом Сергием курсу? Да, была. Она выражена в «Памятной записке соловецких епископов» (известной ещё, как «Послание Соловецких исповедников»), подписанной 27 сентября 1926 г. 17-ю епископами, томившимися в известном СЛОНе (соловецкий лагерь особого назначения). Это замечательное послание соловецких узников мало кому известно в России по той причине, что Московская Патриархия держит его под спудом.
В обращённом к «правительству СССР» этом документе нет даже и тени соглашательства. Епископы во всей правде заявили, что «в самых основах миросозерцания между Церковью и государством не может быть никакого внутреннего примирения (выделено мною — В.П.), потому что условием её бытия и смыслом её существования является то самое, что категорически отрицается коммунизмом». Обратимся к самому историческому посланию. Вот некоторые ха рактерные фрагменты.
«Подписавшие настоящее заявление отдают себе полный отчёт в том, насколько затруднительно установление взаимных благожелательных отношений между Церковью и государством в условиях текущей действительности, и не считают возможным об этом умолчать. Было бы неправдой, не отвечающей достоинству Церкви и притом бесцельной и ни для кого не убедительной, если бы они стали утверждать, что между Православной Церковью и государственной властью Советских республик нет никаких расхождений. Но это расхождение состоит не в том, в чём желает его видеть политическая подозрительность и в чём его указывает клевета врагов Церкви. Церковь не касается перераспределения богатств или их обобществления, т.к. всегда признавала это правом государства, за действия которого не ответственна. Церковь не касается и политической организации власти, ибо лояльна в отношении правительства всех стран, в границах которых имеет своих членов.(…) Это расхождение лежит в непримиримости религиозного учения Церкви с материализмом, официальной философией коммунистической партии и руководимого ею правительства Советских республик.
(…) Никакими компромиссами и уступками, никакими частичными изменениями в своем вероучении или перетолкованиями его в духе коммунизма Церковь не могла бы достигнуть такого сближения. Жалкие попытки в этом роде были сделаны обновленцами…
(…) Православная Церковь никогда не станет на этот недостойный путь и никогда не откажется ни в целом, ни в частях от своего обвеянного святыней прошлых веков вероучения в угоду одному из вечно-сменяющихся общественных настроений. При таком непримиримом идеологическом расхождении между Церковью и государством, неизбежно отражающемся на жизнедеятельности этих организаций, столкновение их в работе дня может быть предотвращено только последовательно проведенным законом об отделении Церкви от государства, согласно которому ни Церковь не должна мешать гражданскому правительству в успехах материального благополучия народа, ни государство стеснять Церковь в её религиозно-нравственной деятельности.
Такой закон, изданный в числе первых революционным правительством, вошел в состав Конституции СССР и мог бы при изменившейся политической системе до известной степени удовлетворить обе стороны. Церковь не имеет религиозных оснований не принять его. Господь Иисус Христос заповедал предоставить «кесарево», т.е. заботу о материальном благополучии народа, «кесарю», т.е. государственной власти, и не оставил нам, своим последователям, завета влиять на изменение государственных форм или руководить их деятельностью. Согласно этому вероучению и традициям. Православная Церковь всегда сторонилась политики и оставалась послушной государству во всём, что не касалось веры.
(…) Правительство, как в своём законодательстве, так и в порядке управления, не остаётся нейтральным по отношению к вере и неверию, но совершенно определённо становится на сторону атеизма, употребляя все средства государственного воздействия к его насаждению, развитию и
распространению, в противовес всем религиям.
(…) Не только порицание, но и одобрение правительства – есть вмешателъство в политику, и право воздержания от одобрения, которое быть может понято, как знак недовольства и неодобрения.
(…) Православная Церковь считает сыск и политический донос совершенно несовместимым с достоинством пастыря (выделено мною — В. П. Цит. по книге «Трагедия Русской Церкви», Париж, YMCA- Press. 1977 г.. стр. 417-428).
15 февраля 1930 г., в то время, когда многие авторы «Соловецкого Послания» и большинство иерархов и многие священнослужители Русской Православной Церкви томились в лагерях и ссылках и пребывали в тяжких обстояниях, митрополит Сергий и его Синод провели пресс-конференцию, на которой митрополит Сергий ответил на ряд вопросов представителей печати. Эти материалы широко разошлись тогда по всему миру.
«Вопрос. Действительно ли существует в СССР гонения на религию и в каких формах оно проявляется?
Ответ. Гонения на религию в СССР никогда не было и нет. В силу декрета «Об отделении церкви от государства» исповедание любой веры вполне свободно и никаким государственным органом не преследуется. Больше того, последнее постановление ВЦИК u CHK РСФСР «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 г. совершенно исключает даже малейшую видимость какого-либо гонения на религию.
Вопрос. Верно ли, что безбожники, закрывают церкви, и как к этому относятся верующие?
Ответ. Да, действительно, некоторые церкви закрываются. Но проводится это закрытие не по инициативе властей; а по желанию населения, а в иных случаях даже по постановлению самих верующих. Безбожники в СССР организованы в частное общество, и поэтому их требования в области закрытия церквей правительственные органы отнюдь не считают для себя обязательными.
Вопрос. Верно ли, что священнослужители и верующие подвергаются репрессиям за свои религиозные убеждения, арестовываются, высылаются и т.д.?
Ответ. Репрессии, осуществляемые Советским правительством в отношении верующих и священнослужителей, применяются к ним отнюдь не за их религиозные убеждения, а в общем порядке, как и к другим гражданам, за разные противоправительственные деяния. Надо сказать, что несчастье церкви состоит в том, что она в прошлом , как это хорошо всем известно, слишком срослась с монархическим строем… К сожалению, даже до сего времени некоторые из нас не могут понять, что к старому нет возврата, и продолжают вести себя как политические противники Советского государства…
Вопрос. Соответствуют ли действительности сведения, помещённые в заграничной прессе, относительно жестокостей, чинимых агентами соввласти по отношению к отдельным священнослужителям?
Ответ. Ни в какой степени эти сведения не отвечают действительности. Всё это сплошной вымысел, клевета, совершенно не достойная серьёзных людей» (цит. по книге ВЛ.Куроедова «Религия и церковь в советском обществе», Москва, 1984).
Исчерпывающую оценку этой пресс-конференции митр. Сергия и его Синода дали соловецкие епископы-исповедники ещё за четыре года до её проведения, тогда же они поставили диагноз болезни Московской Патриархии:
«Православная Церковь не может, по примеру обновленцев засвидетельствовать, что религия в пределах СССР не подвергается никаким стеснениям и что нет другой страны, в которой она пользовалась такой полной свободой. Она не скажет вслух всего мира этой позорной лжи, которая может быть внушена только или лицемерием, или сервилизмом, или полным равнодушием к судьбам религии, заслуживающим безграничного осуждения в её служителях». (…) …И не может стать слугой государства (выделено мною — ВЛ.).
Примирить и соединить ту и другую точку зрения невозможно. Предлагаю читателям самим решить вопрос, чем же была внушена митр, Сергию эта позорная ложь? Лицемерием? Сервилизмом? Или полным равнодушием к судьбам религии? В любом случае, по слову исповедников, она заслуживает безграничного осуждения, так может говорить только обновленец.
* * *
Нужно назвать вещи своими именами. Сергианство — синоним лжесвидетельства. Сергианство — экклезиологическое лжеучение. Летописец православного мученичества протопресвитер Михаил Польский пишет, что митрополит Сергий погрешил против девятого члена Символа Веры о Церкви единой, святой соборной и апостольской:
«В своё время это отметил в полемике с митрополитом Сергием Николай (Добронравов), епископ Владимирский (от 7/20 апреля 1928 г.), сказавший, что ‘против апостольства Церкви он погрешил введением в Церковь мирских начал и земных принципов, против святости — похудением подвига исповедничества (отрицанием фактов преследования Церкви и мученичества её чад — ВП.), против соборности — единоличным управлением Церковью’, не говоря уже о том, что он нарушил и единство её.
(…) Церковь вселенская — собранное целое, и каждый член её должен не нарушать догмата соборности. Можно погрешить против вселенскости Церкви на местах, не храня единства духа в союзе мира (Еф. 4: 3) самочинием, идя против связующего в ней начала, ибо соборная Церковь состоит из множества членов, хранящих единство. Поэтому всякий, кто противополагает свою волю всей Церкви, погрешает против догмата о соборной Церкви. Каждый её член должен верить так, как она. (…)
…Похищение епископом власти соборной есть уже не раскол, а ересь единоличного управления церкви епископом, отколовшимся от соборного единства…
Догмат о Церкви, выраженный в 9-ом члене Символа Веры. был нарушен в прошлом определенным открытым образом в Римский Поместной Церкви единоличной диктатурой первого ее епископа, заявившего претензию на таковое же главенство над всей Церковью. Но православная Вселенская Церковь отвергла это притязание и порвала общение с Римской Поместной Церковью…
Самочинием первого епископа в Русской Церкви… (митр. Сергий — В.П.) нарушил догмат соборности» (Прот. М. Польский, «Каноническое положение высшей церковной власти в СССР и заграницей», 1948 г. ее, 79-81).
***
Сергианство — это трагедия всей Российской Церкви. Невзирая на то, кто где находится, мы, верующие части единого Тела Христова, по слову ап. Павла: Дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге. Посему, страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены. И вы — тело Христово, а порознь — члены (1 Кор. 12: 25-27). Именно поэтому в преодолении печальных последствий сергианства Зарубежная Церковь так же кровно заинтересована, как и все страдающие члены Русской Церкви на Родине.
(Редакция «Церковности»: выссказывание сильное, но, к сожалению, двусмысленное – его можно понять и так, что члены Московской Патриархии – тоже части единого Тела Христова, и потому их болезнь является страданием для всей Церкви. Предостерегаем читателя от такого понимания – болезнь сергианства – это болезнь отдельной души и организации отпавшей от Тела Христова, — и в этом отпадении болезнь и состоит. Поэтому сострадание верных членов Церкви тем, кто поражён болезнью сергианства – это сострадание отпадшим и заблудшим, а не страдание от внутренней болезни, которой Православная Церковь чужда и будет чужда впредь).
Оттого что церковь Божию Святотатственной рукой Приковала ты к подножью Власти суетной, земной… Хомяков.
Нам нельзя обойти молчанием позорное участие и в служении «культу личности», которое принимали иерархи Московской Патриархии и которое никогда осуждено ими не было. В связи с этим в мае 1988 года, накануне открытия Собора Московской Патриархии, группа русских православных христиан (свящ. Г. Якунин, свящ. Н. Гайнов, Л. Тимофеев, А. Бессмертный, З. Крахмальникова, В. Попков, Ф. Светов и В. Борщёв) письменно обратилась к Патриарху Пимену и епископату с предложением осудить этот грех идолопоклонства.
Лучше авторов этого обращения не скажешь об ужасе этого пресмыкания перед Сталиным. Вот отрывок из обращения восьми православных христиан к Священноначалию Московской Патриархии:
«Восстановленная из руин в конце Второй Мировой войны по приказанию Сталина Московская Патриархия активно включилась в воскурение словесного фимиама «Вождю, Учителю и Другу трудящихся» — тирану, чьи руки обагрены кровью миллионов невинных страдальцев, в числе которых и сонм Российских Новомучеников.
Словами с амвона к верующим, поздравительными телеграммами, приветственными посланиями и даже молитвенными возглашениями в многолетиях, обращёнными к Самому Господу Богу, ‘о державе Россиской, Вожде её и властях’, Московская Патриархия сакрализовала этот ‘культ’, молитвенно освящала его, придавая ему религиозную санкцию.
Тем самым Московская Патриархия вольно или невольно духовно совращала одних своих чад в смертный грех идолопоклонства, обличаемый ещё ветхозаветными пророками, других — в соблазн двуличия, приспособленчества, конформизма, при этом отталкивая от себя многих из тех, кто был на пути к Церкви.
Апофеозом служения Московской Патриархии «культу личности» Сталина явился «Приветственный адрес Вождю народов СССР», поднесенный Сталину к его 70-летию от лица духовенства и мирян Русской Православной Церкви Патриархом Алексием и правящим епископатом (см. «Журнал Московской Патриархии». 1949 г., N 12). Этот адрес без колебаний можно назвать самым позорным документом, составленным от имени Церкви за всю историю существование, христианства и уж тем более за тысячелетнюю историю христианства на Руси.
В то время, как в обществе разрушались моральные и нравственные устои, поощрялись лжесвидетельства, доносительство, отречение детей от преследуемых родителей, жён от арестованных мужей; в то время, как из сознания народа изгонялись понятия милосердия и сострадания и происходило всеобщее поругание образа и подобия Божия в человеке, епископат Русской Церкви изливалобожествляемому деспоту свои верноподданические чувства: ‘Нам особенно дорого то, что в деяниях Ваших, направленных к осуществлению общего блага и справедливости, весь мир видит торжество нравственных начал’.
Со словами религиозного восторга обращались к Сталину возглавители Церкви, подвергшейся в недалеком прошлом невиданно жестоким преследованиям, возглавители, многие из которых сами лишь недавно вышли из лагерей, тюрем, ссылок, имевшие полное представление о тяжести и масштабах преступлений против народа, совершаемых в стране.
Не нашлось среди современных иерархов митрополита Филиппа, чтобы обличить злодеяния новаго Ивана Грозного. Не обрела Церковь другого святого страстотерпца, в лице которого она выступила бы с мечом правды против силы зла.
Единогласно возносила иерархия Московской Патриархии хвалебные славословия «Вождю народов»: ‘Шлём Вам молитвенное пожелание многих лет жизни на радость и счастье нашей великой Родины, благословляя Ваш подвиг служения ей и сами вдохновляясь этим подвигом Вашим’.
Не приближается ли это благословение иерархов по уровню греховности и в то же время по своей религиозной значимости к кощунству?…
Не нашлось мужества отказаться подписать «Приветственный Адрес» у тех архиереев, кто сделал это вопреки своей воле, «страха ради иудейска» — такой отказ означал идти на крест, и осуждать этих епископов нелегко. Но вызывает недоумение, что в благоприятное время хрущёвской ‘оттепели’ никто из подписавших адрес не покаялся, хотя бы в индивидуальном порядке, тем более, что такое покаяние было бы воспринято с полным пониманием тогдашним политическим руководством страны.
Никого из подписавших «Приветственный Адрес» Сталину нет больше в живых, но ВОТ, ТЕПЕРЬ ВРЕМЯ БЛАГОПРИЯТНОЕ (2 Кор. 6: 2} для очищения нашей Церкви от греха идолопоклонства».
Вопрос «культа личности» на Соборе рассмотрен не был. На пресс-конференции 9-го июня 1988 г. по случаю закрытия Поместного Собора, по поводу осуждения «культа личности » Сталина Митрополит Киевский Филарет сказал, что это вопрос политический и не входил в компетенцию Собора.
* * *
Лжесвидетельство неотделимо от сергианства. Лжесвидетельству митрополита Сергия на Новомучеников и Исповедников Российских в последующие годы вторили и Патриархи Алексий I и Пимен. Патриарх Алексий II несколько лет назад, в пору политических арестов, когда по тюрьмам и лагерям отбывали сроки заключения сотни верующих и политических заключенных, заявил на весь мир:
«В Советском Союзе граждан никогда не арестовывают за их религиозные или политические убеждения» (Джейн Эллис, «Русская Православная Церковь», изд. университета Индиана, 1986. с. 426).
В год Тысячелетия Крещения Руси в Москве в издательстве «Прогресс» на английском языке вышла книга бельгийского писателя Людо ван Экка «В поисках святой матушки Руси». Книга содержит большое интервью митрополита Питирима. По словам митрополита, цензура в Советском Союзе не существовала и не существует (4). Издательский отдел, которым он ведает, всегда мог публиковать всё, что угодно, без ограничений. Государство никогда не вмешивается во внутренние дела Церкви.
«Только в 1917 г„ после революции, Церковь получила независимость, которой она была лишена со времени Петра I, — сказал митрополит Питирим в интервью, данном Людо ван Экка. Новый Патриарх Тихон был заклятым врагом социализма, он анафематствоеал советскую власть и открыто призвал к свержению нового строя силой оружия. Священнослужители призывали к вооружённому восстанию, многие из них боролись против советской власти с оружием в руках на стороне белогвардейцев и иностранных интервентов. Поэтому их судили за уголовные преступления. Социалистическое государство никогда, и я хочу подчеркнуть это слово, никогда не преследовало нашу Церковь или любую иную религию.
(…) Церковь никогда не подвергалась преследованиям, за исключением тех священников, чья деятельность не имела ничего общего с их церковными обязательствами.
У Коммунистической партии Советского Союза и у Церкви много общих целей. Конечно, мы не можем вмешиваться в дела Коммунистической партии. И партия тоже не вмешивается в дела Церкви. Очень хорошо, что эти два главных общественных института — государство и Церковь — мирно сосуществуют и во многих случаях сотрудничают в интересах нашего общего социалистического государства» (с. 13-17).
Вспомним нашумевший на весь мир секретный доклад 1974 года, предназначенный для ЦК КПСС, в котором откровенно говорится о полном тогда контроле над Церковью Совета по делам религий (Вестник РХД, Париж, N 130 [1979] и 131 [1980]). Его автор, Василий Фуров, занимавший в то время пост заместителя председателя Совета, поделил церковную иерархию на три категории: полностью подчинённых госатеизму епископов, не совсем подчинённых и умеренно сопротивляющихся попыткам Совета свести на нет влияние и деятельность Церкви.
В фуровском документе нынешний патриарх Алексий II включен в первую категорию. Об этой группе Фуров пишет, что это архиереи,
«… которые и на словах и на деле подтверждают не только лояльность, но и патриотичность к социалистическому обществу, строго соблюдая законы о культах, и в этом же духе воспитывают приходское духовенство, верующих, реально сознают, что наше государство не заинтересовано в возвышении роли религии и церкви в обществе и, понимая это, не проявляют особенной активности в расширении влияния православия среди населения» (Вестник РХД, № 130. с. 278).
Опубликованы и другие документы Совета по делам религий (Гласность, Москва, N 13, декабрь, 1987), в которых идёт речь о доносительстве нынешнего патриарха Алексия II на митрополита Крутицкого и Коломенского Пимена (будущего патриарха). На них Советом по делам религий поставлен гриф «доверительно» и «строго конфиденциально». Эти документы вскрывают важнейшие механизмы тогдашних взаимоотношений правящих иерархов РПЦ с представителями «атеистического начальства».
Подлинность и фуровского отчета, предназначенного только для глаз функционеров ЦК КПСС, и «задушевных бесед» (доносов в Совет по делам религий) нынешнего патриарха, не вызывают в настоящее время ни малейшего сомнения. Известно, что о. Глеб Якунин был приговорён к длительному сроку заключения в том числе за то, что предал эти документы гласности. Этой утечке посвящён один из «секретных» документов КГБ — письмо от 15 января 1982 г. заместителя Председателя КГБ В.Чебрикова в ЦК КПСС на имя М.В.Зимянина («Об утечке информации из Совета по делам религий при Совете Министров СССР» N 97-4; архивный N ЦК КПСС 01425). Заканчивается сей документ так:
«Комитетом государственной безопасности параллельно проводятся мероприятия по выявлению канала утечки вышеупомянутых документов за рубеж и установлению лиц, причастных к этому».
В ходе «выявления канала утечки документов» на допросах в КГБ о. Глебу Якунину обещали значительно сократить срок, если он только укажет источник утечки этих документов, что о. Глеб категорически отказался сделать).
Обнаружен и опубликован целый ряд других архивных документов, свидетельствующих о том, что многие иерархи Московской Патриархии одновременно являлись агентами КГБ, а отдельные, наиболее перспективные агенты госбезопасности были продвинуты на руководящие должности Московской Патриархии в качестве её иерархов.
В этих публикациях приводятся отрывки из рапортов «кураторов церковных» руководству КГБ, свидетельствующие о степени внедрения органов госбезопасности в церковную среду. Приведём здесь лишь одну запись за 1987 год:
«Впервые в составе советской делегации принял участие в генеральной сессии ЮНЕСКО агент «Адамант». из числа иерархов РПЦ… Рассмотрено пять личных и рабочих дел на агентов террриториальных органов, рекомендованных для продвижения в руководящее звено Русской православной церкви. Начальник 4 отдела полковник Тимошевский» (ЦА КГБ л.356 из отчета 4 отдела 5 Управления).
Воистину, «кадры решают всё». Примечательно, что агент «Адамант», сиречь митрополит Ювеналий, согласно обнаруженным документам КГБ, вместе с другими иерархами Московской Патриархии и руководителями других конфессий в бывшем СССР был удостоен грамоты КГБ СССР «за многолетнее сотрудничество и активную помощь органам госбезопасности», 1985 г., л. 51. Подготовлены записки в КГБ СССР о поощрении агента «Адаманта». Шугай. В.И.Тимошевский.
Раскрыта и агентурная кличка другого видного церковного агента КГБ — «Аббат». Эта кличка принадлежит Высокопреосвященному Питириму, Митрополиту Волоколамскому и Юрьевскому.
В еженедельнике «Огонёк» был разоблачён «агент Антонов» — митрополит Киевский Филарет (Денисенко), Ему были посвящены три статьи. Их автор Александр Нежный заканчивает свою последнюю статью «Третье имя» так: «При рождении Его Блаженство нарекли Михаилом, при пострижении в монахи дали имя Филарет; третьим именем его назвали в КГБ». Вдумаемся в значение этого третьего имени. Монах получает третье имя только при пострижении в великий ангельский образ — в схиму, а Его Блаженство и его собратья по Синоду это третье имя получили от КГБ при «пострижении» в агентурную службу богоборческой империи зла (следует отметить, что «третье имя» будущий агент КГБ сам себе выбирал и формально его получал, ставя свою подпись на документе о сотрудничестве).
Владимир Зелинский богословски развивает эту мысль так:
«Там, где за именами епископов церкви прячутся прозвища или кличка, она т.е. церковь превращается в антицерковь, что требовалось устроителю этого спектакля.
Потому что имя, среди прочего, ещё и частица литургии. Имя Божие, как и имя человека. Когда на Великом Входе поминаются имена Патриарха, правящего архиерея, служащего священника и «всех предстоящих и молящихся», то в тот момент — несколькими словами — как бы собирается и озирается вся Церковь. Здесь она предстоит Отцу, Который каждого знает по имени. Под этим именем Он призывает, помнит, ведёт, судит, спасает, нас и — независимо от нашей веры или неверия — посылаем нам в дорогу Ангела-Хранителя.
«Имеющему ухо (слышать) да слышит, что Дух говорит Церквам:
побеждающему дам вкушать сокровенную манну, и дам ему белый камень и на камне написанное новое имя, которое никто не знает, кроме того, кто получает» (Откр. 2: 17).
Но и там, где вольно или невольно пародируется Церковь, также происходит смена имен. «Потёмкин», «Григорий», «Аббат». «Адамант» …
(…) И такая перемена имени имеет свою опору в Писании. Тот же Апокалипсис говорит: «… и не будут иметь покоя ни днём, ни ночью поклоняющиеся зверю и образу его и принимающие начертания имени его» (Откр. 14: 11), Неужели же все «потемкины» и «аббаты» никогда не вспоминали, сердцем не слышали этих Иоанновых слов?» («Сказанное в темноте», Русская мысль, 24 апреля 1992, с. 67}.
Парламентская Комиссия выяснила, что бывший представитель Патриархии в США архиепископ Климент (ныне Калужский) — агент «Топаз». Митрополит Воронежский Мефодий до недавнего времени скрывался за кличкой «Павел». Митрополит Филарет Минский «Островский». Покойный митрополит Никодим Рогов — «Святослав», а патриарх Алексий II — «Дроздов». Эта огласка, однако, нисколько не мешает им продолжать свои обычные занятия — совершать богослужения, исповедовать верующих, принимать послов и других видных иностранных вельмож, созывать соборы и синоды, осуществлять различные благотворительные акции.
В своём слове о том, что нельзя лгать, Авва Дорофей писал:
«…Ни одна злоба, ни одна ересь, ни сам диавол не может никого обольстить иначе, как только под видом добродетели. Апостол говорит, что сам диавол преобразуется в ангела света, потому не удивительно, что и слуги его преобразуются в служителей правды (Кор, 11; 14-15)».
На собрании студентов Московского государственного университета глава отдела Внешних Церковных Сношений Московского Патриархата митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл (он же агент «Михайлов») заявил, что факт встречи духовенства с представителями КГБ «нравственно безразличен» (Бюллетень «Прямой путь», N 1-2, 1992 г.).
С этим высказыванием никак нельзя согласиться. Никак нельзя считать нормальным и безвредным для Церкви вмешательство в Её жизнь какого бы то ни было государственного руководства, тем более богоборческого. Двух мнений на этот счет быть не может. Аморальность такого положения очевидна.
«…Всё церковное управление в течение полувека, все важные решения Московской Патриархии ставились в зависимость от прихотей коммунистических властей и их опричников, деятельность церковного и гебешного руководства переплетались столь причудливым образом, что Церковь зачастую была вынуждена заниматься сыском и разведкой, а чекисты — сугубо церковными делами. Это вопрос не политический, но вероучительный», констатирует Михаил Поздняев («Русская мысль», 27 марта 1992 г.).
Парламентская Комиссия направила руководству Московской Патриархии письмо (6 марта 1992 г.), в котором, в частности, предлагается следующее:
«Люстрация церковной агентуры могла бы быть жёстким, даже жестоким актом па отношению к Церкви, и без того много пострадавшей, комиссия считает, что лучше, если верующие сами найдут способ очищения от привнесенных, антиконституционных элементов. (…)
…Комиссия рекомендует внести в канонические и гражданские уставы запрет на тайное сотрудничество ответственных работников Церкви с органами государства, а также изучить предшествующую деятельность этих органов управления и международных отделов в свете соответствия этой деятельности конституционному принципу отделения Церкви от государства. Со cвоей стороны, для устранения опасности использования Церкви в антиконституционных целях, Комиссия предложила внести поправки в действующее законодательство, воспрещающие привлекать священнослужителей к оперативно-розыскной деятельности. Однако добиться практического использования этого положения возможно только при запрете с обеих сторон — и со стороны государства, и со стороны самой Церкви.
Комиссия выражает надежду, что Русская Православная Церковь сможет преодолеть тяжёлое наследие прошлого».
Замечательная идея — принять закон, воспрещающий привлекать священнослужителей к оперативно-розыскной деятельности, попросту говоря, запретить доносительство, но Церковь уже ввела в свою жизнь такой закон (канон) более 1600 лет назад. На Эльвирском соборе Церкви в 313 г. в 73-й главе — о доносительстве — мы читаем:
«Если кто верный был доносчиком, и через его донос кто-либо подвергся преследованию или был убит, угодно, чтобы он не получал причастия даже при кончине (в некоторых списках: ‘кроме как при кончине’). Если дело было легче, через пятилетие он может получить причастие. Если он был оглашённым, по пятилетнем времени допускается ко крещению» (перевод с латыни из книги Acta Conciliorum. tomus I. Parisiis, 1715 г.).
Спустя год после Эльвирского собора другой собор Церкви — Арелатский принял еще один канон против доносительства, известный как 13-е правило:
«О тех. о которых говорят, что они выдавали священные писания, или господские сосуды, или имена своих братьев; угодно было нам, чтобы всякий из них, кто будет обличён из общественных актов, (а) не нагими словами, был удалён из чина клира. А если будет обнаружено, что они кого-либо рукоположили, и о тех, кого они рукоположили, дело прекращено. Да не вредит им рукоположение (в некоторых списках: ‘да не прекращается их рукоположение’). (Оттуда же).
Архиерейский собор, заседавший в Свято-Даниловом монастыре и Москве в апреле этого года, вместо того, чтобы вспомнить и возродитъ эти правила, постановил создать комиссию по расследованию публикаций о связях церковных деятелей с КГБ. Возглавил эту комиссию епископ Костромской и Галичский Александр, и в неё вошли семь епископов, хиротонисанных в последние два года. Факт их недавних хиротоний был особо подчёркнут в заявлении о создании комиссии, дабы убедить общественность в их полной свободе от каких-либо связей с КГБ. Комиссия состоит из тех, кого патриарх и члены его синода возвели на высокую иерархическую ступень(5). Не проще ли Патриарху и его Синоду вместо того, чтобы создавать расследование над расследованием, памятуя вышеприведенные каноны против доносительства, прямо и достойно ответить на поставленные вопросы и обвинения?
Судя по резолюциям московского архиерейского собора, об этих канонах и не вспоминали (архиереи Московской Патриархии предпочитают вспоминать лишь только один род правил, касающихся послушания епископу!).
Был упущен исторический момент решительно осудить грехи доносительства и лжесвидетельства, которые, увы, стали нормой церковной жизни Московской Патриархии.
Все эти факты из жизни Московской Патриархии вызывают в памяти страшное пророчество преп. Серафима Саровского, сказавшего:
«…будет время, когда нечестие архиереев русских превзойдет то нечестие архиереев греческих, которое было во время императора Феодосия Юнейшего и исполнится сказанное: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Мя языком, сердца же их далече отстоят от Меня. Но тщетно чтут Меня, уча учением заповедям человеческим» (Ис. 19; 13)».
Не за то, братья, будем мы осуждены на вечном суде, что не совершали мы чудес, что не богословствовали, но за то будем осуждены, что не плакали о грехах своих. Преподобный Иоанн Лествичник.
«Заповеди человеческие», о которых говорит пророк Исаия, подменяют покаяние САМООПРАВДАНИЕМ и угождением человеческим слабостям, учат служить земному более, чем небесному.
Яркий пример этому подал прошлой осенью сам руководитель Московской Патриархии Алексий II. Будучи в вашингтонском Джорджтаунском университете, он сказал:
«Я мог выступить с публичным осуждением антирелигиозных гонений. Я даже не думаю, что при Хрущёве меня бы за это отправили в тюрьму — я бы просто окончил свои дни где-нибудь в монастыре, как это произошло с одним из моих собратьев-архиереев (какой ужас, монаху окончить свои дни в монастыре! — ВЛ.). Но я помнил в то время и о другом. Господь, призвавший меня к епископству, неразрывно связал меня с моей паствой, сделал меня ответственным за неё. И я до сих пор с ужасом думаю о том, что было бы с моей паствой, если бы своими «решительными» действиями я оставил её без Причастия, без возможности посещать храм, оставил детей без Крещения, умирающих — без последнего напутствия. (…) Я знаю: великий, несмываемый грех совершил бы я, если бы, заботясь о своём нравственном реноме, ушел от управления епархией и предал свою паству, позволив богоборцам обезглавить её и глумиться над ней».
Снова перед нами излюбленная теория Московской Патриархии:
компромисс спас Церковь. Сделка с совестью предоставила Церкви возможность совершать Таинства. Не Церковь нуждается в нашем «спасении» Её, а мы, все мы нуждаемся в том спасении, которое только Она дарует.
А как насчёт паствы упомянутого в патриаршей речи опального епископа, который «окончил свои дни … в монастыре», выступившего с «публичным осуждением антирелигиозных гонений» — она что, осталась без Tаинств? Если довести мысль патриарха до логического конца, то получается, что заточенный в монастырь епископ совершил «великий, несмываемый грех», тем, что возвысил голос против гонений на Церковь. Неужто можно допустить, что в пору гонений сей иерарх «предал свою паству», заботясь лишь «о своём нравственном реноме»? Нет! Тысячу раз нет! Опальный святитель поступил так, как повелел всем служителям Церкви Пастыроначальник Христос — Пастырь добрый полагает жизнь свою за овцы (Иоан. 10: 11).
Иерарх, которого имел ввиду патриарх, но не назвал его по имени, не кто иной, как епископ-исповедник Ермоген (Голубев) (6). Архиепископ Ермоген — единственный иерарх Русской Церкви, который в период хрущёвских гонений (конец 50-х, начало 60-х годов, когда нынешний патриарх начал свой головокружительный взлёт по иерархической лестнице) добился того, что ни один храм в его ташкентской епархии не был закрыт.
Спасибо патриарху Алексию II, что не дал нам забыть про владыку Ермогена. Уверен, что будущие поколения православных россиян с любовью и признательностью будут вспоминать архиеп. Ермогена как человека, пожертвовавшего собою для блага Церкви Христовой и как живой пример иерарха, который, несмотря на тяжёлое время, в котором он жил, преодолел соблазн сергианства.
В «Русском вестнике» (№ 13, 25 марта — 1 апреля 1992 г.) статьёй «Встреча с Патриархом» завершается обсуждение проблемы причастности иерархов и клириков Московской Патриархии к тайной деятельности КГБ. Патриарх высказался в этой статье по этому поводу однозначно:
«Мы не принимаем голословных обвинений, пусть подтвердят их документами. Любой иерарх в прошедшие годы общался с властями, тем более, сотрудниками совета по делам религий при правительстве, где представителей КГБ было более чем достаточно. Если будет доказано. что связь того или иного священника, либо епископа причинила ущерб Церкви или ближнему, — это грех, и за него придётся понести ответственность. Но если такого ущерба не было, то о чём и зачем тогда шум, каковы подлинные причины кампании по «разоблачению» священнослужителей?»
Что ж, мы вовсе не хотим, чтобы патриарх принял голословные обвинения. Придётся предъявить документы. Вернёмся к делу владыки Ермогена.
22 декабря 1967 г. нынешний патриарх, тогда Управляющий делами Московского Патриархата архиеп. Алексий, Таллинский и Эстонский направил архиеп. Ермогену резолюцию патриарха Алексия I (Симанского), в которой говорится, что опальный епископ был уволен «на покой» в Жировицкий монастырь в 1965-м году, так как
«В то время не было соответствующей вакантной кафедры. Ряд кафедр за эти два года освобождался, но были и кандидаты на эти кафедры, более подходящие (читай: преданные сергианцы В.П.), чем Преосвященный Ермоген. у которого неизменно возникали осложнения в епархиях, которые он последовательно занимал (Ташкент, Омск, Калуга}, и нам приходилось каждый раз брать на себя хлопоты по их разрешению и заботиться о перемещении его на новую кафедру.
(…) В Жировицком монастыре для него (еп. Ермогена — В.П.} были созданы самые благоприятные условия как в бытовом отношении, так и в отношении беспрепятственного служения и проповедания Слова Божия. Однако Преосвященный не был доволен созданными для него условиями, неоднократно выражал свое неудовольствие и тем смущал церковную общественность проявленной, якобы, к нему несправедливостью.
(…) В настоящее время дело обстоит так, что настроение Преосвященного, как видно по тону и характеру его заявления, не даёт надежды на то, что не будет повторения того, что было у него в Ташкенте, Омске и Калуге, и потому от него самого зависит, дать возможность Синоду прекратить его пребывание на ‘покое’ и назначить его на Епархию» (Вестник РСХД, № 87-88,1968, с. 8).
А что, собственно, произошло в епархиях, которые Архиепископ Ермоген занимал, какие же это были «неизменно возникающие осложнения»? О них говорит владыка Ермоген в обстоятельном ответе патриарху Алексию I, опубликованном в том же номере «Вестника РСХД»:
«Я должен особо подчеркнуть, что моя церковная деятельность как архиерея во всех епархиях, где мне приходилось служить, всегда протекала в пределах закона, против меня никогда не выдвигалось ни одного легального обвинения, и я никогда не привлекался, ни к уголовной, ни к административной ответственности. Правда, у меня были «осложнения» с уполномоченными, но во всех случаях «осложнений» на моей стороне был закон, на стороне уполномоченных — произвольные, не обоснованные на советском законе требования.
Наибольшие «осложнения» были в Ташкенте. Но какие причины были для этих осложнений?
Первой причиной был мой отказ уполномоченному Вороничеву «помочь» ему закрыть храм в с. Луначарском под Ташкентом, И храм этот за отсутствием законных оснований к его закрытию остался открытым и по сей день. За всё время управления мной ташкентской епархией в ней не было закрыто ни одного храма, в то время как по ряду епархий уже прокатывались волны массовых закрытий церквей.
Второй причиной «осложнений» была постройка в Ташкенте Кафедрального собора. Постройка эта явилась самым крупным церковным строительством в нашей Церкви за истекшее 50-летие по восстановлении патриаршества.
(„.) За время моего служения в Омске не было вообще никаких осложнений. Ведь нельзя же принимать за «осложнение» вызов меня в качестве свидетеля по делу старосты одного из закрытых храмов в связи с посылкой ею жалобы Н.С. Хрущёву на незаконное закрытие храма!!! И ставить гражданину в вину вызов его в качестве свидетеля — юридический абсурд.
Служение моё в Калужской епархии проходило при двух уполномоченых, сперва при В. А. Смолине и затем при Ф. П. Рябове (тот самый Рябов, который уже в перестроечное время всячески противился открытию Оптиной Пустыни — В.П.), (…) В основном осложнения стали возникать по вопросам пополнения священнослужительских кадров епархии и замещения свободных священнических мест» (стр. 9-15) .
Если архиепископ Ермоген отказался поставить себя в положение слепого исполнителя велений врагов Церкви и за это лишился кафедры, то послушные безбожникам иерархии Московской Патриархии полностью отдали себя во власть богоборцев, исполняя всякое их желание и поручение. Порою эта порабощенность принимала абсурдные формы. Архиепископ Ермоген в том же ответе патриарху Алексию I рассказывает о совете, данном ему ныне покойным митрополитом Крутицким Питиримом:
«Во избежании всяких осложнений поступайте так: когда придёт к вам на прием священник или член приходского совета по какому-либо церковномувопросу, выслушайте его, затем направьте его к уполномоченному с тем, чтобы, побывши у него, он опять вернулся к вам. Когда он вернётся и вам доложат об этом, вы позвоните уполномоченному и спросите, что он сказал вашему посетителю. И то, что сказал ему уполномоченный, то же самое скажите ему и вы» (оттуда же. с,10).
Таким образом, старейший после патриарха митрополит указывал епархиальному архиерею, каким в церковном управлении он должен быть для своего духовенства и пасомых рупором для исполнения указаний безбожника и врага Церкви.
Из выше сказанного явствует, кто «приносил ущерб Церкви и ближнему», а кто пользу… Напомним слова патриарха Алексия II:
«Если будет доказано, что связь того или иного священника либо епископа причинила ущерб Церкви или ближнему, — это грех и за него придётся понести ответственность».
Позволительно спросить: кто же понесёт ответственность за гонения на архиепископа Ермогена?
В своем выступлении в Джорджтаунском университете патриарх говорил о самосохранении Церкви, как об одном из важнейших принципов её жизни. Но действительно ли в этом её главная забота? Обратимся по этому поводу к мысли богослова, на которого патриарх любит в своих речах ссылаться — ныне покойного протопресвитера Александра Шмемана:
«Не для себя существует Церковь и не в самосохранении внутренний двигатель её жизни. И потому в ней всегда пребывает очень тонкая, огромным числом «церковников» слишком часто не замечаемая, черта, отделяющая подлинное и праведное охранение Церкви от соблазнительного самосохранения: когда церковное общество начинает почти бессознательно служить себе, а не назначению Церкви в мире. Когда верующие начинают ощущать Церковь как существующую только для них и для удовлетворения их «религиозных нужд», и в этих нуждах, в своих церковных навыках, в своём духовном удовлетворении полагать мерило всего в жизни Церкви. Когда по видимости всё остается таким же — благолепным, молитвенным, утешительным, а на глубине уже искривлено тонким — самым тонким, из всех! — духовным эгоизмом и эгоцентризмом. И потому главной заботой церковной совести не должна ли быть забыта эта черта, чтобы праведное охранение Церкви не превращалось в духовно-опасное, ибо двусмысленное и соблазнительное, самосохранение? («Вестник РСХД», № 106,1972, с. 256).
Во время пребывания патриарха Алексия II прошлой осенью в США ни в одной из его многочисленных биографий не был упомянут тот немаловажный факт, что Его Святейшество без малого четверть века служил Управляющим делами Московского Патриархата. И ни для кого не секрет, что в доперестроечное время занимающий это кресло являлся фактически первой персоной в Церкви.
Следует отметить, что Патриарх Алексий II в свою бытность Управляющим делами Патриархии не только передал опальному владыке Ермогену Указ Синода, отправляющий его в монастырь на покой и затем телеграммой запретил епархиальным архиереям сообщаться с изгнанным архипастырем. Кроме того, нынешний патриарх был тот, кто передал постановление Патриархии о запрещении в священнослужении отцов Николая Эшлимана и Глеба Якунина за то, что они (кстати, с благословения архиеп. Ермогена, за что, по свидетельству о. Глеба Якунина, владыка и был сослан в монастырь) дерзнули возвысить свои голоса в защиту Церкви, сказав своим архиереям горькую правду.
«Сегодня действия церковных властей, которые гнали мужественных московских священников Николая Эшлимана и Глеба Якунина, никем не осуждены, — пишет о. Георгий Эдельштейн в статье «Читая и перечитывая классику». — Эти гонители по-прежнему заседают в Священном Синоде. Эти гонители утверждают, что именно они, номенклатурные единицы ЦК КПСС, т.е. кто явно и тайно сотрудничали с КГБ и партийно-государственной элитой, являются духовными наследниками Новомучеников и Исповедников Российских, что именно они своим твёрдым, и непоколебимым стоянием в сергианстве спасли Церковь. Они пытаются убедить нас, что если бы все епископы противостояли коммунистической системе, людоеды ни одного епископа не оставили бы в живых и Церковь на Руси сегодня бы не существовала».
Руководители Московской Патриархии попирают неложное обетование Господа нашего Иисуса Христа, сказавшего: Созижду Церковь Мою и врата ада не одолеют её (Мф. 16: 18).
Деятельность епископов и священнослужителей, построенная на компромиссах с богоборцами, привела к нравственному растлению внутри Московской Патриархии. Компромисс со злом не может дать мира духовного. «Мир», достигаемый таким путём, есть ложь. Для лжи нет места в Церкви, как нет в ней места сатане, отцу лжи. Нет ничего страшнее, чем мириться со злом и привыкать к нему.
«Да не подумают, однако… что всяким миром надобно дорожить, ибо знаю, что есть прекрасное разногласие и самое пагубное единомыслие; но должно любить добрый мир. имеющий добрую цель и соединяющий с Богом… Нехорошо быть и слишком вялым и чрез меру горячим, так чтобы или, по мягкости нрава со всеми соглашаться, или из упорства со всеми разногласить… Но когда идёт дело об явном нечестии, тогда должно скорее идти на огонь и меч, не смотреть на требования времени и властителей и вообще на всё, нежели приобщаться лукавого кваса и прилагаться к заражённым. Всего страшнее — бояться чего-либо более, нежели Бога, и по сей боязни служителю истины стать предателем учения веры и истины»(святитель Григорий Богослов).
За годы советской власти был выращен новый, совершенно не известный истории Церкви тип епископа — политикана и администратора, хотя епископ не столько администратор: основная его задача — учительная. Епископ призван учить примером своей жизни. Апостол Павел в послании к Титу пишет, говоря о назначении епископа, что он должен быть непорочен, как Божий домостроитель, не дерзок, не гневлив, не пьяница, не бийца, не корыстолюбив, но страннолюбив, любящий добро, целомудрен, справедлив, воздержан, держащийся истинного слова, согласного с учением, чтобы он был силен и наставлять в здравом учении и противящихся обличать (Тит. 1: 7-9).
Хиротонии епископа предшествует особый чин его «наречения», торжественное исповедание им своей веры перед церковным народом, а также принесение особой присяги, в которой, в частности, говорится:
‘К сим же обещаются ничтоже творити ми по нужде, аще и от сильных лиц или от множества народа иудиму. аще и смертию ми воспретят, веляще что сотворити ми вопреки божественным и священным правилам» (русский текст: также обещаю, что я ничего не буду делать по принуждению, хотя бы принуждали меня сильные лица [т.е. — власть имущие] или множество народа, даже если они станут грозить мне смертью, требуя, чтобы я сделал что-нибудь вопреки божественным и священным правилам).
Многие считали и утверждали, что патриарх Алексий II был избран свободным волеизъявлением архиереев Московской Патриархии. Однако, согласно вновь открытым документам, в дни подготовки Поместного Собора 1990 г. руководитель КГБ и будущий путчист Крючков разослал по всем управлениям КГБ специальную шифрованную телеграмму, предлагавшую управлениям способствовать избранию на патриарший престол митрополита Ленинградского Алексия (Ридигера). Смели ли собранные на собор церковные агенты ослушаться своего шефа?
За все последние годы ни один «Дроздов», «Антонов», «Аббат», «Островский» и другие, еще не раскрытые, — ни один из этих «агентов в рясах» не принёс примера покаяния! Ни один!
Владыки Московской Патриархии не только не подают примера покаяния, но идут ещё дальше по пути самооправдания. На Архиерейском Соборе в Свято-Даниловском монастыре в конце марта нынешний глава Московской Патриархии договорился до того, что назвал клеветой неопровержимые факты сотрудничества иерархов с КГБ. Так, в первый день собора, задавая тон всему дальнейшему ходу соборной дискуссии, Патриарх заявил, что многие проблемы церковной жизни «в большой степени искусственно создаются извне с целью отторжения от Церкви народа Божия. (…) Некоторые средства массовой информации (…) участвуют в неблаговидной кампании клеветы на Церковь, очернения её служителей».
Итак, по словам патриарха проблемы церковной жизни «…искусственно создаются извне»?! Что за неведомые силы, «отторгают от Церкви народ Божий»? Эти проблемы рождены сергианством и нераскаянностью в нём, и именно это отторгает чад Божиих от Церкви.
В связи с этим создаётся комиссия по расследованию связей иерархов и клириков с КГБ из восьми молодых епископов, рукоположенных в перестроечное время. Руководство Московской Патриархии нс только прикрывается этим фактом, подчёркивая свою мнимую свободу от влияния КГБ, но и продолжает свой позорный путь, «подставляя» этих самых молодых иерархов. Перед молодыми епископами возникает естественная альтернатива: либо найти способы оправдания «деяний» иерархов-агентов, подтвердив заявление Алексия II о развёрнутой прессой клеветнической кампании против Церкви и уличив её (прессу) во лжи; либо, признав важность и жизненную необходимость дать ответы на прямо поставленные вопросы, тем самым лишиться покровительства тех, против кого выдвинуты эти страшные обвинения, то есть, выражаясь словами патриарха, получить возможность «окончить свои дни где-нибудь в монастыре», вдали от епархиальных кафедр.
Сотрудничающие с КГБ иерархи, с помощью созданной на соборе комиссии, стремятся оттянуть время и, подобно страусу, прячут голову в песок. Но ведь наша совесть не перед людьми, а перед Самим Богом. По слову преп. Ефрема Сирина: «Если нам стыдно людей, то насколько больше должно стыдиться, а вместе и бояться Бога, знающего все тайны человеческие! Ведь Он будет судить весь мир и воздаст каждому по делам его».
«Сейчас надо не критиковать Патриарха и Московскую Патриархию, а помогать им. Нельзя злорадствовать их положению». Согласен. Избави Бог злорадствовать! Но как помочь? делать вид, что всё в порядке, что мы более не замечаем иудина греха предательства, доносительства и лжесвидетельства или убеждать выйти на светлый путь покаяния? Скрывающий свои преступления не будет иметь успеха; а кто сознается и оставляет их, тот будет помилован, — читаем мы в Писании (Притч. 28: 13).
Страницы сегодняшних отечественных периодических изданий тут и там пестрят разнообразной информацией на религиозные темы: от рубрики «Заглянем в Святцы» в «Коммерсанте» до довольно объёмистых статей в «Известиях», «Неделе», «Московских Новостях».
В последние месяцы стало весьма популярным имя диакона Андрея Кураева, опубликовавшего несколько статей, в которых он честно и откровенно признаётся, что не только он, получивший богословское образование в Московской семинарий и Духовной Академии в Румынии, а ныне состоящий референтом при патриархе, но и добрая половина священников Московской Патриархии так или иначе сотрудничала с КГБ (см. «Русская мысль» от 28 февраля 1992 г.). Диакон Кураев признаёт: да — грех, да — было… Но ведь каждый второй! Да и КГБ преувеличивает — им тоже свойственны приписки. И вообще, это всё их провокация — сами идут ко дну, и нас, православных за собой тянут, черня и пороча («Посмертный триумф комитета» «Московские новости» 8 марта 1992 г.). И ни разу ни в одной из своих статей не пишет диакон Андрей Кураев о необходимости каяться!
Если это действительно, как Вы, о. диакон, пишете, «наш общий национальный и народный грех, который лишь в лице церковных пастырей сконцентрировался более ясно, полно и печально», не должно ли пастырям явить пример покаяния тем, кто не знает, что это такое?!
Хочется спросить диакона Андрея Кураева: Как Вы, считающий себя православным, что обязывает Вас жить в духе истины и силе правды, встали на путь негласного сотрудничества со службами госбезопасности, в чём Вы признаётесь со страниц Ваших статей? Что заставляет Вас заниматься не только самооправданием, но оправданием и защитой своих учителей-владык Московской Патриархии, имеющих за плечами 30-40 летний стаж работы в КГБ? Ваша публичная полуисповедь — свидетельство «последнего триумфа Комитета», пример блестящего решения одной из задач безбожников ослабить Церковь извращённым исповеданием веры. Сколько ещё таких, как Вы, референтов?
Современный нам исповедник Борис Талантов (7) в своей статье «Порождение ехиднино» (август 1967 г.) обличал лжепастырей и призывал русский народ:
»Возглавители Патриархии предают Церковь, не следуя светлому исповедничеству Патриарха Тихона, митрополитов Петра Крутицкого, Кирилла Казанского, Иосифа Петроградского и сонма других исповедников, которые не допускали использования церковного управления в целях внешней и внутренней политики богоборческой власти.
Возглавители Патриархии предают Церковь, не защищая права православного большинства российского народа на христианское воспитание детей и молодежи…
…СОХРАНЯЯ ЕДИНСТВО, ОНИ (чада Церкви — В.П.) ДОЛЖНЫ НАЧАТЬВСЕНАРОДНОЕ обличение РАЗВРАЩЁННЫХ ЛЖЕПАСТЫРЕЙ И ОЧИСТИТЬ ОТ НИХ ЦЕРКОВЬ» (выделено мной — В.П.).
Если у возглавителей Московской Патриархии нет сил для того, чтобы стать примером для паствы в покаянии, пусть тогда уйдут в сторону, как предлагали соловецкие епископы митрополиту Сергию и уступят свои кафедры архипастырям, способным стать на этот узкий путь.
Прав священник Георгий Эдельштейн, писавший:
«Сергианцы лгут вовсе не потому, что их на лесоповал могут отправить и не потому, что пистолет к затылку приставлен, а только потому, что они — сергианцы, доктрина у них такая, они веруют и исповедуют, что Церковь необходимо спасать ложью. Это их первая и бОльшая заповедь» («Читая и перечитывая классику», Монреаль. 1992 г.).
Единственный способ покончить с этой ложью — истинное покаяние. Но в любом случае эти иерархи не освобождаются от духовного суда, который может и должен состояться в условиях соборной полноты Русской Православной Церкви, потому что о духовном суде внутри Московской Патриархии говорить не приходится: в самой её структуре беспристрастный духовный суд отсутствует. Синод держит полноту власти над церковной жизнью в своих руках, как это делает итальянская мафия или политбюро. Поскольку, согласно Уставу РПЦ, функции духовного суда (разбор жалоб, неканонических действий епископов и духовенства и т.п.) отнесены к самому Синоду, было бы наивно полагать, что его члены осудят самих себя, а не будут все свои злодеяния держать под секретом.
Возглавивший церковную комиссию по расследованию документов КГБ епископ Костромской и Галичский Александр в свое время высказал опасение, что раскрытие всех грехов Московской Патриархии смутит «малых сих». Но ведь упорное самооправдание в очевидных грехах ещё больше смущает «малых сих», а других вообще отвергает от Церкви!
Всем известно выражение — не выносить мусор из избы. Но если слишком долго держать в избе этот мусор, она непременно наполнится невыносимой затхлостью, и не только дышать, но и жить в этом доме станет невозможно. Наступает время, когда жизненно необходимо вынести накопившийся мусор из русской избы, проветрить и основательно помыть её. Церковь учит нас постоянно через покаяние, вычищать мусор из своих изб — наших человеческих душ.
Надежда на земных «спасителей» и умалчивание правды ради ложного мира, приводящее к попиранию Закона Божьего, подготовляет мир к приходу антихриста.
Тайна беззакония уже в действии… Откроется беззаконник… Того. которого пришествие по действию сатаны, будет со всякою силою и знамениями, и чудесами ложными, и со всяким неправедным обольщением погибающих за то, что они не приняли любви истины для своего спасения. И за cue пошлет им Бог действие заблуждения, так что они будут верить лжи, да будут осуждены все не веровавшие истине, но возлюбившие неправду (2 Фее. 2: 7-12).
И если не покается весь русский народ в своем «неприятии любви истины» и не исповедует Истину, подобно Новомученикам, то как приняли молча лжевождей Московской Патриархии, так и примут они антихриста. Устами исповедуют ко спасению (Рим. 10:10), а «молчанием предается Бог» (Свят. Григорий Богослов).
«…Не называю любовью, но человеконенавистничеством а отпадением от Божественной любви, когда кто помогает еретическому заблуждению на ещё большую гибель тех, кто держатся этого заблуждения». Преподобный Максим Исповедник
В контексте нашего разговора нельзя не коснуться другой чрезвычайно важной темы. Это — экуменизм.
В культурно-общественном, национальном и международном общении любви и милосердия к пребывающим вне Церкви открываются для нас бесконечные горизонты братского и полезного сотрудничества. Как было бы своевременно и полезно христианам единым фронтом подняться и возвысить свой голос за возрождение поруганной культуры всего человечества в его лучшем отборе, встать на борьбу со всяким безбожием, во имя защиты права, чести и достоинства духовно-разумной личности человека, которая попирается в мире, лежащем во зле.
Нужно приветствовать отход от вековой разделённости христиан, но в том только случае, если это совершается с целью раскрытия сокровищ Православия и для возврата отпавших от Церкви, к единству в Православии.
Именно с этой целью еще до Революции 1917 года Русская Православная Церковь вела активный диалог и с англиканами, и со старокатоликами. В эмиграции иерархи и богословы Русской Зарубежной Церкви продолжили эти дискуссии и даже участвовали в качестве наблюдателей на некоторых экуменических форумах. Отношение Заграничной Церкви к экуменизму всегда носило трезвый, строго православный характер, в соответствии со святоотеческим учением. Её взгляд был с особой определенностью высказан при назначении 31 декабря 1931 г. своего представителя в Комитет Продолжения Всемирной Конференции о Вере и Порядке:
«Сохраняя Веру в Единую. Святую, Соборную и Апостольскую Церковь, Архиерейский Синод исповедует, что Церковь сия никогда неразделялась. Вопрос в том только, кто принадлежит к ней и кто не принадлежит. Вместе с тем, Архиерейский Синод горячо приветствует все попытки инославных исповеданий изучать Христово учение о Церкви в надежде, что через такое изучение, особенно при участии представителей Святой Православной Церкви, они в конце концов придут к убеждению в том, что Православная Церковь, будучи столпом и утверждением истины (1 Тим, 3: 15), полностью и без каких-либо погрешностей сохранила учение, преподанное Христом Спасителем Своим ученикам. С этой верой и такой надеждой Архиерейский Синод с благодарностью принимает приглашение Комитета Продолжения Всемирной Конференции о Вере и Порядке» (цит. по «Скорбному Посланию» митрополита Филарета (Вознесенского) 14/27 июля 1969 г. Православная Русь, № 15, Джорданвилль Нью-Йорк, 1969 г.).
Такова была неизменная, многолетняя позиция Русской Зарубежной Церкви по отношению к экуменическому движению. Но с 1962 года, т.е. с момента, когда в эту организацию вступила Московская Патриархия, заявления, издававшиеся Всемирным Советом Церквей (ВСЦ) приняли настолько радикально-левый богословский тон и наполнились столь прокоммунистическим содержанием, что дальнейшее присутствие на этих межконфессиональных форумах Зарубежной Русской Церкви стало невозможным.
Экуменическое движение, в котором Московская Патриархия играет виднейшую роль, берёт за руководящий принцип протестантское видение Церкви. Протестанты считают, что нет единой истины и единой Церкви, но всякая из многочисленных христианских деноминации обладает частицей истины, ради чего эти относительные истины можно, путём диалога, привести к единой истине и единой Церкви. Один из способов достижения этого единства, в понимании идеологов экуменического движения, это — проведение совместных молений и богослужений с тем, чтобы со временем добиться причащения из единой чаши.
Православие никак не может принять такую экклезиологию, ибо верует и свидетельствует, что не нуждается в собирании частиц истины, ибо Церковь Православная является хранительницей полноты Истины, дарованной Ей в день Святой Пятидесятницы.
Православная Церковь всё же не запрещает молиться за находящихся вне общения с Нею. По молитвам св. прав. Иоанна Кронштадского и блаженного архиепископа Иоанна (Максимовича) получали исцеление и католики, и протестанты, иудеи и мусульмане, и даже язычники. Но, действуя по их вере и просьбе, эти и другие наши праведники одновременно поучали их, что спасающая Истина только в Православии.
Замечательный образ правильного православного подхода к инославному миру даёт нам протопресвитер Флор Жолткевич:
«Евангельский Отец, быть может, не раз выходил на дорогу посмотреть, не возвращается ли его сын, но сам не ушёл из своего дома, а ждал его возвращения. Так и единая Вселенская Церковь терпеливо ждёт всех в своё лоно. И мы, вечные Её чада, постоянно молимся: да приидет весь инославный мир в разум вселенской, вечной, непогрешимой и неизменной Истины Христовой и да и тии с нами славят пречистое и великолепое имя в Троице славимого Бога» (Православная Русь, «Православие и экуменизм», Джорданвилль, Нью-Йорк, № 16 с. 4).
Для православных совместные молитвы и причащение на Литургии являются выражением уже существующего единства в пределах Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Св. Ириней Лионский (2-й век) лаконично сформулировал это так : «Наша вера находится в согласованности с Евхаристией и Евхаристия подтверждает нашу веру». Святые Отцы Церкви учат, что члены Церкви созидают Церковь — Тело Христово, тем что в Евхаристии они причащаются Телом и Кровью Христовой. Вне Евхаристии и Причастия нет Церкви. Совместное причащение явилось бы признанием, что все причащающиеся принадлежат Единой Апостольской Церкви в то время, как реалии христианской истории и нашего времени, к сожалению, указывают на глубокое вероучительное и экклезиологическое разделение христианского мира.
Сколько раз мы слышали и читали в официальных заявлениях Всемирного Совета Церквей о необходимости проявить христианское сострадание к нуждающимся в мире. Это, несомненно, прекрасно и вполне в евангельском духе, против чего никак нельзя возразить. Хорошо выражать сочувствие к чёрным в ЮАР или к страдающим от столкновений на Ближнем Востоке, в Индокитае и в других местах нашей планеты. Но разве этим исчерпывались человеческие страдания в те годы? Всемирный Совет Церквей был очень хорошо проинформирован о положении верующих в СССР, но он не обмолвил ни одного слова о миллионах замученных христиан и не выступил в защиту тех, кто подвергался преследованию от коммунистических режимов Хрущёва и Брежнева.
Характерный момент. В 1975 году в Найроби состоялась Пятая Ассамблея ВСЦ. Руководство Совета было крайне смущено помещённым в газете Ассамблеи полным текстом письма священника Глеба Якунина и Льва Регельсона. Письмо было озаглавлено «Обращение от имени преследуемых христиан». Авторы письма сетовали на то, что ВСЦ не возвышает свой голос в защиту наполовину разрушенной Русской Православной Церкви и полностью уничтоженных церквей Албании. В письме упоминался позорный факт, что ВСЦ ничего не сказал даже тогда, когда в Албании расстреляли священника за то, что он покрестил новорожденного. Якунин и Регельсон пытались убедить представителей ВСЦ не питать иллюзий по отношению к представителям Московской Патриархии во Всемирном Совете Церквей, которые осуществляют задачи советского правительства и стратегические цели компартии СССР.
Несколько робких попыток ряда делегатов на этой ассамблее выпустить официальное заявление о проблеме преследования верующих не увенчались успехом из-за противодействия Генерального Секретаря Всемирного Совета Церквей Филиппа Поттера и московской делегации во главе с митрополитом Ювеналием (он же агент Адамант)(8). А жаль! Была упущена уникальная возможность проявить подлинный экуменизм — заступиться за гонимых христиан в духе братской любви и милосердия. Даже когда авторы «Обращения от имени преследуемых христиан» были арестованы, Всемирный Совет Церквей позорно промолчал.
Упомянём в этой связи о деяниях последующих двух ассамблей Всемирного Совета Церквей. Мы взяли эту информацию не из православного источника, а из лютеранского еженедельника «Кристиан ньюс» (1-8 апреля 1991 г.), В журнале опубликован отчет лютеранского богослова Джона Миллхэйма об этой экуменической встрече, который раскрывает духовное банкротство ВСЦ:
«Когда гости и делегаты 7-й Ассамблеи ВСЦ собрались под большим шатром для молитвы вечером в день открытия, их приветствовали мужчины-аборигенытанцем»корроборэ» (праздничнымтанцем, исполняющимся при праздновании племенных побед и подобных событий). Они танцевали вокруг костра, из которого исходило большое облако дыма. свозь которое прошли молящиеся (т.е. христиане). Им (собравшимся молящимся) было сказано, что таким образом, проходя сквозь это очищающее облако дыма, духовность аборигенов соединилась с христианской духовностью (выделено автором статьи)».
Далее в своём отчете Джон Миллхэйм напоминает, что подобного рода языческое открытие экуменического собрания было на 6-й Ассамблее ВСЦ (9) в Ванкувере, Канада, в 1983 году:
» …Северо-американские индейцы той местности (провинция Британская Колумбия — В.П.) вырезали для ВСЦ Столб Тотем, который Генеральный Секретарь ВСЦ Филипп П оттер и другие высоко подняли в знак празднования единства богослужения. Когда этот Тотем был передан собранию ВСЦ, то собравшимся было сказано, что индейцы со своим духом бога пришли приветствовать и участвовать в ассамблее ВСЦ (выделено автором). Кроме того, само открытие ванкуверской ассамблеи сопровождалось индейскими танцами и молением.
Странный дым. Тотем, вызывание духов мертвецов являются неотъемлемой частью религиозного плюрализма и язычества, что можно ожидать на каждой ассамблее ВСЦ.
Это смешение нехристианской религиозной практики с христианством является типичным направлением и настроением ВСЦ, согласно его повестке дня 90-х годов».
Другая статья, опубликованная в том же выпуске «Кристиан ньюз», добавляет некоторые подробности к вышеприведенному отчету о встрече ВСЦ в Канберре. В ней рассказывается о выступлении Чунг Хиун-Киунг, женщины-пастора пресвитерианской церкви в Южной Корее:
«Её представление началось церемониальным танцем с двумя мужчинами-аборигенами и несколькими корейцами. Она пригласила присутствующих ‘ступить со мной (с ней) на святую землю, сняв предварительно обувь, пока мы танцуем, чтобы приготовить путь духу’. Многие повинулись.
Затем она, с зажжённой свечой по обеим сторонам, стала вызывать духов. Она прочла имена умерших духов с напечатанного листа, который позднее сожгла и развеяла пепел по воздуху. Среди тех мёртвых духов, которых она вызывала, были: Хагар, Урия, мальчики-младенцы, убитые Иродом, Жанна д’Арк. евреи, убитые в газовых камерах, Махатма Ганди, Стив Бико, Мартин Лютер Кинг, Мальком Экс и, наконец. ‘Дух Освободителя, нашего брата Иисуса, замученного и убитого на кресте'».
Далее в статье в «Кристиан ньюз» рассказывается о том, как Чунг Хиун-Киунг славословила корейский спиритизм, женских богинь, особенно Бодхизатву, которая дает силы «плыть к берегам Нирваны» и богиню Кван Ин, которую она отождествила со Святым Духом. Согласно Чунг Хиун-Киунг, Бодхизатва ждёт, чтобы вся вселенная просветилась, и тогда люди, деревья, птицы, горы, воздух, вода смогут вместе погрузиться в Нирвану, где они смогут жить в коллективе в вечной мудрости и сострадании. Чунг Хиун-Киунг к этому добавила:
«Быть может, это женский образ Христа, который первым среди нас рождён, который идет вперед и ведёт за собой других?»
Автор статьи в заключение пишет, что Чунг Хиун-Киунг закончила своё выступление на ассамблее ВСЦ ещё одним танцем с аборигеном. Но «ради приличия» автор не стал описывать этот танец.
Таким образом, представители современного экуменистического движения не только не способствуют единству, но усугубляют разделение христианского мира. Они зовут идти не узким путем спасения в исповедании единой истины, а широким путем объединения с исповедающими разнообразные заблуждения, о которых св. Апостол Петр сказал, что через них путь истины будет в поношении (2 Петр. 2: 1-2).
До встречи в Австралии ВСЦ призывал к единству христиан всего мира. Теперь эта организация призывает к единству с язычниками. В этом смысле Всемирный Совет Церквей всё больше приближается к позициям религиозного синкретизма. Эта позиция ведёт к стиранию различий между религиозными исповеданиями с целью создания единой универсальной мировой религии, которая содержала бы в себе что-нибудь из каждой религии. Универсальная мировая религия подразумевает и универсальное мировое государство с единым экономическим порядком и единой мировой нацией — смесью всех существующих наций, с единым лидером. Если это произойдёт, то будет реально подготовлена почва для воцарения антихриста.
Ещё вспомним печально известное экуменическое молитвенное собрание, устроенное несколько лет назад Папой Римским в Ассизи, и в котором участвовали нехристиане. Какому божеству молились собравшиеся в то время религиозные деятели, в том числе и представители Московской Патриархии? На этом собрании Папа Римский говорил нехристианам, что «они веруют в истинного Бога».
Истинный Бог — Господь Иисус Христос, в Триединой Троице покланяемый. Веруют ли нехристиане в Св. Троицу? Можно ли христианам молиться неопределенному божеству? По православному учению такая молитва — ересь.
Московская Патриархия в начале шестидесятых годов вступила во Всемирный Совет Церквей по настоянию безбожного режима для того, чтобы в этой организации проводить советскую внешнюю политику и дезинформацию. Кто же её вынуждает к участию в этой организации в настоящее время? Почему на фоне полного вырождения Всемирного Совета Церквей Патриархия не уходит из этой уже полуязыческой организации? Десятилетиями Московская Патриархия усердствует в мировом экуменистическом движении, нарушая этим целый ряд канонических правил Церкви.
Некоторые представители Московской Патриархии утверждают, что своей формальной принадлежностью к Всемирному Совету Церквей они свидетельствуют об истине, живущей в православной Церкви. Но открытое нарушение канонических правил свидетельствует не об исповедании Истины, а о попрании Священного Предания Церкви.
15-е правило Святого Поместного Константинопольского Двукратного Собора (861 г.) гласит:
«…Отделяющиеся от общения с предстоятелем, ради некия ереси, осуждённые святыми соборами или отцами, когда, то есть он проповедует ересь всенародно и учит оной открыто в церкви, таковые аще и оградят себя от общения с глаголемым епископом, прежде соборного рассмотрения, не токмо не подлежат положенной правилами епитимий, но и достойны чести, подобающей православным. Ибо они осудили не епископов, а лжеепископов и лжеучителей, и не расколом пресекли единство церкви, но потщились охранити церковь от расколов и разделений» (11).
Нео-обновленчество и экуменизм — неотъемлемые части сергианства. Они открыто проповедуются иерархами Московской Патриархии. «Журнал Московской Патриархии» из номера в номер пестрит репортажами и фотографиями протестантских пастырей, проповедующих в православных храмах России с одобрения и даже в присутствии иерархов. И теперь эти западные проповедники рассматривают Россию как широкую ниву для распространения своих учений.
Как бы реагировали на участие православных в современном экуменистическом движении столпы Православия, Отцы Церкви свв. Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Марк Ефесский и другие?
Завершая эту главу, считаю уместным обратиться к седой древности, чтобы привести свидетельство из жития преп. Максима Исповедника, который показывает, как должен православный христианин себя вести перед лицом апостасии, — повального отступления от Истины Христовой.
— Что же ты не вступишь в общение с Константинопольским престолом? — спросили преподобного Максима Исповедника патриций Троил и Сергий Евфратис, начальник царской трапезы.
— Нет, — ответил святой.
— Почему же? — спросили они.
— Потому, — ответил святой, — что предстоятели сей Церкви отвергли постановления четырех соборов… много раз сами себя отлучили от Церкви и изобличили в неправомыслии.
— Значит, ты один спасёшься, — возразили ему, — а все прочие погибнут?
Святой ответил на это:
— Когда все люди поклонялись в Вавилоне золотому истукану, три святые отрока никого не осуждали на погибель. Они не о том заботились, что делали другие, а только о самих себе, чтобы не отпасть от истинного благочестия. Точно так же, и Даниил, брошенный в ров, не осуждал никого из тех, которые, исполняя закон Дария, не хотели молиться Богу, а имел в виду свой долг, и желал лучше умереть, чем согрешить и казниться пред своею совестью за преступление Закона Божия. И мне не дай Бог осуждать кого-либо, или говорить, что я один спасусь. Однако же, я соглашусь скорее умереть, чем отступив в чем-либо от правой веры, терпеть муки совести.
— Но что ты будешь делать, — сказали ему посланные, -когда римляне соединятся с византийцами? Вчера, ведь, пришли из Рима два апокрисария, и завтра, в день воскресный, будут причащаться с патриархом Пречистых Тайн.
Преподобный ответил:
— Если и вся вселенная начнёт причащаться с патриархом, я не причащусь с ним. Ибо я знаю из писаний святого апостола Павла, что Дух Святой предаёт анафеме даже Ангелов, если бы они стали благовествовать иначе, внося что-либо новое.
Преподобный отче Максиме, моли Бога о нас!
6. Свободная Православная Церковь в России
Будущее Православия определится не компромиссами с антихристом, а героическим стоянием и исповедничеством. И. А. Ильин.
Плоды сергианства смущают многих православных в России. И поэтому неудивительно, что некоторые приходы в России переходят в Свободную Церковь, под омофор Первоиерарха Зарубежной Церкви, одной из немногих (увы!) православных церквей, не участвующих в экуменизме. Эти общины (их сейчас более 60) образуют Свободную Российскую Православную Церковь, возглавляемую тремя архиереями.
Московскую Патриархию очень беспокоит существование Русской Зарубежной Церкви. Верно заметил Сергей Шмеман, московский корреспондент «Нью-Йорк Таймс», писавший накануне приезда патриарха Алексия II в Америку: «Небольшая по размеру Зарубежная Церковь является… постоянным напоминанием прошлого, о котором Московская Патриархия и сам Патриарх предпочли бы забыть» («Нью-Йорк Тайме», 9 ноября 1991 ). Зарубежная Церковь не даёт забыть о сергианстве, о новомучениках, о порочности современного экуменического движения, ярым сторонником которого патриарх постоянно выступает, что всё вместе привело к отступлению от Истины.
Значительная часть верующих Катакомбной Церкви присоединилась к Свободной Российской Православной Церкви. Это православные русские люди, разделяющие позицию Соловецких епископов-исповедников и осудивших Декларацию 1927 г. митрополита Сергия Страгородского. Эта Церковь была особенно сильна в 1930-40 годы. Её чада подвергались остракизму со стороны сергианцев, а советская власть многих исповедников катакомбной Церкви ссылала и даже казнила только за то, что они так и не приняли сергиевскую Декларацию. Эта часть Церкви и до сих пор не имеет возможности воспользоваться конституционным правом нормального, легального существования.
Многие ставят под сомненние законность принятого в мае 1990 г. решения Архиерейского Собора Русской Зарубежной Церкви, о принятии духовенства и приходов, выходящих из Московской Патриархии. Конечно, создание параллельной иерархии и церковной юрисдикции — явление объективно ненормальное. Но это явление — следствие тяжелой болезни в жизни российского Православия 20 века, вызванного сергианством. Верю, что как только проблемы, накопившиеся в церковной жизни из-за сергианства будут преодолены, сами собой отпадут и причины разделения.
(Редакция «Церковности». Сомнения в законности принятого Архиерейским Собором РПЦЗ решения совершенно нелогичны совсем по другой причине – ни о какой «параллельной юрисдикции» речи идти не может, поскольку не существует никакой церковной юрисдикции МП, не являющейся ни Российской поместной Церковью, ни ее частью. Корректно говорить исключительно о замещении вакантных кафедр Российской Церкви, что и сделал тот же собор РПЦЗ, объявив Россию «миссионерской территорией»).
Заграничная Русская Церковь никогда не мыслила себя вне ограды Русской Православной Церкви, никогда не стремилась стать автокефальной. В 1945 г. на призыв патриарха Алексия I объединиться с Московской Патриархией, Первоиерарх Зарубежной Церкви митрополит Анастасий (Грибановский) ответил, что ее чада
«…Никогда не считали и не считают себя находящимися вне ограды Православной Русской Церкви, ибо никогда не разрывали канонического, молитвенного и духовного единения со своей Матерью Церковью… Вполне правомочным судиею между зарубежными епископами и нынешним главою Русской Церкви мог бы быть только свободно и законно созванный и вполне независимый в своих решениях Всероссийский Церковный Собор с участием по возможности всех заграничных и особенно заточенных ныне в России епископов, перед которыми мы готовы дать отчёт во всех деяниях за время нашего пребывания за рубежом…» (Родзянко М. «Правда о Зарубежной Церкви», «Правосл. жизнь». Джорданвиллъ, США 1976. с. 40).
Нельзя отождествлять Московскую Патриархию со всей российской Церковью. В Патриархате много самоотверженных пастырей, преданных Христову делу, которые в это тяжелейшее во всех отношениях время созидают Церковь. Многие защитники Московской Патриархии, оправдывая её, любят указывать на этих достойных пастырей и мирян, как на доказательство её жизнедеятельности. Но эти достойные люди проявляют себя не благодаря руководству Московской Патриархии, а вопреки ему.
(Редакция «Церковности». С первой фразой трудно не согласиться – действительно, МП – не Российская Церковь, а вот дальше автор уходит в дебри канонического субъективизма. «Руководство Московской патриархии», которому противопоставляет автор «простых ревностных верующих» — это священнаяиерархия, для этих верующих, это их епископы, и простые верующие, не могут не разделять греха епископа, которые есть предстоятель своей церкви, «церковь в епископе, а епископ – в церкви» — неоднократно говорится святыми отцами. Так что, если епископат МП является в каком-то смысле епископатом Российской Церкви, то те, кто действует «вопреки» ему оказываются в странном и двусмысленном положении, ибо имея православные убеждения они погрешают, подчиняясь неправославным еретикам-епископам, считая такое подчинение возможным и, тем самым, оказываясь сами неправославными по убеждению. Если же епископыМП – не епископы, то деятельность «простых самоотверженных верующих» протекает просто вне Церкви и им нужно поскорее к Ней присоединиться, а не продолжать пребывать в МП, то есть – вне Её).
Автор этих строк воочию убедился в этом, когда прошлым летом побывал в России. На Валааме, В Рязани, в Печорах, в Пюхтицах, в Шамордино, в Костроме и во многих других местах я встречался с людьми и подолгу беседовал с бескорыстными церковными людьми, не помышляющими об уходе из Патриархии, но делающими всё, от них зависящее, чтобы преодолеть кризис в Церкви, вызванный сергианством. Многие из них сетовали на то, что вместо проведения реформ и кадровых перемен (особенно на верхах), которые могли бы смягчить напряженность в Церкви и сделать ее более жизнеспособной, патриарх пошёл по пути дальнейшего усиления авторитарных начал и сплочения высшей церковной бюрократии, сформированной в доперестроечные годы.
(Редакция «Церковности». И вновь автор говорит о «кризисе Церкви», о ереси, как о том, что может пребывать внутри Церкви и подлежать «реформированию», что, увы, говорит о довольно смутном экклезиологическм сознании. Интересно, что «бескорыстные церковные люди» о которых говорит автор, не задумываются над тем вопросом, который сам автор признаёт исключительно важным. А вместо этого рассуждают о «жизнеспособности» Церкви – то есть говорят в лексике никак не православных христиан, а скорее обновленцев).
Чтобы противостоять переходу в Русскую Зарубежную Церковь, который может принять массовый характер, руководство Патриархии решило всеми средствами уничтожить Свободную Церковь и призвало на помощь власть имущих, сильных мира сего (кстати, излюбленный сергианский метод). Борьба нередко выражается в прямом физическом насилии над общинами, духовенством и верующими Свободной Российской Православной Церкви.
«Противостояние Московской Патриархии и Свободной Российской Православной Церкви — далеко не частный внутрицерковный конфликт, — отмечается в Курской областной независимой газете «Акценты». Это неизбежный результат возрождения русского самосознания, методически уничтожавшегося большевиками.
Когда толпа «праведников» побивает, одного «грешника»,сразу чувствуется: здесь что-то не так. Свободную Российскую Православную Церковь сегодня стремятся побить с редким единодушием, и новые власть имущие, и старые иерархи «советского православия». Просто удивительно, как быстро слились воедино бывшие гонители и гонимые! Почему так боятся и те, и другие своих же православных людей, почему так ненавидят их?!
Нелегко в наше время выбрать правильный путь. Но тем большего уважения заслуживают люди, нашедшие его в стороне от дорог, протоптанных миллионами, бегущих за очередным вождём» («Акценты», Декабрь 1991 г.).
Горько всё это. Но мы должны знать правду о жизни Церкви в России и особенно сейчас, когда со всех сторон просят священноначалие Русской Зарубежной Церкви сесть за стол переговоров с иерархами Московской Патриархии. Памятуя о том предсоборном процессе, к которому призывают архиереи Русской Зарубежной Церкви, мы обязаны усилить нашу духовную брань со злом, изгнать из нашей жизни прежде, чем всерьёз начать переговоры по столь желанному воссоединению двух частей Русской Православной Церкви.
Орудием в этой борьбе против зла лжи должна быть правда, ибо Господь любит правду (Пс. 10: 7). Об этом вспоминает священник, когда облачается в священные одежды и произносит слова Священного Писания: Священницы Твои, Господи, облекутся в правду, и преподобный Твои радостию возрадуются (Пс. 131: 9), всегда ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
Каждый день верующими как Московской Патриархии, так и Зарубежной Церкви произносятся слова замечательной поминальной утренней молитвы. Все мы понимаем значение этих слов, но входят ли они в глубину нашего сознания?
«И в первых помяни Церковь Твою Святую, Соборную и Апостольскую, иже снабдел ecи честною Твоею Кровию, и утверди, и укрепи, и разшири, умножи, умири, и непреоборим; адовыми враты во веки сохрани: раздирания церквей утиши, шатания язычески угаси, и ереси возстание скоро разори и искорени, и в ничтоже силою Святого Твоего Духа обрати «.
Вдумаемся в эти слова, будем их произносить не только устами, но, главное, сердцем, чтобы они всей Господней правдой вошли в нашу жизнь и принесли плоды достойные покаяния (Лук. 3: 8), которые долготерпеливый и многомилостивый Господь от нас ждёт.
Прел. Ефрем Сирии говорит:
«Не заключайте свою молитву в одни слови, пусть каждое ваше действие будет Бого-служением…»
Церковь учит, что молитва это дело, превращённое в созерцание, а дело есть молитва, ставшая поступком. Пусть молитва приведёт нас к покаянию.
Чтобы обновиться покаянием, недостаточно только назвать грех, как это делает диакон Андрей Кураев, придав ему форму некоего безличного, «общего национального и народного», тем самым превратив его из отвратительного и опасного явления в нечто привычное, с чем уже все давно сжились и смирились. Не оглашение требуется, а искреннее понимание и признание своей вины, сердечное сокрушение о соделанном и совершенное обновление личности и образа жизни человека (по определению преп. Исаака Сирина). То, что было свойственно человеку до покаяния, становится чуждым и несвойственным после; метанойя — изменение ума — влечет за собой изменение и чувств, и поступков. И в итоге — иная личность, новая духовная тварь.
Понятно, дело это нелегкое. Такое покаяние для многих тождественно исповедничеству. Но без него нам не обойтись: «Всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцом Моим Небесным; а кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцом Моим Небесным» (Мф. 10: 32).
«Одним из отличительных признаков великого народа служит, его способность подниматься па ноги после падения. Как бы то ни было тяжело его унижение, но пробьёт час, он соберёт свои растерянные нравственные силы и воплотит их в одном великом человеке или в нескольких великих людях, которые и выведут его на покинутую им временно историческую дорогу» («Троицкий Патерик», изд. Свято-Троицкой-Сергиевской Лавры. 1896 г„ с. 8-9).
Произнося эти слова в 1892-м году в Московской Духовной Академии, историк В.Ключевский, конечно имел ввиду преп. Сергия Радонежского, сыгравшего огромную роль в избавлении России от татарского ига. Слова Ключевского применимы и к другим кризисным периодам русской истории, в том числе и к нынешнему.
В 20-м веке лучшая часть русского народа собрала свои «растерянные нравственные силы» и воплотила их в своих Новомучениках и Исповедниках. Внезапно явленные нам в годы жесточайших гонений на Церковь и просиявшие с сонмом мучеников и исповедников эти богатыри духа зовут нас к предельной серьёзности, к молитве. К Новомученикам нужно обращаться нам за помощью, за указанием, как исправиться нам, чадам Русской Церкви. Самые ценные духовные плоды даются тогда, когда мы ищем указания у тех, кого считаем правдивее, чище и выше нас. Это и неудивительно, ибо Бог гордым противится, а смиренным даёт благодать (Иак, 4: 6), а обращение за указанием и за помощью есть определенно плод некоторого христианского смирения.
Что же говорят нам мученики нашего времени — жертвы безбожного коммунизма? Они говорят нам всем о том, что необходимо духу нашему возродиться. Духовное возрождение — это путь для каждого христианина. А путь к такому возрождению лежит через покаяние. Есть в чём покаяться всем нам. Ведь мы все — члены единой семьи человечества. Все мы несём ответственность за то страшное безумие античеловеческого безбожия, которое более семи десятилетий царило на нашей несчастной Родине. Да, есть в чём каяться. Покаяние не есть уныние, оно — свобода и совершенная радость. Без покаяния, без жизни духа всякая земная радость в печаль претворяется.
Некогда Ниневитяне услышали призыв к покаянию пророка Ионы, и объявил пост царь Ниневийский, и оделись все во вретища, от большого из них до малого, и царь Ниневии сказал: «…Кто знает, может быть, еще Бог умилосердится и отвратит от нас пылающий гнев Свой, и мы не погибнем». ff увидел Бог дела их, что они обратились от злого пути своего, и пожалел Бог о бедствии, о котором сказал, что наведет на них, и не навел (Пр. Ион. 3: 5,9,10).
Св. Четыредесятница
Неделя Жен-Мироносиц, 1992 год.
Примечания
1). Яд обновленческого лжеучения сохранился в Московской Патриархии и после заката «Живой Церкви». Вспомним противные православию теологические построения митрополита Никодима Ротова [создавшего целую школу последователей и явившегося своего рода предтечей пресловутого «богословия освобождения» в католических странах Латинской Америки]. В связи с этим приходят на ум слова восхищения и благодарности Патриарха Пимена и других иерархов Горбачеву за восстановление «ленинских принципов» в отношении Церкви; или высказывание одного из епископов на сессии ЦК Всемирного совета церквей в Москве в 1989 году: «мы в Советском Союзе хотим построить справедливое жизнеспособное общество в контексте социалистических ценностей». 17-го июля 1990 г. [день убиения Царской Семьи, которую сейчас Московская Патриархия готовится прославить!], в интервью газете «Правда» Патриарх Алексий II, размышляя о близости коммунизма и христианства, выражал беспокойство по поводу распада КПСС и заявил, что молится, дабы предотвратить «направленный взрыв» в адрес партии. Стоит перелистать подшивки «Журнала Московской Патриархии», чтобы лишний раз убедиться в том, что лжеидеи обновленчества прочно вошли в сознание.
2) В своей книге «Краткий обзор истории. Русской Церкви от революции до наших дней» (изд. Свято-Троицкий монастырь. Джорданвилль, Нью-Йорк, 1952 ) проф. И.М. Андреев называет имена лишь части замечательных церковных деятелей России, которые открыто осудили поступок митрополита Сергия:
Митрополит Пётр, арестованный и сосланный, но не отказавшийся от своих прав законный первосвятитель Русской Православной Церкви, местоблюститель патриаршего престола;
Митрополит Агафангел, старший иерарх Русской Церкви, бывший заместитель Патриарха;
Митрополит Кирилл Казанский, первый кандидат на местоблюстительство, намеченный св. патр. Тихоном;
Митрополит Иосиф Петроградский, кандидат в заместители митрополита Петра;
Архиепископ Серафим Угличский, бывший заместитель патриаршего местоблюстителя;
Архиеп. Иларион (Троицкий), знаменитый сподвижник патриарха Тихона;
Архиеп. Пахомий Черниговский,
Архиеп. Прокопий Херсонский;
Еп. Виктор Глазовский.
Еп. Варлаам Пермский;
Еп.. Евгений Ростовский:
Еп. Дамаския Глуховской:
Еп. Василий Прилуцкий;
Еп. Алексий Воронежский;
Еп.Иерофей Никольский;
Еп. Иларион. викарий Смоленский:
Еп. Димитрий Гдовский;
Еп. Сергий Нарвский;
Еп. Максим Серпуховский;
Еп. Павел Новомосковский;
епископы: Гавриил, Аверкий, Нектарий, Федор. Филлип. Стефан, Петр и другие епискппы. находившиеся в ссылках и концлагерях.
Среди протестующих были и замечательные представители священства, профессора и церковно-общественные деятели: проф. Московской Духовной Академии о. Федор Андреев, президент, Петербургского Религиозно-философского Общества, знаменитый русский философ проф. С.А. Аскольдов, философ А. А. Мейер, профессор Петербургской Духовной Академии А, И. Бриллиантов, известный издатель Религиозно-Нравственной Библиотекипроф. Новоселов; философ А. Ф.Лосев…
3) Согласно данным, приведенным в книге Л.Регельсона «Трагедия Русской Церкви» (стр.578-579) епископ Глуховской Дамаскин (Цедрик) родился около 1880 г. Окончил семинарию и институт восточных языков в Казани, принял монашество и работал миссионером при Пекинской миссии. В 1919г. появляется в Киеве иеромонахом. Митрополит Антоний (Храповицкий), лично зная и ценя его, назначил его епархиальным миссионером.
В 1923 г. хиротонисан в Москве Св. Патриархом Тихоном во еп. Глуховского, вик. Черниговской епархии. С 1923-1925 гг. неоднократно подвергался арестам. В 1925 г. проживал в Москве, был близок к митрополиту Петру и был вместе с ним арестован. В конце 1928 г., после очередного ареста и освобождения, едет в Москву, где 11 декабря встречается с митр. Сергием и имеет с ним продолжительную беседу, после которой окончательно порывает с митр. Сергием.
Был одним из организаторов тайной Церкви. С ноября 1929 г. по
1934 г. еп. Дамаскин — в Соловках. В 1934 г. еп. Дамаскин несколько месяцев пробыл на свободе, занимался организацией тайной Церкви на юге России. Ноябрь 1934 г. — снова арестован. Гоняли этапами на север, потом снова на юг. Во время одного такого этапа нёс на плечах до стоянки ослабленного духовного сына о. Иоанна С. которого могли за отставание пристрелить.
1935 г. — арестован в Казахстане, отправлен в Сибирь. О его смерти (10 сентября 1943 г.) рассказывают так: На берегу великой сибирской реки глубокой осенью ожидали паром. Привели одного священника, одетого в легкий подрясник и дрожащего от холода. Еп. Дамаскин снял с себя рясу и со словами «у кого две одежды, дай неимущему» закутал в нее священника. Сам же простудился и на том же пароме, на котором этап везли несколько дней, умер.
4) В этой связи нелишне вспомнить штрих из истории с изданием трёхтомного исследования истории Русской Церкви диакона Владимира Русака «Свидетельство обвинения. Церковь и государство в Советском Союзе». Узнав о существовании рукописи этой книги, архиепископ (ныне митрополит) Питирим начал уговаривать автора уничтожить свой труд, В 1983-м году в Открытом письме Шестой Генеральной Ассамблее Всемирного Совета Церквей в Ванкувере о. В. Русак вспоминая: «Трудно передать, с какой настойчивостью он (архиеп. Питирим — В,П.) уговаривал меня полностью уничтожить этот труд. Я отказался это сделать, и он просто-напросто уволил меня с работы», С этого времени начались гонения на диакона В. Русака, дошедшие до того, что 27 сентября 1986 г. за антисоветскую пропаганду и агитацию (ст. 70 УК РСФСР) он был приговорен к 12 годам лишения свободы. Книга Русака все-таки увидела свет. Она была издана на Западе в 1987 г.
5) «Независимая газета» сообщает (7 апреля 1992}: «при утверждении состава комиссии был забаллотирован и в неё не попал архиеп. Литовский и Виленский Хризостом, известный своей принципиальной политической позицией ещё с января 1991 года, со времени попытки коммунистического переворота в Литве». Кстати, архиеп. Виленский и Литовский Хризостом в интервью об одном, церковном агенте КГБ сказал: «…У нас в Церкви есть настоящие кагебешники. сделавшие головокружительную карьеру; например, Воронежский митрополит Мефодий (агент «Павел» — ВП.). Он офицер КГБ, атеист, человек порочный, навязанный гебешниками. Синод был единодушно против такого епископа, но нам пришлось взять на себя такой грех; а дальше — какой у него взлёт! Стал митрополитом, чуть ли не десять лет распоряжался церковными деньгами, миллионами, — был председателем Хозяйственного управления! И он никогда не любил независимых, честных священников, не защищал их, а только гнал» ( «Русская мысль» 24 апреля 1992, с. 8).
6). Архиепископ Ермоген родился в 1895 г. Духовное образование получил в Московской Духовной Академии. В 1920 г. он принял монашество и был рукоположен в иеромонахи самим патриархом Тихоном. В 1933 г. был возведен в сан архимандрита и назначен наместником Киево-Печерской Лавры.
В 1931 г. архим. Ермоген был арестован и заключен на 10 лет в лагерь. Отбыв заключение, он поселился в Средней Азии. В начале 50-х годов служил священником в Самарканде, в 1953 г. был хиротонисан во епископа Ташкентского и Среднеазиатского. Слова, произнесенные им при хиротонии, характеризуют светлый облик этого мужественного пастыря:
«Я рад, что могу свидетельствовать перед всей Церковью, что моё прошлое в Боге. Для Господа я ещё в дни своей юности отказался от многого, что так привлекает человека в этом мире. Ему служила моя воля. И если я, как человек, согрешил, то никогда от Него, своего Господа, не отступал, всегда был верен Святой Его Церкви и рука моя никогда не простиралась к богу чуждему».
Владыка Ермоген стал епископом до смерти Сталина. Последний епископ, поставленный в эпоху жестокой диктатуры, сделался как бы апостолом десталинизации в отношениях между государством и Церковью.
Во время правления Хрущева, особенно в 59-60 гг., в согласии с официальной директивой, местные власти начали разрушать структуру Церкви. За энергичную защиту веры он на год отстранен от управления епархией. В 1962 г. его назначили архиепископом Калужским. В 1964 г. он первый поднял кампанию за освобождение Церкви от пленения советскими безбожными чиновниками. Летом 1966. архиепископ Ермоген возглавил делегацию из восьми епископов к Патриарху Алексию I, требовавшую отмены решений Собора ввиду неканоничности. За эту aктивность архиепископа Ермогена «убедили» уйти на покой и назначили ему поселиться в Жировицком монастыре.
Тем не менее, и находясь на покое, он неоднократно выступал против приспособленческой политики Московской Патриархии. После смерти патриарха Алексия все лучшие силы Русской Церкви мечтали об избрании архиепископа Ермогена патриархом. Однако, владыка Eрмоген бывший в то время старейшим иерархом Русской Церкви, не был вызван на Собор и до самой своей кончины, последовавшей 7 апреля 1975 г., оставался под фактическим домашним арестом.
7). Борис Владимирович Талантов — 65-летний в то время преподаватель математики, сын священника, погибшего в сталинских лагерях, автор нескольких статей о бедственном положении РПЦ. Составленное им письмо 12 верующих Кировской области попало за рубеж и было передано по Би-Би-Си на СССР. Митрополиту Никодиму (Ротову). ведающему внешними сношениями Московской Патриархии, газета «Юманите» задала по этому поводу вопрос. Митрополит Никодим заявил, что письмо это — анонимное, и факты о давлении властей на Церковь, в нём изложенные, не соответствуют действительности. Местные органы КГБ стали добиваться от авторов письма подтверждения заверений митр. Никодима. Давление было такое, что трое из подписавших письмо скончались, семинарист Н.Каменский был исключён из семинарии, но ни один из подписавших от своей подписи не отказался. Более того, Талантов в открытом заявлении подтвердил верность фактов гонений Церкви, изложенных в письме I2-ти. В 1969 г. он был арестован, приговорен к трём годам заключения «за клевету» и умер в тюремной больнице.
Подвиг Б.Талантова поразителен ещё и тем, что он действовал в российской глубинке, а не в крупном центре. Об этом в своё время писал Анатолий Левитин-Краснов:
«В тяжёлые времена, когда за какие-нибудь два-три года (в хрущёвский период) было закрыто более 10.000 церквей, когда каждый день приносилвсё новые и новые известия об очередных актах гонений — в Ночаевской обители, в других обителях Молдавии и Украина, когда все газеты и журналы были переполнены вонючей клеветой в адрес верующих, а иерархи сидели на своих местах, боясь замолвить словечко в защиту Церкви, — в это время скромный учитель из Вятки боролся за Церковь, он боролся пером, писал яркие письма во все инстанции; он боролся словом, обличая произвол местных властей и преступное попустительство иерархов. Тяжело ему было, старику. Ведь в провинции он был совершенно один: вокруг ни культурных людей, ни смелых соратников. Ведь в провинции люди более робкие, чем в Москве, власти более самоуправные, произвол циничнее («Посев», октябрь 1969 г. «Драма в Вятке», с. 6).
8). В 1973 году, за два года до ассамблеи в Найроби, Генсек ВСЦ Филипп Поттер посетил Москву и встречался с представителями Московской Патриархии. В одном из отчетов КГБ, найденных Парламентской Комиссией, говорится: «В СССР в качестве гостя Московской патриархии находился Генеральный секретарь ВСЦ Филипп П оттер, в отношении которого через агентов «Святослава». «Адаманта», «Михайлова» и «Островского» оказывалось выгодное … влияние. Получена представляющая оперативный интерес информация о деятельности ВСЦ. Начальник 4 отдела 5 Управления КГБ при СМ СССР подполковник Кубышкин» {л.л. 101-02. 1973 г.).
9) В архивных документах КГБ сообщается, что на 6-ю ассамблею ВСЦ в Ванкувере «в составе религиозной делегации СССР направлено 47 агентов органов КГБ из числа религиозных авторитетов, священнослужителей и технического персонала. Н.Н.Романов», (л. 191, июль 1983 г.). Другими словами, фактически вся делегация Московской Патриархии на 6-й ассамблее ВСЦ служила в КГБ.
10) Сербский богослов исчерпывающим образом разъясняет православную точку зрения на проблему экуменизма в книге «Православие и экуменизм» (Солунь, 1974 г.). Об экуменизме с предельной ясностью писали также первоиерархи Русской Зарубежной Церкви митрополит Филарет (в двух его «Скорбных Посланиях») и митрополит Виталий, архиепископ Аверкий (Таушев) в многочисленных статьях и проповедях. См, также книгу православного американца иеромонаха Серафима Роуза «Православие и религия будущего». Платина. Калифорния, 1979 г.
11) Дабы не было кривотолков относительно этого канона, приведем здесь толкование 15-го правила авторитетнейшего канониста епископа Далматинского-Истрийского Никодима:
«…Если кто-либо из епископов, митрополитов или патриархов начнёт проповедовать какое-либо еретическое учение, противное православию, тогда прочие священно- и церковнослужители вправе и даже обязаны тотчас отделиться от подлежащего епископа, митрополита и патриарха. причем за это не только не будут подвержены какому бы то ни было каноническому наказанию, наоборот, удостоены будут похвалы, ибо этим они не осудили и не восстали против настоящих, законных епископов, а против лже-епископов, лже-учителей, и не раскол образовали они этим в церкви, напротив, по мере сил освободили церковь от раскола, предупредили разделение. Архимандрит (впоследствии епископ смоленский) Иоанн. согласно с историческими обстоятельствами русской церкви, совершенно правильно и в строгом смысле канонической науки, в толковании данного правила замечает, что пресвитер не будет виновен, но скорее похвалы достоин за отделение от своего епископа, если последний «проповедует какое-либо еретическое учение, противное православной церкви, причем гели а) » проповедует учение, явно противное учению кафолической церкви и уже осужденное св. отцами или соборами, а не частную какую-либо мысль, которая могла бы показаться кому-либо неправильной и особенной важности в себе не заключает, так что легко может быть исправлена, без обвинения в преднамеренном неправославии; затем б) «если лжеучение проповедуется (им) открыто и всенародно в церкви, когда т.е. оно является обдуманным и направляется к явному противоречию церкви, а не частным только образом высказывается, когда еще таким же частным образом оно может быть обличено и отвергнуто, без нарушения мира церкви» {Никодим, епископ Далматинский-Истринский «Правила Православной Церкви с толкованиями», С.-Петербург, изд. С.-Петербургской Духовной Академии. 1912, т. II, сс. 308-309).
Ныне мы являемся свидетелями, как иерархи РПЦЗ(л) позорно предают не только своего Первоиерарха Старца-Митрополита Виталия, зарубежную паству и Катакомбную Церковь-Сестру на Родине, но прежде всего в угоду «князю міра сего» предают Истину Христову.
На наших глазах созидается «Церковь Лукавнующих», восседающая на багряном звере и упоенная кровью мучеников Христовых, исповедников Церкви Катакомбной. Самое трагичное, что в этой духовной оргии принимают ныне участие и многие вовлеченные в нее по неведению, те, кто еще недавно стоял на строгих церковных позициях хранения чистоты и духа Истинного Православия, на позициях неприятия погибельных компромиссов с духами апостасии, воплощенными в сергианстве и экуменизме. Их недавние свидетельства об Истине ныне обличают их самих. Наш христианский долг – молиться за таких наших заблудших собратьев, показывать пример любви и сострадания, неукоснительно охраняя при этом Истины Православия от душепагубных влияний и стихий века сего. Верим, только такой путь поможет прозреть нашим заблудшим собратиям увидеть всю пагубность пути, избранного группой церковных узурпаторов в РПЦЗ(л) и вновь возвратиться на пути, коими Русская Зарубежная Церковь следовала под духовным водительством ее славных Первоиерархов митр. Антония, митр. Анастасия, митр. Филарета и митр. Виталия, осознавая свое единство с Церковью-Исповедницей на Родине – Церковью Катакомбной, Истинно-Православной, Русской.
В надежде на такое прозрение предлагаем обратиться к не столь давним суждениям одного из видных протоиереев РПЦЗ прот. Петра Перекрестова, который в то время в своей Докладной Записке на имя архиепископа Лавра предостерегал последнего от «возможных разговоров с московской сергианской патриархией»…
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА
Протоиерея РПЦЗ Петра Перекрестова, 1994 г.
Его Высокопреосвященству ЛАВРУ, Архиепископу Сиракузско-Троицкому, Секретарю Архиерейского Синода
Русской Православной Церкви заграницей:
Ваше Высокопреосвященство,
Благословите!
Я знаю сколько у Вас забот и дел, но я чувствую, что в наше тревожное и сложное время мне необходимо изложить некоторые свои мысли и доводы по поводу церковных дел в России и поэтому я прошу Вас с терпением отнестись к этой моей докладной записке. Она особенно вызвана постановкой вопроса на первой сессии Архиерейского Собора в Сан- Франциско в июле с. г. о возможных разговорах с Московской патриархией.
Почему именно сейчас поднят вопрос о разговорах с Московской Патриархией?
Это делается главным образом под влиянием русской зарубежной общественности, которая очень любит Россию и считает, что наше церковное разделение ослабевает Россию в это смутное время. К сожалению, приходится констатировать, что в своем подавляющем большинстве эти люди больше руководятся эмоциями, чем духовными и церковными критериями. Вопрос о «разговорах» поднимается сейчас и из-за не очень удавшейся попытки помочь становлению Российской Церкви. Кроме того, некоторые духовные лица, остающиеся в лоне нашей Церкви, но не согласные с ее принципами или же страдающие комплексом неполноценности, тянут наш церковный корабль в МП. Во всяких разговорах с такими лицами все сводится или же к личностям, или к словам, сказанными кем-то кому-то когда-то (чего никак не доказать и не опровергнуть), или же к авторитету покойников — почти полностью отсутствует элемент идейно- принципиальный.
В чем опасность соборного постановления о разговорах?
Нет сомнения в том, что это вызовет большое смущение, как в среде Зарубежной, так и в среде пастырей и верующих Российской Церкви в России. Независимо оттого, что подразумевается под «разговорами», это будет воспринято как капитуляция, компромисс, измена. Особенно болезненно это будет воспринято катакомбниками в России — они будут чувствовать себя преданными. Надо очень бояться именно этого момента — предательства своих собратьев.
Для одних «разговоры» это неофициальные встречи с представителями Московской Патриархии, для других это поездки, совещания… — все, кроме сослужения. Следует отметить, что переход от «разговоров» к «переговорам» будет мгновенным. К примеру, хотя на Соборе в Сан-Франциско речь шла только о «разговорах», уже в опросном листе, разосланным Преосвященным нашей Церкви, Первоиерарх задает вопрос: «Какая главная цель предполагаемых переговоровс Московской Патриархией?». А в широко распространенном Ассуро- Зеленско-Раро-Холодном «Обращении» уже заявляется: «Настал долгожданный день для восстановления канонического единства РПЦЗ с Матерью-Церковью»!
Что нас разделяет с Московской Патриархией?
Мне кажется, что перед тем, как поднимать вопрос о каких-либо разговорах, нам самим следует точно и церковно определить те явления, которые нас с Московской Патриархией разделяют.
Сергианство. Что это такое? У нас нет единого определения. Для некоторых это добровольное/недобровольное сотрудничество с безбожной властью. Для других это духовное состояние, духовный недуг, не дающий человеку возможность исповедовать свою веру. Есть и другие определения: узаконение поклонение мамоне; церковное оправдание лжи; учение о превосходстве видимой церковной организации над церковью — духовном организме; церковное приспособленчество… Покойный архиепископ Виталий (Максименко) говорил: «Говорят: патриархия ничего не изменила ни в догматах, ни в службах, ни в обрядах.
Нет, ответим, Патриархия нарушила существенный догмат о Церкви Христовой, отвергла Ее существенное назначение — служить возрождению людей, и заменила противоестественным для Церкви служением безбожным целям коммунизма. Это отступление горшее всех прежних арианств, несторианств, иконоборчества и прочих. Это не личный грех того или другого иерарха, а коренной грех московской патриархии, утвержденный, провозглашенный, связанный присягой перед всем светом, так сказать, догматизированный апостасис» («Мотивы моей жизни», с. 25).
В официальном, так сказать, ведущем слое Московской Патриархии, не только нет речи об отказе от принципа сергианства (в отличие от личности митрополита Сергия), а последнее время идет церковное оправдание этого принципа (см., например, статьи игумена Иннокентия Павлова или диакона Андрея Лоргуса «Кесарю кесарево» в официальном органе «Журнал Московской Патриархии», или статью Е. Полищука, главного редактора «Официальной хроники МП», в «Вестнике РХД»), чего не было прежде. На это, в частности, обратил внимание Преосвященный архиепископ Марк в данном им интервью журналу «Вертоград». Когда некоторые ссылаются на тот факт, что патриарх Алексий (Ридигер) II в одном из его многочисленных интервью («Голос» № 33, стр. 11) «покаялся» в сергианстве, это не совсем верно. Во-первых, церковные постановления делаются Высшей Церковной Властью, т. е. Собором, а не одним иерархом, хотя бы первым, в газетном интервью. Во-вторых, п. Алексий не покаялся в сергианстве, а заявил, что: «Я не отрекаюсь от него (заявления, т. е. декларации м. Сергия), ибо нельзя отрекаться от собственной истории… я думаю, что в нынешнем году нам (Церкви, т. е. Московской патриархии) по-настоящему удалось выйти из-под мелочной (sіс! — прот. Петр) опеки государства, а поэтому мы имеем моральное право утверждать, что заявление митрополита Сергия — факт, принадлежащий прошлому, и мы им больше не руководствуемся. Это, однако, не означает, что мы против правительства…
Церковные иерархи брали себе грех на душа: грех умолчания, грех лжи ради блага людей, ради того, чтобы не исчезнуть окончательно из реальной жизни.
Случалось и мне, возглавляя епархию или будучи управляющим делами Московской патриархии, отстаивая одно, уступать в другом. У тех, кому причиняли боль эти уступки, умолчания, вынужденная пассивность или проявления лояльности со стороны иерархов этого периода, у всех этих людей, а не только у Бога прошу я прощения, понимания и молитвы. Я говорю им: «Простите меня, дорогие, простите меня, дети мои».
Есть, разумеется, здоровые силы в среде Московской патриархии — главным образом на низшем уровне. К примеру, известный священник Московской патриархии протоиерей Владислав Свешников, хотя не согласен с «открытием» (хотя фактически ни одного прихода не было «открыто», приходы только были приняты) приходов Зарубежной Церкви на территории России, недавно написал статью «Психология неосергианства», в которой он пишет о том, что самым тяжелым последствием церковной политики м. Сергия стало чрезвычайное искажение церковного сознания. Это искажение заключалось и в актах сотрудничества с органами; в том, что «ложь, обширная лукавая ложь вошла в жизнь Церкви после ее легализации. Лукавство прежде всего заключается в том, что говорим одно, а за этим стоят совершенно другие смыслы». Этот же автор пишет: «Как было бы ценно и хорошо, если бы на каком-нибудь соборе РПЦ был принят документ, в котором вскрывались бы все язвы, грехи и пороки недавнего прошлого в нашей Церкви, вскрывались честно, серьезно, до конца откровенно и безкомпромиссно. Какой бы вздох радостного облегчения раздался из многих тысяч сердец. К какому окончательному, живому и чистому единству любви привело бы это всю Церковь, во всей полноте». Отец Владислав далее пишет об особенностях нынешнего «неосергианства». Они следующие:
Задача неосергианства — оправдать сергианство. Не только искать богословских и исторических интерпретаций этому, но и прославлять его.
Нежелание видеть и знать историческую правду.
Утрата собственно христианства как нравственной религии.
Таинственная жизнь Церкви приобретает исключительно психологический характер.
Вместо покаяния, оправдание, если не греха, то мотива греха, придав ему высоко жертвенный вид.
Из-за вышеприведенных особенностей, заключает о. Владислав, многим современным молодым людям мученики безразличны.
Итак, сергианство, или неосергианство живо. Самые сознательные и чуткие пастыри в лоне Московской патриархии это чувствуют (народ, как правило, нет).
Экуменизм. Об этом говорить тоже сложно. Действительно верно, что русскому православному народу экуменизм не приемлем. Как правило, экуменическая деятельность Московской патриархии закулисная, т. е. она совершается на самом высшем уровне или при закрытых дверях и не только народ, но и большинство духовенства об этом даже не подозревают. Издания, где речь идет об «экуменических контактах», о «миротворческой деятельности» и о «священном даре жизни», доступны очень малой части прихожан, в первую очередь в столицах.
Очень важно при оценке экуменизма принять во внимание, что в своей зачаточной стадии, у экуменизма действительно были искренние побуждения — найти общий язык среди христианских деноминаций. Но это побуждение впоследствии перешло почти к требованию участия в общих молитвах, принятия общих богословских текстов, признанию друг друга как «сестер-церквей» и, вообще, установления «Нового религиозного порядка». Поэтому никоим образом нельзя сравнивать экуменизм, скажем, 20-х, даже 40-х или 50-х годов с экуменизмом конца 60-х годов и по сей день.
Представитель Московской патриархии подписал документ о достигнутом единстве с монофизитами в Баламунде, но решение собором МП эта уния еще не утверждена.
Тревогу о современном экуменизме поднимали очень многие видные богословы: американец, верный сын Зарубежной Церкви, о. Серафим (Роуз); архимандрит Иустин (Попович) Сербской Православной Церкви; Архимандрит Серафим (Алексиев) Болгарской Православной Церкви… Это не «политика» какой-то «партии» архиереев нашей Церкви, а осознание гибельности этой «всеереси».
Мало кто обращает внимание на одно очень важное экуменическое событие из жизни МП, быть может, потому что наше внимание более сосредоточено на действиях МП в Міровом Совете Церквей. Это — духовно-нравственное сближение патриарха Алексея с мiровым иудейством. В 1991 году он встретился с нью-йоркскими раввинами, преподнес им чашу (не литургическую) и произнес свою известную речь «Ваши пророки — наши пророки». Впоследствии, несмотря на сетования довольно значительной части духовенства в России, п. Алексей не отказался от этой речи, а в одном интервью даже привел эту встречу в доказательство отсутствия «антисемитизма» в МП («Труд» от 29 ноября 1991 г.). Осенью 1993 г. п. Алексей был чествован фондом «Призыв совести» в Нью-Йорке, и президент Фонда, раввин Артур Шнейер преподнес ему награду за его «лидерство в укреплении духовного возрождения русского народа». Невольно напрашивается вопрос: Почему раввин благодарит русского православного патриарха за его духовную деятельность?
Новая политика МП. Если раньше многих иерархов безпокоили активные, идейные или выходящие из ряда вон пастыри, то теперь отношение МП изменилось. Отчасти это благодаря появлению приходов под юрисдикцией Зарубежной Церкви в России — многих священников теперь просто боятся трогать, ибо они могут уйти в нашу Церковь. Один протоиерей МП из Владимірской области, известный Вам как достойный и идейный пастырь, написал Вам письмо (Вы мне об этом говорили), в котором он благодарил Бога, что в России есть наши приходы, иначе бы ему и его единомышленникам было бы очень тяжело. Но новая политика МП заключается в том, что у МП нет твердых принципов: самый ключевой вопрос для них — вопрос власти. Им не важно, занимается ли кто-либо из пастырей коммерческой деятельностью или церковной; демократ ли кто или монархист; экуменист или фанатик; хочет ли кто совершать богослужение 6 часов или полчаса; служит ли священник панихиду по погибшим защитникам Белого Дома или молебны сторонникам «демократических сил»; хочет ли священник крестить погружением или обливанием, служить ли в катакомбах или открыто; почитает ли кто Новомучеников или нет, служит ли по новому или по старому стилю — это все равно. Важно одно — поминовение патриарха Алексия! Пусть и Зарубежная Церковь будет совершенно автономной, пусть она высказывается по прежнему, но только при одном условии: надо поминать п. Алексия. Это своего рода латинство — пусть священники будут женатыми, пусть богослужение будет по восточному обряду — это не важно, важно одно — поминать папу Римского! Поэтому совершенно искренно можно сказать, что МП отмеживается от экуменизма, почитает Новомучеников… это правда. Но можно сказать, с таким же основанием, что МП обновленческая, что она ненавидит Царя-Мученика… и это правда. Позиция п. Алексия постоянно меняется в зависимости от обстоятельств. Например: в 1990 г. он молился за единство в коммунистической партии; во время «путча» 1991 г. он занял выжидательную позицию; после «путча» он благословил Ельцина на президентство. В интервью Спасемся трудом своим в газете «Труд» от 29 ноября 1991 г. п. Алексей объяснил, что его благословение «само по себе показало, что мы (Церковь) поддерживаем те демократические силы, которые, как вы (т. е. корреспондент газеты «Труд») правильно сказали, олицетворяет российский Президент»; после расстрела парламента в октябре 1993 г. вообще у него не было никакой ясной позиции; в 1994 г. п. Алексий переместил «обновленческого» московского священника Георгия Кочеткова с прихода по просьбе «традиционного» духовенства, а немного погодя его же вместе с прот. Владиміром Воробьевым послал на V-е Международное совещание богословских школ в Халки — обоих в качестве представителей богословских школ (Университета имени прот. А. Мень и Свято- Тихоновского богословского института) МП. В предисловии к одной публикации (В катакомбах, «Совершенно секретно» № 7, 1991 г.) п. Алексей высказал мысль, что «наши мученики и праведники — независимо от того, были они последователями митрополита Сергия или же не разделяли его позицию, верю — вместе молятся о нас», а в еженедельнике «Неделя» (№ 2, 1/92) тот же п. Алексей говорит о Зарубежной Церкви как о раскольничьей и добавляет: «Столь же неканоничной является и так называемая «Катакомбная» Церковь»!
Почему разговоры с МП в настоящее время опасны?
Это может вызвать глубокое разделение среди нашего духовенства и паствы, как в России, так и за рубежом. Я лично знаю, что не исключен отход некоторых священнослужителей от Зарубежной Церкви если она при настоящих условиях будет стремиться к единству с МГ. Прот. Лев Лебедев считает, что порча в среде епископата МП слишком глубока и нет у нее искренности. Священник Тимофей Алферов, еще будучи в МП, предупреждал нас, что диалог с иерархией МП невозможен. И. Лапкин предупреждает, что окончательная смерть для Русской Церкви будет, когда «в МП пойдут на все требования Русской Православной Свободной Церкви, отрекутся от декларации м. Сергия, канонизируют новомучеников, выйдут из всемірного совета церквей, из экуменизма. И все это без внутреннего перерождения, если все это доброе будет сделано как политический ход и тогда у РПСЦ не будет оснований не сесть за стол переговоров. И тогда большинством голосов подавят истину» (Приложение «ЗН» № 12, 1993 г.). Мы почему-то не спрашиваем наше духовенство в России, именно то, которое пошло на все, чтобы быть с нами, что оно думает о создавшемся положении и о возможностях «разговоров» с МП. Это духовенство чувствует себя заброшенным, ими начинает обладать чувство оставленности. В 1993 г., когда я был в России, я некоторым клирикам МП задавал вопрос об их иерархах. Одного благочинного я спросил: «На кого из известных Вам Ваших архиереев можно возложить надежду, кому можно верить?». Благочинный, остающийся в МП, повесил голову и ответил: «Ни одному». Другого протоиерея, преподавателя Академии, я спросил об идейных причинах вызвавших увольнения архиепископа Александра Дмитровского и прот. Владимiра Сорокина с должностей ректоров духовных академии в Сергиевом Посаде и Санкт-Петербурге. Протоиерей начал смеяться — я не мог понять почему. Затем он мне пояснил, что я очень наивен: «Какая может быть речь об идейности. Если не так посмотреть на секретаря какого-либо архиерея, то тебя могут снять с должности». Он мне пояснил, что постепенно идет «чистка» — ведь у п. Алексея были противники, которые не поддержали его кандидатуру в патриарха, а теперь, постепенно, идет расправа. Вероятно этим, отчасти, можно объяснить и тот факт, что митрополит Питирим Волоколамский в стороне от дел и грозит ему увольнение из Синода МП.
Известно, что МП, в лице своих иерархов, говорит одно, а действует совершенно иначе. Призывая нас к любви и единству в российской печати и перед зарубежными соотечественниками, одновременно в Германии, например, занимаются интригами, о которых может засвидетельствовать Владыка Марк.
После начала «разговоров» давление вести «переговоры» и объединяться значительно усилится.
Что мы потеряем, стремясь к единству с МП?
Наша конечная цель не должна быть единство с Московской Патриархией, а торжество Правды на Русской Земле. Иеромонах Серафим (Роуз) предупреждал, что достижение административного единства легко достижимо, а единство органическое — трудно. Я верю, что если мы будем стремиться к Правде и к чистому исповеданию веры, и если в России так будут поступать, мы неизбежно встретимся, и наше единство будет естественным, церковным и органическим. А единство, достигнутое за круглыми столами в кабинетах, и закрепленные всякими «декларациями» — непрочное.
Единство с МП в данный период времени опасно. Мы потеряем свою свободу. Мы будем связаны и причастны, хотя бы косвенно, даже если мы автономны, всеми действиями иерархии Русской Церкви в России. Мы должны будем принимать в наших епархиях всех архипастырей МП без разбора и с ними служить. МП тесно связана с разными, в том числе и отступническими поместными Церквами, а также и с инославными исповеданиями. На нас теперь не очень обращают внимание, но если мы станем частью МП, на них будут давить, чтобы заставить нас замолкнуть — мы потеряем способность быть свободным голосом Православия. Мы также потеряем наше духовное преемство и единство с сонмом Новомучеников, не приемлющих м. Сергия и его последователей.
В МП мы просто «растворимся». «Разговоры» — начало этого процесса.
Есть еще один немаловажный момент: уголовно-мафиозная сущность нынешних, как государственных, так и деловых, структур в России. Есть основания полагать, что немало иерархов МП сохранило связи со своими бывшими «благодетелями», которые теперь входят именно во всякие мафиозные структуры. К примеру, в английском журнале The Economist недавно была статья о преступности в бывшем СССР. В статье упоминается, что некий Володя Пудель (Владимiр Петрович Податев) теперь руководит всеми делами города Хабаровска. Он в прошлом провел 17 лет в тюрьме за уголовные преступления, а теперь у него своя политическая партия, телевизионная станция и «письмо от Патриарха Православной Церкви, благословляющее его благотворительную деятельность».
Почему МП стремиться к единству с нами?
Пока наша Церковь существует, МП не будет спокойна — даже если один наш приход существует, это не будет давать им покоя. В Новгородской области один приход перешел под омофор Владыки Марка. Благочинный МП домогался изгнания нашей общины из храма, а наш священник и наши люди начали предлагать разные варианты касательно храма, говорили о ссылке администрации на свободу совести, на терпимое сосуществование общин, наконец, на судебное решение имущественного спора. Ответ был один: «Вас не должно существовать».
МП нуждается в легитимности. Как новая «демократическая» власть в Российской Федерации нуждалась в признании Запада, так и МП нуждается в признании своей законности. Ведь вопрос нашего необщения с МП заключается не только в декларации м. Сергия, а и в узурпации м. Сергием церковной власти. Именно по этой причине многие иерархи, будущие Новомученики, отошли от м. Сергия. МП это подсознательно чувствует. Это очень важный вопрос.
Имеется в среде МП и элемент, искренно жаждущий единства, но потерявший экклезиологическое сознание.
А что нам делать?
Приходится констатировать несколько вещей:
Наши задачи по отношению к России четко не выражены — не имея ясной цели, трудно знать, куда и как направляться.
Было совершено немало ошибок и была непоследовательность в деле становления Российской Церкви.
Наша церковная позиция, из-за того, что она нередко выражена в превозносящемся и осудительном тоне, имела и имеет очень отрицательный эффект на русский народ, в том числе и на нашу паству за рубежом.
Мне кажется, что нам всеми силами следует держаться среднего «царского пути». С одной стороны, эмоциональная, чисто национальная позиция части нашей общественности неприемлема, ибо в центре не Христос, а Россия — с другой стороны, слепая, не видящая ничего положительного в церковной жизни России и постоянно ругающая позиция тоже неприемлема, ибо она лишена и любви, и скорби, а также является признаком слабости — отсутствия веры в силу правды.
Конкретно, что можно предложить?
Не выносить никаких гласных резолюций касательно «разговоров» с МП. Если Архиерейский собор считает необходимым встречи с представителями МП, это можно сделать без заявлений, т. е. каждый архиерей решит как, с кем, когда и кому встречаться. Если будет какой либо съезд или симпозиум в России, на который будет приглашен представитель нашей Церкви, — послать подходящего представителя, чтобы изложил взгляд нашей Церкви на тему встречи.
В России есть положительные силы, в том числе и в МП. Это, мне кажется, большей частью духовенство, служащее подальше от центральных городов. Московское духовенство, как правило, довольно связано. Эти силы заслуживают нашей поддержки. Следует реально и конкретно обратиться к этим лицам, спросить их, какая им нужна поддержка, и даже спросить их, как мы можем положительно повлиять на ход церковной жизни в России. Надо искать контактов и поддержку только на самом низком уровне. Это не будет поддержка самой МП, а поддержка положительных сил в ее недрах.
Разрешить окончательно положение с Российской Церковью. Пусть будет небольшое, но верное, идейное количество приходов Российской Церкви. Надо всеми силами избегать конфронтации и внутренних дрязг. Сила нашей Церкви всегда в немощи совершалась. Вопрос наименования нашей Церкви очень важный. Слово «зарубежный» звучит очень чужим в России с одной стороны, а с другой, лишает русских в рассеянии реальной связи с Россией. Следует еще учесть, что если мы с таким трудом справляемся с небольшим количеством приходов нашей Церкви в России, как же мы справимся в «разговорах-переговорах» с МП?
Смягчить тон в наших Посланиях. Россия нуждается в ласке, в любви, в сочувствии — в Посланиях этот тон, этот дух должны передаваться. Если реально говорить о помощи Церкви в России и русскому народу, необходимо стремиться в первую очередь к мирному сосуществованию. Мы должны избавиться от враждебности. Даже если мы наблюдаем отступничество, наша непримиримость должна проявляться к отступлению, а не к личностям. Наше разделение должно быть «добрым», а «пагубного» единения надо избегать (по св. Григорию Богослову). Отчет о своей вере мы должны быть готовы дать.
Проверить сами себя, последовательны ли мы в своих действиях, в исповедании своей веры. Верны ли мы сами канонам, принципам соборности и церковному строю. Являются ли наши пастыри и наша приходская жизнь достойны подражания?
Создать комиссию для разработки некоторых богословских и канонических вопросов, в том числе и «сергианства», а также и вообще наших задач в России. Надо точно определить, что нами подразумевается под названием «Матерь-Церковь». Мы за каждым богослужением поминаем «Православное епископство Церкви Российския» — кто это? Это поминовение началось, когда умер митрополит Петр (Крутицкий), — мы не знали, кто возглавляет Русскую Церковь, и была введена эта общая формула. Впоследствии под «Православным епископством гонимыя Церкви Российския» подразумевалась иерархия Катакомбной Церкви. А теперь? Если это наш епископат в России, то почему он (еп. Веньямин, еп. Евтихий…) поминается как возглавляющий Церковь до Председателя Архиерейского Синода? А если это епископство не возглавляет Русскую Церковь, то кто ее возглавляет? Первоиерарх Русской Зарубежной Церкви не может на это претендовать, особенно без Всероссийского Собора. Настало время созыва Всезарубежного Собора (или еще лучше его назвать просто Русским Православным Собором) с участием духовенства и мiрян, как из стран зарубежья, так и из России (возможно, и кого-либо из положительных лиц из МП, с которыми мы уже знакомы, пригласить в качестве наблюдателей, а, может быть, и докладчика). Желательно, чтобы к такому Собору в каждой епархии (и в России) были созваны епархиальные съезды для выбора представителей и для обсуждения главных вопросов на повестке Собора, в том числе и наши взаимоотношения с МП, возможность более тесных контактов с катакомбниками и наши задачи в России. Таким образом, будет соборное обсуждение тех важных вопросов, стоящих перед нами. Это даст нам время и духовно подготовиться, и неспешно взвесить многие вопросы — как правило, когда поспешно принимаются решения и шаги, впоследствии мы об этом жалеем (опыт последних лет об этом сам за себя говорит). Перед Русским Православным Собором назначить дни поста и покаяния, и к этому очень строго отнестись — надо принять меры, чтобы в этих днях поста и покаяния принял участие и русский народ в России (пусть, если желает, и МП призовет к этому). Я думаю, что это покажет и нашей пастве, и людям в России, что мы стараемся соборно наметить наш церковный путь. Покажет, что инициатива за нами. Как можно готовиться к Всероссийскому Собору без нашей собственной подготовки?
А как насчет обращений общественности о единении с Матерью- Церковью?
Я не желаю подробно разбирать «Обращение» Ассурско-Зеленско- Рарское-Холодное («Обращение» «группы мiрян», если и наивное и чисто эмоциональное, тем не менее, более честное и искреннее чем АЗРХ-ое), но только обратить Ваше внимание на четыре момента.
Во-первых, глас народа, не всегда глас Божий, а иногда и совершенно наоборот. Вспомним хотя бы крик: «Распни Его». Об этом писал и новопрославленный святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский.
Составители «Обращения» забывают, что наша главная цель причащения не общение с русским народом, а приобщение ко Христу.
Как не парадоксально, но авторы «Обращения» признают, что нам и МП надо достигнуть единомыслие по «основным вероучительным вопросам». Они считают, что у нас не только второстепенные, мелочные расхождения, а основные, вероучительные. А ведь это причины очень серьезные.
Авторы «Обращения» предлагают следующую схему (указываю их порядок):
а) диалог (с участием духовенства и мiрян)
б) достижение единомыслия (по основным вероучительным вопросам)
в) евхаристическое общение
г) разумное, осторожное (!) и последующее восстановление административного единства
д) конечная цель диалога и евхаристического общения — подготовка к Всероссийскому Собору, который авторитетно выскажет свое суждение о минувшей эпохе.
В Православии евхаристическое общение является кульминационным моментом единения, а не средством к достижению единства. В вышеприведенной схеме ясно видна цель авторов «Обращения» — «суждение о минувшей эпохе». Не торжество Правды, торжество Православия, возрождения Святой Руси, а «суждение о минувшей эпохе». Поэтому всерьез принимать это демагогическое и лукаво составленное «Обращение» не следует. Это чисто светский документ, не имеющий никакого церковного значения (я не сомневаюсь, что он будет опубликован в России). Да укажет Вам и всем нашим Архипастырям Святой Дух средний царский путь в наших церковных делах. И духовенство, и паства нашей маленькой, но дорогой нам и презираемой сильными мiра сего Церкви ждут от наших святителей начертания ясного, верного и последовательного церковного пути. Мы ждем и конкретных действий, и твердого решения — это может лучше всего проявиться в Послании, исполненном любви и правды, в созыве Русского Православного Собора (не когда-то в отдаленном времени, которое будет оттягиваться и оттягиваться) в серьезной подготовке к Собору и в назначении дней поста, молитвы и покаяния к этому Собору. Может быть, тогда мы сподобимся милости и чуда Божия. Думаю, что против таких действий никто не возразит. В эти дни Собора в Лесне мы будем свои молитвы о Вас и о нашей Церкви усиливать.
Испрашиваю Ваше архипастырское благословение и молитвы,
Прот. Петр Перекрестов
2/15 ноября 1994 г. Сан-Франциско, Калифорния
P.S. Со своей стороны я готов сделать все возможное, чтобы войти в контакт с близкими нам кругами в России (в лоне МП и, аще возможно, с катакомбниками), узнать их мнение о возможном ходе будущих дел и наметить встречу этих сил сперва с духовенством нашей Церкви в России, а затем, даст Бог, может быть, и на Русском Православном Соборе.
Копии:
Его Высокопреосвященству АНТОНИЮ,
Архиепископу Западно-Американскому и Сан Францисскому
5 лет назад,17 мая 2007 года в Москве возглавителями МП и РПЦЗ (Л) был подписан «Акт о каноническом общении», согласно которому, бывшие приходы и епархии РПЦЗ добровольно вошли в структуру Московской Патриархии и признали над собой власть Московского Патриарха, избрание которого в 1990-м году объявил неканоничным и несвободным Архиерейский Синод под председательством Высокопреосвященнейшего Митрополита Виталия (Устинова), четвёртого Первоиерарха РПЦЗ (1986-2006). По слову приснопамятного Владыки Виталия, вся структура Московской Патриархия — ложная, следовательно и вся духовная жизнь в ней — неправильная. Иначе и быть не может, ибо на каждом богослужении там возносится ложь о том, что неистинного Патриарха следует почитать как «Великого Господина и Отца нашего». В ложную Сергианскую структуру, с 1927 года узурпировавшую власть во Всероссийской Церкви в союзе с антихристовой властью, в мае 2007 года вовлекли себя и те бывшие Архиереи, которых Собор Епископов нашей Церкви в 2008 году справедливо назвал «отcтупниками» от Истинного Православия и от канонического пути Русской Зарубежной Церкви. Приобщившись к Московской патриархии, «последователи архиеп. Лавра… утеряли преемственность не только с Блаженнейшим Митрополитом Виталием, по слову которого они уже «не могут считаться находящимися в ограде Церкви», но и с Святейшим Патриархом Тихоном Исповедником» (Из послания Архиерейского Собора РПЦЗ 2008 года в Монреале). Эта измена внутри РПЦЗ зрела долгие годы, пока явным образом не обнаружилась в 2000 году, когда Собор Епископов вместо того, чтобы призвать сынов Церкви к трезвению и бдительности в отношении Апостасии, вынес страшное решение о подготовке к унии с МП и евхаристическом общении с экуменическим Сербским Патриархом. Принятие нового антицерковного курса, который по сути перечёркивал 80-летнее стояние РПЦЗ в Истине, вызвало протесты со стороны ревнителей Православия, предлагавших исправить допущенные ошибки на ближайшем Соборе. Позицию верных чад РПЦЗ в декабре 2000 года и в июне 2001 года поддержал в своих посланиях Первоиерарх РПЦЗ, а также другие Преосвященные и клирики нашей Церкви. Летом-осенью 2001 года в РПЦЗ произошёл «лавровский» раскол. Часть оступившихся в вере Епископов, отказавшись пересмотреть неправославные решения Собора 2000 года, попытались через насилие принудить к отставке пожизненного Первоиерарха РПЦЗ Митрополита Виталия, дабы иметь возможность соединиться с МП. 27 октября 2001 года Митрополит Виталий выпустил «Чрезвычайное Заявление» с отказом передавать Первосвятительскую власть Архиепископу Лавру. В дальнейшем Митрополит Виталий в своём «Послании» с болью в сердце провозгласил, что отступнический епископат во главе с Архиепископом Лавром своими насильственными действиями поставил себя вне ограды Русской Зарубежной Церкви. В результате «разбойничьего собора» в Нью-Йорке (октябрь 2001 года) большинство зарубежных Епископов, окончательно предав своё исповедание и проигнорировав «Чрезвычайное Заявление», перестали подчиняться своему законному Первоиерарху, подвергая Митрополита издевательствам и насилию. Несколько гнилых яблок, вовремя не извергнутые вон, смогли испортить едва ли не всю корзину. И 17 мая 2007 года мы наблюдали страшную картину уже полной капитуляции бывших Архиереев РПЦЗ перед ложью — неизжитым Сергианством и Экуменизмом, двумя величайшими соблазнами нашего времени. Наша Зарубежная Церковь, которая сохранила верность старцу-Митрополиту как своему законному Первосвятителю, пройдя через многие испытания и расколы, стала маленькой, но сберегла Православие во всей его чистоте. Неоднократно наши Епископы пытались удержать своих бывших собратьев от окончательного погружения в Сергианство и Экуменизм, однако в ответ слышали только оскорбления в наш адрес и пустую похвальбу своей мнимой «каноничностью». Им ли не знать, что каноничные Церкви — это те Церкви, которые стоят на каноническом пути, а не на пути в экуменический Вавилон и царство антихриста. Каноничная Церковь – это та Церковь, которая неизменно следует духу и букве Свв.Канонов через верность своим Первоиерархам, Апостольским Правилам и Правилам Свв.Соборов. Неканоничные же группы, нарушающие каноны, объединены, либо на основании общего экуменического исповедания, либо на основании бунта против преемства Высшей Церковной Власти. «Окончательное падение Синода Митр. Лавра — это результат уже давно начавшегося падения человечества, т.е. последних апокалиптических времен. Врата ада открылись и полки бесов накинулись на и так уже ослабленное духовно человечество», — писал в 2004 году в своём «Призыве», обращенным к верным чадам РПЦЗ, Блаженнейший Митрополит Виталий. Сейчас, отвернувшийся от Истинного Православия русскоязычный мир празднует 5-ю годовщину капитуляции бывшей части Зарубежной Церкви перед неправдой наследников и продолжателей дела большевиков. Теперь в Мировой Совет Церквей, как бы в некую колыбель будущей «церкви антихриста», оказались вовлечены и те лжепастыри, которые долгое время сами возглашали анафему против ереси, отрицающей учение Символа Веры, святых апостолов и Вселенских Соборов о том, что на земле Спасителем основана только одна истинная Церковь (Еф.5,5). В памяти же верных чад Русской Церкви, 17 мая 2007 года навсегда останется «днём великого предательства». Но у бывших членов РПЦЗ еще есть время покаяться и вернуться на правый путь. Для этого нужно осознать невозможность соединения Церкви Новомучеников и Исповедников с той подделкой под Истину, которая в наиболее апостасийный момент истории человечества выступила против Церкви Христовой на стороне врагов всякой религии, нарушив соборность Российской Церкви и утратив свою внутреннюю свободу, а затем и изменила православному учению о единстве Церкви через вступление в еретический Мировой Совет Церквей. Поэтому мы призываем православных христиан, особенно бывших чад РПЦЗ, находящихся под омофором предателя Зарубежной Руси и Истинного Православия Митрополита Иллариона, прислушаться к голосу своей совести и решить – оставаться ли им под омофором лжецеркви МП или вернуться в подлинную Русской Зарубежную Церковь, которую неизменно возглавляет Собор Епископов, наследующий Блаженнейшему Митрополиту Виталию и Святейшему Патриарху Тихону. Епископ Мартин (Лапковский), Истринский и Южно-Российский Епископ Кассиан (Мухин), Марсельский и Западно-Европейский
«Совершающие же его [богослужение] небрежно и сокращающие по лености священнослужители обкрадывают свою паству, лишая ее самого насущного хлеба и похищая у нее самое ценное сокровище. Сокращения, производимые по немощи сил, должны быть разумны и совершаться осмотрительно, дабы не коснулись чего не должно. В частности, на вечерне полностью должен прочитываться 103 псалом, при пении же его допустимо пропеть лишь несколько стихов, но благолепно. Желательно всегда полностью петь или читать стихи псалмов 140, 141, 129 и 116, начинаемые словами «Господи воззвах», стихиры же безусловно все. В положенные дни надо прочитывать паремии и совершать литии. Утреня должна совершаться утром и недопустимо ее так называемое совершение с вечера за исключением дней, в кои служится всенощная, т.к. по существу то является упразднением утреннего богослужения, весьма необходимого для верующих; даже краткое пребывание утром в храме благотворно действует на душу и дает направление всему дню, освящая его. Шестопсалмие не смеет сокращаться; также полностью надо прочитывать и хвалительные псалмы. Пение не должно заменяться чтением за исключением полной невозможности петь, т.к. действие пения гораздо сильнее, и весьма редко чтение может заменить пение. Не смеют опускаться богородичны после тропарей и других песнопений, ибо в них дается обоснование нашей веры – учение о воплощении Сына Божия и Божием Домостроительстве. Часы должны совершаться точно без пропусков, будучи и так краткими. Нужно прочитывать все три псалма на каждом часе, положенные тропари и другие молитвословия, а в конце часа с особым вниманием молитву, выражающую значение воспоминаемого в данный час священного события. Литургия должна совершаться, если невозможно ежедневно, по крайней мере неопустительно во все воскресные и церковно-праздничные дни, независимо от количества могущих быть на ней богомольцев. Она есть безкровное жертвоприношение за весь мир, и совершение ее есть долг священника. Безусловно, при том не смеет пропускаться ничто из находящегося в служебнике. Должно также выполнять положенные за литургией песнопения. В число их входят псалмы 102, 145 и 33-й; если допустимо еще сокращения псалма 102, ввиду его величины (хотя того лучше не делать), то во всяком случае нужно целиком петь 145, кроме дней в которые оба они заменяются антифонами; псалом 33-й лишь в пасхальную седмицу заменяется пением «Христос воскресе», в остальные дни – его должно всегда читать или петь ввиду его назидательности, и нет оправданий к его упущению. Тропари, положенные за данной литургией, необходимо также петь все и по установленному порядку, так как главным образом они являются праздничной частью литургии при неизменности главного состава ее. Церковный устав приписывает также точно придерживаться порядка апостольских и евангельских чтений, при соблюдении которого в течение года будет прочитано все Евангелие и весь Апостол в тех церквах, где богослужение совершается ежедневно. Порядок тот требует, чтобы обязательно читалось рядовое зачало; замена его праздничным бывает только в великие праздники, но и тогда рядовое зачало не пропускается. Оно прочитывается за день с очередным зачалом: в средние праздники читаются рядовое и праздничное зачала. Чтение же лишь праздничных зачал с пропуском рядовых устав называет «неразумием», т.к. тем нарушается весь смысл распределения чтения в определенной последовательности, и поступающие так обнаруживают свое непонимание его. Остальные таинства, как и все чинопоследования требника, также нужно совершать, не сокращая без крайней нужды» Свт. Иоанн Шанхайский
Недавно мне попалась статья афонскаго монаха Варсанофия (Богославского) » О неразумной ревности и расколах» и статья митр. Агафангела (Пашковского) «О несуществующей ереси киприанизма». Эти две статьи частично перекликаются, но, чтобы не загружать свою работу обилием схожей информации, разделю ответ на две части. Смысл первой статьи в том, что мы,уходя в непомин, даже при этом остаёмся в своих церковных сергианско — экуменических сообществах, а у клириков, там в ереси пребывающих, таинства все равно совершаются. Статья хоть и старая (от 2018 г.), но как отражающая и по сей день позицию афонитов — непоминов и послушных им мирян, требует обстоятельного ответа и опровержения. Вторая статья соглашается с первой в пункте о действенности таинств еретиков и подспудно раскрывает новую, не святоотеческую экклезиологию.
Итак; м. Варсанофий пишет что: «… ревнители истины, зачастую не осознавая того сами, становились ересиархами или расколоучителями. Пожалуй, девять из десяти еретиков стали таковыми при борьбе с какой-либо ересью». Слишком красивое и громкое заявление, действующее на эмоции, но ничего не дающее разуму. По логике монаха выходит, что 9\10 отцов, боровшихся с ересями, сами стали еретиками и значит так душевредно бороться с ними. Это же на грани хулы на Духа Святаго!!!
Ну и факты, приводимые автором про это, тоже не соответствуют правде.
«В борьбе с арианством возник некий «перекос», несколько односторонний акцент на Божественную Природу Спасителя нашего Иисуса Христа, что, в какой-то мере спровоцировало возникновение ереси «великого умника», епископа Лаодикийского Апполинария».
Т.е. автор утверждает, будто б лжеучение Апполинария возникло в борьбе с арианами. Неверно. Лаодикийский епископ просто находился в рядах неарианствующих отцов, не будучи активным борцом с еретиками (Филосторгий, строгий арианин даже о нем одобрительно пишет) был другом Афанасия В., состоял в переписке с Василием В.(до конца 60-х, покуда его ересь не стала известна). В триадологии пребывал в рамках ортодоксии, а вот в христологии Аполлинарий учил, как это ни парадоксально, и в контексте текущего арианства и будущего монофизитства. Чтоб не быть голословным, приведем Символ Евдоксия (арианина-омия): «веруем во единаго Господа воплотившагося, но невочеловечившагося, потому что не душу человеческую принял Он… не два естества …но вместо человеческой души Бог во плоти». Эта особенность вероучения объединяет сторонников обеих ересей. Или: «… не совсем точная терминология святителя Кирилла Александрийского послужила почвой к возникновению монофизитства и отпадению от Вселенской Церкви целого континента…». Неточной терминологий оперировал не только свт. Кирилл. Почитайте трактаты Афанасия В., а на свт. Василия обижался его друг Назианзин за то что ни разу Св. Дух Богом напрямую не назвал. Хотя классический понятийный аппарат каппадокийцами был разработан, но еще не вошел в плоть и кровь Церкви. Но все они учили истинно, частично путаясь в терминах, с т.зр. последующих богословов. Почитайте историю монофизитства – Диоскор (его личная неприязнь к антиохийскому богословию и к его православным представителям) и Евтихий (его частное еретическое учение, осужденное на соборе в столице свт. Флавианом) положили начало ереси.
Далее автор в следующей главе начинает, что называется, лить воду, описывая видения и рассказывая притчи. Пропустим это.
А вот дальше: «Но если идет горячий спор по каким-то «запутанным» вопросам и МНЕНИЯ ДАЖЕ СТАРЦЕВ РАЗДЕЛЯЮТСЯ, то нам ли; с не очищенными сердцами от страстей, делать крайне категорические выводы».
Во-первых, непонятно зачем он часто пишет целые фразы с заглавных букв. Эмоции зашкаливают?
Во вторых, в истории Церкви такого понятия нет. Есть мнение единогласное св. отцов — консенсус патрум, решения Поместных Соборов и наиболее авторитетные — решения Вселенских С. Мне неизвестно, чтобы такое понятие, как мнение старцев учитывалось бы при борьбе с некоей ересью. Да и кто эти старцы, кто их назначает. Св. отцов прославляет Церковь, а старцев? Предположим, что автор имеет ввиду, например, известного Паисия Агиорита, о котором речь у него шла предложением выше. Почитая его за благочестивую жизнь и добрые наставления, и чудесную помощь людям, мы не можем забывать о том, что он до конца дней пребывал в иерархическом подчинении у махрового экумениста и масона патриарха Варфоломея (Кириллу Гундяеву у него еще поучится надо). Сам он не был священником, чтоб быть помином или непомином, но окормлялся у тех отцов, которые служили под омофором духовного преступника и негодяя. На краткий период, выйдя в непомин при патриархе Димитрии, вскоре вернулся. Почему он не ушел в те монастыри, которые канонически не поминали еретика? Почему уча против экуменизма и глобализации, на деле пребывал в евхаристическом общении с теми, которые воплощали эти апостасийные идеи в жизнь?
Те же критерии можно отнести и к другим, кого называют старцами. Старец, духовный наставник, — это, в первую очередь, не учитель благочестия, а хранитель Истины и чистоты церковной. А если он молчит, когда его церковная организация впала или в сергианство, или в масонство, или в экуменизм, или поддерживает антихристову глобализацию, а если частично и обличает, но сам остается в организации, отступившей от чистоты Православия — как он может быть абсолютным духовным авторитетом.
Далее автор пишет что : « ..ТЕМ БОЛЕЕ ДЕРЗАТЬ СУДИТЬ О ДЕЙСТВИЯХ И ПРЕДЕЛАХ ДЕЙСТВИЯ БОЖЕСТВЕННОЙ БЛАГОДАТИ.» Тут можно согласиться: у нас нет приборчика харизмометра, чтоб безапелляционно утверждать, где, сколько и у кого какая благодать. Но нам Церковь оставила по этому вопросу свои правила и указания, к коим мы позже вернемся.
А вот следом автор путает любовь душевную и любовь духовную. Неуместно приводя слова Писания: «… хотелось бы обратить особое внимание на слова Спасителя: «ВОЗНЕНАВИДЯТ ДРУГ ДРУГА» и слова «ИЗСЯКНЕТ ЛЮБЫ МНОГИХ». Это и есть потеря духовного равновесия, потеря ДУХОВНОГО ФУНДАМЕНТА ХРИСТИАНСТВА.
Кто потеряет это равновесие, несомненно, упадет в пропасть, и совершенно не важно, влево или вправо, результат один и тот же – вечная погибель безсмертной души…». Почему-то, не до конца порвавшие с экуменическо-сергианскими сообществами, любят обличать своих оппонентов в ненависти или, как минимум, отсутствии любви. По этому поводу вспоминается одна из лекций, лично мною уважаемого, миссионера о. Даниила Сысоева. Вдохновенный оратор и проповедник замечательный миссионер, но в вопросах монархического сознания и вотношении разных ИПЦ и глобализации полный профан (кстати, эта черта характерна всем, даже лучшим, проповедникам и публицистам Московской Патриархии). Вот, в частности, говорит в одной из лекций, без тени сомнения, что расколы и самочиния, произошедшие от РПЦЗ, друг друга ненавидят лютой ненавистью и взаимно анафематствуют. Какая злобная клевета и полное игнорирование или незнание фактов. Ни одного примера не привел. Если какая-то группа и отделяется от Церкви из-за ложных мнений, это не значит, что их ненавидят. Их жалеют, по ним скорбят. И ни одной анафемы я не слышал в лично чей-то адрес между несогласными, но лишь увещевания. По этому поводу прп. Максим Исповедник учит, что настоящая любовь не допускает, чтоб заблуждающиеся коснели во лжи. Любовь к ближнему начинается с любви к Богу, которая невозможна без правого исповедания. И духовного фундамента христианства просто не будет, нечему будет разрушаться, если вера будет искажена. Да и как можно ненавидеть того, кто сам себя поставил на гибельный путь!!! Кто сам себя обрекает на вечность без Истины!! Лишь скорбь и молитвенные воздыхания о таких…
В следующей главе о. Варсанофий предупреждает, что отечественные ревнители чистоты веры могут уподобиться греческим старостильникам в их разделениях. Я не могу в этом вопросе быть компетентен, ибо не состоял ни в одной старостильной греческой юрисдикции. Но в защиту старостильников можно привести лишь несколько фактов общеизвестных. Есть ряд Поместных Константинопольских соборов 16 в., и пара Московских кон.17.в. на которых осуждён был новый календарь. Никто не будет спорить с тем, что новый стиль введен не по какой-либо церковной нужде, а по требованию модернистов и жидомасонов при власти. Так почему же мы должны брать пример с тех, кто выполняет требования врагов Божиих, осуждая вставших за Истину. Мне возразят любители модернизма церковного, что известные Афонские старцы перешли из старого стиля в новый, насмотревшись видений, считая оба стиля равнозначными. Это и Порфирий Кавсокаливит и Иосиф Исихаст. Нисколько не умаляя благочестия и святости эти монахов скажу, что и видения бывают от лукавого, и частные мнения величайших и прославленных подвижников оказывались ложными. Приведу только один пример. Не помню буквально, передам лишь смысл. Все знают вопросы и ответы Варсонофия Великаго и Иоанна Постника. Так один вопрошающий интересуется, когда в молитве Господней, кто из святых мужей читает » ..и остави нам долги наша», то о себе ли они глаголет или нет. Ответ был таков, что святые мужи уже не нуждаются в этих словах, т.е. не о себе. А вот Карфагенский Собор 418 г. именно на этот вопрос отвечает противоположно. А вот и чудеса, которыми Бог оделил старостильников. Новый стиль был введен в Греции в середине марта 1924г., но именно в тех храмах, которые остались верны Преданию, на Всенощной под Благовещение у икон праздника происходили чудеса исцелений. Эти факты были зафиксированы во всех областных центрах. На следующий год, 6 января, когда совпадает Сочельник Рождества по старому, а Крещение по новому, в одном из главном новостильном храме, из глаз Девы Марии капали слезы, а из голов апостолов кровь. Прихожане ужаснулись, понимая гнев Божий из-за того, что как можно крестить ещё не родившегося Спасителя. Ну и наконец, в этом же году, на Крестовоздвиженской Всенощной, когда у верных храмов совсем мало осталось, в окрестностях Афин, произошло чудо Креста в небе. Более получаса было великое знамение. Он поднялся, как при чине Воздвижения, и вскоре вознесся. Это чудо было при огромном стечении верных, в присутствии десятков полицейских, которых послали власти для разгона. Но это знамение преобразило и их души, и все в порыве благоговения пали ниц… Ну так в свете таких известных фактов (даже мне, неспециалисту в этом вопросе), — как можно противиться явной Божией воле, в угоду формальному единству с отступившей церковной организацией, в угоду безбожным правителям. Никакой логики!!!
В следующей главе автор пишет: « … в Церкви Христовой, не имеет права на существование, вообще ни какое личное мнение… мы должны рассматривать и принимать не то, что думают и хотят патриарх Кирилл, или иерей Георгий Максимов, или иерей Алексей Мороз, или Дмитрий Задорнов, или я, и т.д., а то, что говорит и желает Дух Святый.
Захотелось монаху Варсанофию, ни с того ни с чего, чтобы у еретиков совершались Таинства, и начал он говорить такие «глупости»? Захотелось более «правым» ревнителям; отцу Алексею Мороз, иеромонаху Гавриилу Кондрашеву или Дмитрию Задорнову, чтобы Таинства у еретиков, еще не осужденных соборным разумом, перестали совершаться, и они «перестали совершаться»? Но так как для любого здравомыслящего человека понятно, что два противоположных мнения не могут быть одновременно правильными, то НАМ С ВАМИ И ПРЕДСТОИТ УЗНАТЬ КАКОЕ ЖЕ ИЗ ЭТИХ ДВУХ МНЕНИЙ СООТВЕТСВУЕТ МНЕНИЮ ПОВЕЛЕНИЮ СВЯТАГО ДУХА БОГА».
Но никто и не основывает свои слова сам на себе. Любой еретик исходит из неправильно понятых мест Писания или Предания, а тем более ортодокс. А так мысль сама замечательная: узнать чье же мнение, из двух противоположных, соответствуют Истине. Далее, правильно размышляя, на чем и как в Церкви основывается православное богословие, он выдает следующие постулаты.
«ПЕРВЫЙ ПОСТУЛАТ уклонившихся «в право»: У ЕРЕТИКОВ ТАИНСТВА НЕ СОВЕРШАЮТСЯ. У еретиков, осужденных Собором епископов, «таинства» действительно НЕ СОВЕРШАЮТСЯ. Например: у несториан, монофизитов, латинян или протестантов. Но, у получивших благодать епископства или священства через законное возложение епископских рук, И ВПОСЛЕДСТВИИ уклонившихся в ересь и проповедующих ересь, но пока еще не осужденных Собором епископов, Таинства совершаются до соборного извержения их из священного сана». Вот и рассмотрим этот главный постулат нашего оппонента. Начнем с апостольского правила 46: повелевающее извергать клирика признающего крещение еретиков или принимающих их жертву. И вот что говорят ученые канонисты. Аристен: «тот епископ который не хулит крещение еретиков, но признает оное или принимает их приношения для жертвы — извергается…». Вальсамон: «…великий К-льский собор законно наказал извержением некоторых священников, которые видели сочинения еретика Ириника но не оплевали их…». А вот о. Варсонофий, на основании же этого правила, умудрился найти слова себе в поддержку: «…НЕ ИЗВЕРГАЕТСЯ ИЗ САНА АВТОМАТИЧЕСКИ ЕПИСКОП ИЛИ ПРЕСВИТОР, принимающий крещение еретиков, НО ДАЁТСЯ РАСПОРЯЖЕНИЕ, ЧТОБЫ БЫЛИ СУДИМЫ, И ЕСЛИ БУДЕТ ДОКАЗАНА ВИНА, ПУСТЬ БУДЕТ ЛИШЕН СВЯЩЕНСТВА, ТАК ПОВЕЛЕВАЕМ».
Вообще то, слов про автоматическое или ручное извержение, нет в самом правиле. Про доказательства, про суд тоже ни слова. Предвосхищая другое возражение афонита, что тут говорится про уже осужденных еретиков и что автоанафемы не существует — отвечаю. Начнем с определения св. Василия Великого: «Еретиками назвали древние совершенно отторгшихся и в самой вере отчуждившихся» (См.: 1-е правило св. Василия Великого).
В толковании на 14 правило IV Всел. Собора Зонара объясняет: «Под именем еретиков разумеются те, кто приемлют наше таинство, но в некоторых частях учения погрешают и не согласны с православными» (Цит. по: Никодим, еп. Далматинский. Цит. соч. Т. 2, Спб. 1911, с. 370). «Анафема, возглашаемая Церковью, — подтверждает нашу мысль свт. Филарет (Вознесенский), —есть… отлучение от Нее того, кто фактически перестал в ней уже состоять» (Филарет (Вознесенский), митрополит. Проповеди. Т. 1, с. 115).
В Синтагме Матфея Властаря сказано: «Еретиками мы называем всех тех, которые не причащаются святых тайн от священников в Святой Церкви Божией» (Алфавитная Синтагма Матфея Властаря. М. 1996, с. 58).
Отцы VII Вселенского Собора об иконоборцах, как уже замечалось выше, постановили, что они и до созыва этого Собора «..отпали от истинного учения; восстав против предания кафолической Церкви, они погрешили в понимании истины …и назвали себя иереями, тогда как сами не были таковыми» (Деяния Всел. Соборов Т. 7, с. 283). Можно еще немало привести высказываний — и где тут говорится про осужденных или еще нет?!! Еретики осуждались Святыми и Вселенскими Соборами на том основании, что те уже отпали от Церкви Христовой, вследствие своего нечестивого учения, лишившись и благодати Божией, для предостережения паствы и видимого отделения еретиков от церковной организации. Вынужден огорчить отца, что это цепляние за классификацию еретиков осужденных на соборах или еще не осужденных, есть симптом тягчайшего заболевания, именуемого ересь киприанизма. Который дает возможность экуменической ереси (или сразу нескольким ересям) спокойно пребывать в Церкви и размывать ее вероучительную основу, отрицая при этом личностное отделение от носителей ереси. Сама архиерейская присяга, приносимая новопоставляемым епископом свидетельствует, что нарушитель их сам на себя произносит отлучение от Церкви, лишается благодати священства. «Аще же обещанное зде мною что преступлю, — клянется епископ, — или божественным правилом явлюся противен… тогда абие (тотчас) да лишен буду всего сана своего и власти, без всякаго извета и слова, и чужд явлюся дара небеснаго, при посвящении возложением рук даннаго мне Духом Святым, (п. 19)» (Цит. по: Никодим, еп. Далматинский. Правила Православной Церкви с толкованиями. Т. 1, Спб. 1911, с. 437). Более подробно этот вопрос я постараюсь разобрать во второй части своей работы.
Далее автор совершенно логично рассуждает. «Если принять этот их постулат, то они правы: патриарха Кирилл и Варфоломей такие же еретики, как несториане, монофизиты, папа Римский или протестанты. Соответственно, по логической цепочке, все, находящиеся в евхаристическом общении с ними сами становятся еретиками (за одно поминовение их), лишаются благодати Святаго Духа, то есть Миропомазания, а священники — благодати Священства и, естественно, Таинства у них не совершаются.
И это дорогие братья и сестры «правые» говорят О ВСЕЙ ВСЕЛЕНСКОЙ ЦЕРКВИ, О ВСЕХ ПАТРИАРХАТАХ. То есть, не много, не мало, «церковь», по их мнению – это ТОЛЬКО ОНИ (несколько сот, или может быть, две, три тысячи человек). Так и хочется пожать монаху руку и сказать: «отец, ты совершенно прав». Насчет таинств у еретиков мы еще поговорим позже, отвечая на другие аргументы автора. А сейчас пара слов о численном аргументе. Разве для христианина, указание на количественное преобладание отступников, может служить хоть каким-то аргументом. Вселенская Христова Церковь может сократиться до одного епископа и небольшой части верных христиан. И это будет Церковь. Сын Человеческий придя на землю, найдет ли веру? Насколько я знаю, экуменизмом замараны все предстоятели Поместных Церквей. Как минимум экуменизмом. Апостасия активно продвигается в официальных церковных организациях. Принимаются на ура апостасийные решения властей, объединённых люциферианско-масонским братством. Так стоит ли удивляться, что Церковь Христова сократилась до нескольких тысяч!!! И еще будет сокращаться, если не будет церковного покаяния апостатов перед Богом и перед не поклонившихся перед Ваалом духовенством.
В продолжении этой темы, автор приводит довольно таки забавный аргумент, который сам называет народным. «В Троице-Сергиевой Лавре у мощей прп. Сергия, в Киево-Печерской Лавре у мощей препп. Антония и Феодосия, в Почаевской Лавре у мощей прп. Иова, в Дивеево у мощей прп. Серафима Саровского (и внутри «канавки», тоже), в Иерусалиме на Гробе Господнем, не Святой Горе Афон – ВЕЗДЕ СЛУЖАТ ЕРЕТИКИ И ВЕЗДЕ ТАИНСТВА НЕ СОВЕРШАЮТСЯ?». Так и хочется на это ответить: « ты сказал». Совершенно верно. Аналогично, как и в Риме у мощей апп. Петра и Павла, в Бари у мощей свт. Николая, на Фанаре у мощей свт. Иоанна Златоуста. А сонм гальских святых, святых Карфагенской, некогда славной церкви, а бесчисленные некогда монашеские общины, раскиданные на островках окружающих Англию с севера и севера — запада — следы пребывания этих величайших угодников Божиих и поныне есть — но Дух Святый покинул те церковные организации. Поэтому, если и посещаем те древние святыни, припадаем к ним, но всячески избегаем тамошних современных служителей.
Наконец отец Варсанофий приводит по его словам «неопровержимый аргумент», чтоб окончательно нас несчастных разоблачить.
«…ФАКТ, доказывающий, что во Вселенской Церкви Благодать Святаго Духа сохраняется и Таинства ее действительны. В Великую Субботу, БЛАГОДАТНЫЙ ОГОНЬ сходит не в каком-нибудь «сверх правильном» греческом зилотском «синоде» и не у наших «истинных православных христиан» или «катакомбников». Он сходит также не у отца Алексея Мороза, или Даниила Филиппова, или Гавриила Кондрашева, или других священников, говорящих о безблагодатности Таинств во Вселенской Церкви.
Но СХОДИТ БЛАГОДАТНЫЙ ОГОНЬ НА ГРОБЕ ГОСПОДНЕМ, В ИЕРУСАЛИМСКОМ ПАТРИАРХАТЕ ВСЕЛЕНСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ».
Это же настолько очевидно, что Огонь сходит не ради православных только по имени, а чтобы Имя Господне не хулилось среди неверных. Ибо в глазах внешнего мира, нынешний патриарх Иерусалимский — представитель Православия. Внешние не разбираются, да и им это не нужно, где истинное христианство, а где ложное. Поэтому Бог и снисходит, чтоб Его Слава не хулилась. И выскажу свое личное мнение. Несколько лет назад на Гробе Господнем, уже при нынешнем патриархе Феофиле иерусалимском, проводилась большая реставрация. Неизвестно что могли там сконструировать. Плюс, Патриархия проиграла журналисту суд, утверждавшему, что чудо ложное. Плюс, по фото и видео видно, что нынешний Огонь уже не того голубоватого цвета как раньше а более естественный. Насколько я знаю, сейчас православный Патриарх заходит в кувуклию вместе с монофизитским, и тот в открытую утверждает, что они пользуются зажигалкой. Конечно, светский суд и слова еретика так себе аргумент, но тем не менее. И наконец, слышал от самих ревнителей, непоминов МП, что сейчас того чуда уже нет. Поэтому вопрос чуда в наши годы открытый.
А вот следующий и последний аргумент монаха, пожалуй, самый грамотный и могущий поставить в тупик, особенно, если плохо знаком с церковной историей.
Автор проводит многочисленные случаи из истории древней Церкви, но суть сводится к двум утверждениям: 1) священников из ереси принимали в сущем сане 2) хиротонии полученные от еретиков, даже известными святителями, признавались как действительные. Автор считает этот аргумент: «…ПРОСТО НЕ ОПРОВЕРЖИМЫМ ДОКАЗАТЕЛЬСТВОМ совершения Таинств».
Вот несколько приведенных примеров.
«Так, свт. Василий Великий считал справедливым еретиков энкратитов, при приеме в Православие, перекрещивать, но не желал отпугивать их … не возражал.. когда некоторые энкратиты были уже приняты в сущем епископском сане. Третий Вселенский Собор постановил принимать еретиков мессалиан в сущем сане. Свт. Кирилл Александрийский, один из ревностнейших борцов за чистоту веры, советовал не очень придираться к кающимся несторианам, «ибо,– по его словам,- дело нуждается в великой икономии».
Более ревностные студийские монахи предложили к рассмотрению письмо свт. Афанасия Великого «к Руфиниану», где излагалась практика Александрийского Собора 362 года по отношению к арианским клирикам: «предстоятелей нечестия» прощать, но не давать им места в клире, «а завлеченных нуждой и насилием» прощать и допускать в клир. Как мы видим, здесь речь идет о допущении или не допущении к священнослужению, но нет и тени намека о недействительности Таинства священства у проповедников и сторонников ереси. Были приведены еще примеры приема еретиков в сущем сане; Маркел Анкирский; на 4 Вселенском Соборе – Ювеналий Иерусалимский, Фаласий Кесарие-Каппадокийский, Евсевий Анкирский, Евстафий Веритский».
Далее он рассуждает вполне ортодоксально: «….принимаемые даже из ереси, уже осужденной Соборами, как например латинская принимаются зачастую «по икономии» в сущем сане. В таком случае Таинство совершается (или как некоторые говорят – восполняется) не у еретиков, а при присоединении еретиков к Единой Кафолической Церкви. ТО ЕСТЬ – В МОМЕНТ ИХ ПОКАЯНИЯ.»
а вот второй аргумент: «…НА 7 ВСЕЛЕНСКОМ СОБОРЕ БЫЛА, НЕСОМНЕННО, ПРИЗНАНА ХИРОТОНИЯ ЕЩЕ НЕ ОСУЖДЕННЫХ ЕРЕТИКОВ. Были приведены примеры: священномученик МЕЛЕТИЙ АНТИОХИЙСКИЙ (друг свт. Василия великого) БЫЛ ХИРОТОНИСАН АРИАНАМИ; святитель КИРИЛЛ ИЕРУСАЛИМСКИЙ – БЫЛ РУКОПОЛОЖЕН также Акакием Кесарийским и Патрофилом Скифопольским, ЯРОСТНЫМИ АРИАНАМИ (с которыми свт. Василий Великий не был в евхаристическом общении); святитель АНАТОЛИЙ КОНСТАНТИНОПОЛЬСКИЙ – БЫЛ РУКОПОЛОЖЕН ЕРЕТИКОМ ДИОСКОРОМ; ИОАНН ИЕРУСАЛИМСКИЙ – СЕВЕРИАНАМИ; БОЛЬШИНСТВО ОТЦОВ 6-ГО ВСЕЛЕНСКОГО СОБОРА – МОНОФЕЛИТАМИ.
Вот этот аргумент мне пока еще не один из «правых» ревнителей не смог опровергнуть. Да это и просто не возможно по сути. ЛИБО НАДО ПРИЗНАТЬ, ЧТО ТАИНСТВА У ЕЩЕ НЕ ОСУЖДЕННЫХ ПРОПОВЕДНИКОВ ЕРЕСИ СОВЕРШАЮТСЯ, ЛИБО, ЧТО ВЫШЕ ПЕРЕЧИСЛЕННЫЕ СВЯТЫЕ ОТЦЫ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ ЕПИСКОПАМИ, А, СЛЕДОВАТЕЛЬНО И СВЯТИТЕЛЯМИ …»
Давайте рассмотрим эти заявления. Автор снова и снова предлагает нам воспользоваться благодатометром и измерить, где и у кого сколько благодати. Но Церковь в своем историческом бытии, когда сталкивалась с подобными проблемами, никогда не обсуждала их именно в такой форме.
Церковные таинства, есть жизнь самой Церкви как Тела Христова, поэтому на Церкви лежит ответственность распознавания и принятия решений в конкретных обстоятельствах. Как это и проявилось исторически.
Первый знаменитый спор о признании Таинств в Церкви (насколько я помню), произошел между двумя сщмчч.: Киприаном Карфагенским и Стефаном Римским. Точку зрения первого В.В. Болотов назвал экклезиологической, а второго догматической. Сщмч. Киприан в своей книге «О единстве Церкви» и в письмах утверждает, что не может преподать в таинствах Св. Духа тот, кто Его не имеет. Имея ввиду раскольников и еретиков. Поэтому надо крестить всех присоединяющихся к кафолической Церкви. Сщмч.Стефан настаивал на том, что из обществ, не искажающих учение о Св. Троице, следует присоединять не перекрещивая. Причем, если Киприан не навязывал всем Поместным Церквам свою точку зрения, считая, что каждый предстоятель должен поступать по пастырской совести, то Стефан считал себя вправе распространять римскую точку зрения на другие области. Пара карфагенских соборов середины 3 века полностью одобрила учение и практику святого Киприана. Не мог ведь святитель третьего века предвидеть, что спустя столетие единственным неарианским епископом на Востоке, да и то в изгнании, окажется Афанасий В., сам равноапостольный Царь будет крещен завзятым арианином, а отцы — каппадокийцы будут хиротонисаны епископами формально принимавших полуарианские символы веры. Формально все выглядит так, что прав оказывается мой оппонент, но это только формально. В III веке большинство христиан были кафолики, чуждых Церкви была малая часть, и они были всем видны. Такие деятели, как Новат и Новациан, в частности, бунтовали против своих предстоятелей, разрушая единство Церкви сознательно. Поэтому на тот момент, Церковь в лице Поместных Соборов признала правоту сщмч. Киприана. А в IV веке ситуация совсем другая. Внешняя победа ариан зиждилась не на уверенности христиан в еретических догматах, а, по свидетельству церковного историка Сократа, на том, что тогдашние епископы напоминали дерущихся в ночи, когда не видишь противника, и тумаки сыплются без разбора. Термин, во многом ставший камнем преткновения, -омоусиос (единосущный), был на Никейском Соборе принят теоретически, но без практического его осознания. А, к примеру, правое крыло полуариан, подобосущников- омиусиан, во главе со свт. Василием Анкирским, сам свт. Афанасий считал своими союзниками в борьбе с арианами. Поэтому, после II Вселенского Собора, на котором были побеждены арианство и ряд других ересей, пастырски было бы неправильно повторять все таинства, совершенные арианским духовенством на всей восточной половине Империи. Сама Церковь Христова лишь вправе утверждать, когда именно церковное сообщество перестает быть Церковью, а таинства становятся недействительны. Только сама Церковь неповрежденная ни канонически, ни догматически, (а иначе Она сама уже перестает быть таковой), точнее действующий в Ней Дух Святый. Поэтому как могут быть таинства истинными у тех, кто сознательно или по малодушию нарушает вероучительные каноны, точнее полностью их игнорирует? Сложившаяся практика по отношению к таинствам православных отступников гласит о том, что если не нарушена формальная обрядовая сторона, то принимаем как форму без внутреннего содержания, как пустой сосуд, который наполняется благодатью и становится спасительным при присоединении к Церкви через миропомазание или покаяние.
Кстати, такая ещё ремарка. Правила Феодора Студита о поведении во время господства ереси — приняты Вселенской Церковью в свод правил и служат руководством к действию. Так мой уважаемый оппонент, и те, кто разделяет его позицию, лучше прочитали бы эти наставления о том, что причащение еретиков — яд, убивающий душу и тело, и о том, как даже на бытовом уровне надо сторониться причастных ереси, как проверять своих пресвитеров, а отнюдь, не исследовать есть ли и сколько у кого благодати. Преподобный это говорил во время господства иконоборчества. А нынешние апостаты, влекущие свою паству через экуменизм и глобализацию к сыну погибели, антихристу, уж точно похлеще будут тех древних еретиков.
Подытоживая, в конце статьи автор пишет, что по икономии таинства от еретиков могут подаваться народу, который » не может разобраться в сложной церковной ситуации» в течении и 50 и 60 лет, и при этом всем призывает быть бдительными и сопротивляться изнутри.
Что ж, и я подытожу вместе с ним.
Эта мысль была б справедливой, если б иерархия искренне заблуждалась, если бы неправильно понимали тот или иной догмат или канон. Как в случае с римо-католиками, когда процесс превращения некогда славной Западной Церкви в вертеп разбойников происходил в течение столетий, и то — не одновременно по всем странам запада. Но у нас на глазах происходит наглая апостасия, приветствуются или не осуждаются все бесовские начинания мирового правительства, — малодушная, по сути отрекающаяся от Христа позиция клириков, — не может никого из прихожан оставить в неведении!!! Все мероприятия в открытую творятся, слова отречения, в виде единого всевышнего, принародно говорятся. А народ, некогда Божий, — теперь не таков. Все видят и слышат и соглашаются!! Знаю по общению и с клириками и мирянами патриархийными — они оправдывают творящееся зло. А кто и позволяет себе немножко критиковать, все же заявляют о верности матери церкви и прикрываются старцами. Старец, благодатный и опытный духовник не является критерием каноничности Церкви. Латинская Церковь, даже в период своего постепенного отступления, тоже имела в своих рядах сонм великих угодников Божиих, незапятнанных возникающим духом папизма. Христианин должен искать непорочную Невесту Христову, а не благочестивого, но все же грешного человека. Истинная Церковь имеет догматическую чистоту, канонически неразрывную преемственность, и иерархическую апостольскую связь. РПЦ МП, как впрочем, и римо-католики, сохранили лишь третий критерий. По словам свт. Иоанна Шанхайского; «.. как создание Джугашвили может быть непорочной Невестой Христовой?». В основе ее возникновения лежит отказ от верности Христу вплоть до смерти, отказ от исповедничества, союз не за страх, а за совесть, с богоборцами и разрыв с канонической Церковью новомучеников и исповедников с предстоятелем сщмч. Петром Крутицким. А в нынешнем веке итог этого противоестественного союза приносит ужасные гибельные плоды.
А в продолжение этой темы разберем вторую статью и в целом особенности современного киприанизма. Думаю, излишне напоминать всем известные факт о том, что и кто послужили началом этой современной ереси. Но вкратце. Киприанизм — это термин, часто используемый для обозначения экклезиологического учения, связанного с именем митрополита Киприана (Куцумбаса), бывшего главы Синода Энистаменов (Синода противостоящих, или «Енистаменов»). Центральной идеей этого учения является представление о еретиках-экуменистах как о «больных членах Церкви» до созыва Вселенского Собора, который бы окончательно их осудил. Учение вызвало споры, поскольку оно подразумевало, что еретики всё ещё остаются частью Тела Христова, хотя и в повреждённом состоянии, что расходилось с ортодоксальной экклезиологией, видящей еретиков полностью вне Церкви.
Ересь киприанизма строится на следующем документе «Экклезиологические тезисы или изложения учения о Церкви для Православных, противостоящих ереси экуменизма» (Греция, 1993 г.). Однако митр. Киприан, насколько я помню, позднее подкорректировал свои взгляды, ибо в 1998 году в России была опубликована его книга «Православие и экуменизм». Правильность своей экклезиологической позиции Митрополит Киприан подкрепляет словами свят. Иоанна Златоуста, которые поставлены в эпиграф книги:
«Нам известно, что спасение является уделом только Единой Церкви, и что никто вне Соборной Церкви и Веры не может иметь участие во Христе или спастись…, безбожным ересям мы не допускаем иметь надежду на спасение, но ставим их совершенно вне этой надежды, так как никто да не называет таковых христианами и да не имеет никакого общения (церковного — Прим. авт.) с ними, ибо это невозможно» (Свят. Иоанн Златоуст, 1-ое слово на Пасху). Не знаю насколько полным был пересмотр им еретических мыслей, поэтому мы рассмотрим неправомыслие ранней работы, ибо в ее русле учат и действуют современные киприаниты.
Сама идея, что Церковь может быть больной — ведет к гибели, ибо ересь подвергает духовной смерти. Мысль назвать экуменизм недугом, обезоруживает христиан, убеждает оставаться внутри «Матери Церкви», борясь изнутри.
Пожалуй, самая характерная особенность киприанизма – это то, что в новостильных и экуменических церквах в таинствах действует благодать Божия. И чем же тогда отличается действие благодати, например, в ИПЦ? И хорошо бы, если б он указал, какой аспект благодати он имеет ввиду.
Свт. Фульгенций Руспийский выделяет три вида божественной благодати, подаяние и действие каждой из которых предопределено Богом. Это благодать призывающая, благодать оправдывающая (спасительная) и благодать прославляющая. Если он имеет в виду первый вид, то такая благодать подаётся каждому человеку, потому что Бог каждого призывает к покаянию. И что тут нового? Оправдывающей называется та благодать, которую мы получаем в таинствах. Если же м. Киприан говорит про нее, то, как спасительная благодать может одновременно таковой и экуменистов и у ортодоксов и тем самым как бы полностью уравнивает их. Наконец, благодать прославления касается предопределения ко спасению.
Наш богослов и историк Церкви о. Лев Лебедев (чью работу я частично использую) заметил: « Наши российские «ревнители правоверия», как они себя называют, и ваши греческие старостильники – «матфеевцы», заявляя категорически о полной безблагодатности экуменических церквей, выглядят последовательными в богословском отношении. Но слабая сторона их позиции в том, что они не могут объяснить положения простых, несведущих членов экуменических церквей, которые вполне уверены, что они – православные люди, не приемлют, не исповедуют никакого экуменизма, часто просто не знают, что это такое, или не понимают его сущности». (ЧТО ЖЕ ПОБУДИЛО СИНОД ПРОТИВОСТОЯЩИХ…?». Возражения прот. Льва Лебедева против учения Киприана Куцумбы.)
И это было справедливо в то время, когда он писал свои размышления. Но теперь эта «слабая сторона » уже таковой не является. Ибо все делается против Веры Предания Правил нагло и принародно. А вот киприанитам можно такой вопрос задать. Как согласовать понятие и представление о Церкви, как едином Теле Христовом, с прекращением в ней единства Евхаристии?
Одна из глав книги м. Киприана называется «разделение Церкви, вызванное экуменизмом». Странно слышать от епископа мысль о
том, что Цеpковь может “pазделяться”. Святые Отцы учили, что Она была, есть и будет единой Невестой Хpистовой. От нее можно лишь отпасть и ней можно присоединиться, но быть разделённой — никак. Еще более странным представляются размышления о том, что можно, заболев ересью, отпасть от Богочеловека Христа, при этом оставаясь в его Теле Церкви. Чтоб не углубляться в дальнейшие размышления (а там много еще есть странных мыслей) лучше привести соборное решение РПЦЗ от 16 декабря 2001 г. Что показательно — это, пожалуй, первое такое крупное решение в Церкви после отделения от лавровских лжебратий. Привожу в сокращении, дабы не загружать читателя.
На основании изучения экклезиологического учения Митрополита Киприана,….мы пришли к следующим выводам:
Митрополит Киприан и его Синод, признавая мiровое экуменическое православие еретическим, все же считают его частью Церкви Христовой, что противоречит учению и традиции Церкви, ясно свидетельствующих в Соборных постановлениях и писаниях Святых Отцов о том, что еретики отпадают от Церкви.
Митрополит Киприан подменяет понятие еретиков с погрешающими нравственно в своих суждениях православных… Но допускать членство в Церкви вне Православного исповедания веры никак невозможно, поэтому “заболевшие в вере” – членами Церкви быть не могут, что и подтверждается учением Свв. Отцов. “Без всякого сомнения, – говорит преп. Иоанн Кассиан Римлянин, – тот, кто не исповедует веру Церкви, находится вне Церкви”.
Митрополит Киприан утверждает в своих тезисах, что “православные
разделились на две части: на болящих в вере и на здоровых…” но тут же
говорит о “восстановлении в Православии” болящих в вере , чем явно
впадает в вероучительное противоречие, ибо как возможно православных “принимать в Православие”?!
Митрополит Киприан заявляет о разделении Церкви по причине экуменизма, проводя аналогию нынешнего положения Церкви с Её положением во время иконоборческой ереси; а современных новостильников и экуменистов он в своей экклезиологии пытается сравнить с иконоборцами, которых Отцы VII-го Вселенского Собора присоединяли к Церкви через покаяние и отречение от ереси. Также Митрополит
Киприан ссылается на VII Вселенский Собор, в деяниях которого употребляются выражения “рассечение”, “разделения” и т.п. Он делает совершенно несостоятельный вывод, что иконоборцы еретиками, как таковыми, до осуждения их Собором, еще не были, а потому и их таинства признавались действительными. Но что касается самих присоединяющихся к Православию иконоборцев, то ни сам Вселенский Собор не считал их принадлежавшими до того к Церкви, ни сами они не претендовали быть Ею. Вот свидетельства самих присоединяющихся иконоборцев. Василий, Еп. Анкирский: “Насколько было моих сил, я исследовал вопрос об иконах и с полным убеждением обратился к Святой Кафолической Церкви”. Феодор, Еп. Мир Ликийских: “…молю Бога и вашу святость присоединить и меня грешного к Святой Кафолической Церкви”.
Церковь как Тело Христово не может разделяться. Это явление онтологически невозможное, так как у Господа Иисуса Христа не может быть нескольких тел. Те разделения, о которых упоминается на Соборе и в писаниях Свв. Отцов, относятся исключительно к временному разделению христиан, которое возникает в смутное время распространения ересей.
Противореча постановлениям Церкви, Митрополит Киприан утверждает, что “новостильники до сих пор не осуждены”, и “их Таинства” признает “действительными”. Но григорианская пасхалия и григорианский
месяцеслов были осуждены Поместными Соборами Константинопольской Церквитрижды: в 1587, в 1593 и в 1598 гг., при участии восточных Патриархов.
Объединительный Собор, на который уповает Митрополит Киприан, может объединить лишь этих “разделенных православных”. Но еретики к Церкви не принадлежат, и вернуться могут в Лоно Церкви Христовой только через присоединение к Ней. Митрополит Киприан выдвигает ложную теорию объединения разномыслящих, при этом самый созыв Собора поставляя в зависимость от этого неестественного объединения».
Таким образом, учение Митрополита Киприана являющееся обоснованием позиции Синода Противостоящих, противоречит святоотеческой традиции Церкви. Заявляя освоем необщении с еретическими экуменическими церквами, в то же время он и его Синод не отделяются от этих церквей духовно, считая себя “здоровой” частью единой Церкви (в то время как еретические экуменические и новостильные церкви – “больной” частью). Фактически Синод Митрополита Киприана, несмотря на отсутствие общения в таинствах, находится в полном “здравствующе-больном” союзе с мiровым еретическим “православием”. Этот, своего рода, скрытый “православный” экуменизм, также как и экуменизм открытый, подпадает под анафему ереси экуменизма 1983 г. провозглашенную Архиерейским Собором РПЦЗ под председательством III-го Первоиерарха Зарубежной Церкви Митрополита Филарета (подтверждена эта анафема Арх. Собором РПЦЗ в 1998 г.): “и тем, иже имут общение с сими еретиками или способствуют им, или защищают их новую ересь экуменизма, мнящею братскую любовь и единение разрозненных христиан быти: Анафема”.
Могут нам возразить, что это учение чисто греческое, греческих ИПЦ, никак не затрагивающее нашу Российскую Церковь. Однако это заблуждение не только препятствует спасению собственно греков, но также заражает Истинно-православные юрисдикции других Поместных Церквей вирусом «крипто-экуменизма».
В нашем случае это ярко видно на примере Синода РПЦЗ (А) митр. Агафангела. Этот раскол, позиционирующий себя как законный наследник исторической РПЦЗ, как раз то и является наиболее отчужденным от Нее. Не вдаваясь в историю возникновения этого раскола, ибо есть много свидетелей этой еще недавней истории, рассмотрим для начала их документ « Краткая справка О каноничности Русской Православной Церкви Заграницей».
Утверждая свою каноничность, они приводят три пункта.
С первыми двумя и мы согласимся : это вероучительная чистота и апостольское преемство, а вот третий пункт очень интересный: III. Неотделенностью от тех христиан, которые неизменно соблюдают первые два условия: принадлежность РПЦЗ к Поместной Российской Церкви (канонический Акт
а) (Томос, Указ) каноничной, Автокефальной, обладающей правом дарования, Матери-Церкви, о даровании автокефалии, автономии или самостоятельности новообразуемого ВЦУ).
б) ее принадлежность к Вселенскому православию (признание канонического Акта Матери-Церкви со стороны других Поместных Церквей; принятие новой юрисдикции в общение другими Поместными Церквями).
Далее автор ( сам м.Агафангел) подробно разбирает эти пункты. Нас же интересует, наложило ли киприанитское мышление на это свой отпечаток. « РПЦЗ ВСЕГДА БЫЛА И ПРОДОЛЖАЕТ ОСТАВАТЬСЯ СВОБОДНОЙ И ЗДОРОВОЙ ЧАСТЬЮ ПОМЕСТНОЙ РОССИЙСКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ» — вот такой вывод сразу напоминает учение о больных и здоровых частях. И Церковь всегда свободна той свободой, которую даровал Ей Христос. И не совсем правда будто бы «РПЦЗ всегда исповедовала и исповедует себя не полнотой, а ЧАСТЬЮ Поместной Российской Церкви». Так было еще при митр. Анастасии, но не в рамках учения, а на уровне надежды вернуться на потерянную Родину. И именно поэтому он и канонизации святых откладывал до возвращения в Россию. Но при м. Филарете это изменилось. Наш богослов о. Л. Лебедев, когда присоединялся к Церкви, то тоже думал о РПЦЗ как о части, но уже в 90-х совершенно четко говорил, что РПЦЗ и есть Поместная Российская Церковь — других просто нет. Но вирус киприанизма возбуждает м. Агафангела смягчать и искажать экклезиологию. И как некая часть Поместной Матери Церкви, — он не решается на решение важных вопросов Вселенского Православия, в ожидании мифического Поместного Собора. Так же как и его единоверцы уповают на Вселенский Собор, который осудит экуменизм.
Неужели же соберутся церкви «Мiрового православия», чтобы осудить самих себя? В такие времена мы должны действовать мудро, полагаясь на нашего Спасителя, сказавшего, что мы должны судить по плодам. Тем не менее, кто-то может надеяться доказать, что все же киприанизм не осужден Вселенским Собором. Однако безопасно ли глотать хорошо известный яд только потому, что он официально не объявлен ядом некой властью? Никаким Вселенским Собором не были осуждены ни коммунизм, ни сергианство, ни экуменизм. Должны ли мы молчать, когда все больше душ страдает и гибнет, пока мы ждем Вселенского Собора? Да и какие Церкви составят такой Собор?
Не могу не сделать ремарку, ярко характеризующую м. А. Пашковского. Вот что он пишет: В 2007 году часть РПЦЗ (возглавляемая митрополитом Лавром) вошла в состав МП без покаяния последней в экуменизме и сергианстве (таким образом, также став виновными в этих канонических нарушениях). В законодательных актах РПЦЗ была предусмотрена ситуация на случай, если ее Синод прекратит существование. Оставшийся на традиционных позициях РПЦЗ епископ (ныне митрополит) Агафангел, храня долг верности духовному и каноническому наследию РПЦЗ, исполнил предписание Соборов 1934 и 1959 годов. Был созван высший орган управления РПЦЗ — Всезарубежный Собор, который восстановил каноничное управление нашей Церкви. ]
Вот от такой наглости и лжи просто диву даешься. Как же так? Ложь могла бы и прокатить, если б дело было древнее, не осталось бы очевидцев и письменных источников. Когда предатели отступники лавровцы в 2001 г. порвали с Церковью, взяв четкий курс на соединение с РПЦ МП, то Агафангел приехав в Нью-Йорк, предал своих — Первоиерарха м. Виталия, собратьев епископов и все российское духовенство, и завил о своей поддержке вновь избранного митрополита Лавра. Епископ Агафангел подписал все документы в поддержку унии с МП, когда он пребывал в Синоде митрополита Лавра, — следовательно, можно утверждать, что епископ Агафангел полностью признает МП как «Мать-церковь».
Единственная разница между митрополитом Агафангелом и митрополитом Лавром заключается в том, что м. Агафангел формально не присоединился к МП митрополита Лавра. Перед самым завершением предательства м. Лавра в 2007 году, епископ Агафангел заявил, что он согласен с соединением с МП, но в тот момент считает это «слишком преждевременным» и издал лживое воззвание об отделении от Синода м. Лавра. Затем, епископ Агафангел начал формировать свой собственный синод РПЦЗ (А). Собрав оставшиеся приходы, не желавшие следовать за митрополитом Лавром, епископ Агафангел обратился в греческий Киприанитский Синод (Синод
противостоящих). Архиереи этого Синода были лишены сана Синодом ИПЦ Греции, возглавляемым архиепископом Хризостомом (Киусиосом), за создание схизмы и за их еретическую экклезиологию.
Ему удалось уговорить греков-киприанитов рукоположить вместе с ним архиереев для его синода новой юрисдикции РПЦЗ(А) и епископ Агафангел объявил, что он тоже является киприанитом.
Т.о. слова, что будто бы был собран Всезарубежный Собор, который восстановил каноничное управление нашей Церкви-тоже не совсем верно. Ужасная духовная катастрофа произошло в РПЦЗ в том числе и по его вине….
Как же не стыдно в свете этих общеизвестных фактов называть себя верным наследником РПЦЗ?
Прот. В. Мелехов верно подметил: Подобно позиции их братского синода – Греческого Синода противостоящих – позиция Синода митрополита Агафангела не оправдана, поскольку она фундаментально алогична. Если мы примем доказательство того, что Московская патриархия – это Мать-церковь, и
что она свободна и не гонима, то чем митрополит Агафангел может оправдать организацию своей новосозданной РПЦЗ? Или на каких основаниях русские архиереи могут существовать отдельно от их Матери-церкви? Следованием новопринятой экклезиологии РПЦЗ 1994 года митрополит Агафангел поставил де факто себя и свою паству в раскол. РПЦЗ (А) не имеет оснований для существования. Единственный логический выбор для них – это вернуться к Матери-церкви, хотя бы даже и «больной».
Далее м. А. утверждает, что иерусалимский патриарх Ириней был в общении с их Синодом. Это было так до какого то момента — что ж, все ошибаются, тем более по возрасту и, не обладая полной информацией. Но буквально за год до смерти он попросился в евхаристическое общение с канонической преемницей РПЦЗ – ПРЦ и именно у нас взял благословение на открытие представительства Иерусалимского Патриархата на канонической территории России, — тем самым признав нас Поместной Российской Церковью.
И вот в недавней своей статье м. А подтвердил во всеуслышание свою еретическую экклезиологию. 1) совершенно верное толкование свт. Аверкия Таушева о том, что в воинствующей земной Церкви плевелы соседствуют с пшеницей, он понимает как присутствие в Церкви еретиков-больных чад. Он путает нравственные несовершенства христиан с пребыванием в ереси.
Этот тезис возможно бы и прошел, если бы некая ересь действовала скрытно, лукаво и незаметно, по искреннему заблуждению богословствующего. Тоже было и у великих отцов древности когда, рассматривая новые богословские проблемы, невольно впадали в неправомыслие и имели теологумены отвергнутые Церковью но, не осудив самих отцов. Современная ситуация не такова. Уже несколько раз в этой статье я упоминал, что апостасия творится на глазах у всех внаглую и демонстративно. Ну и утверждение что Церковь состоит только из больных, в том числе больных ересью — значит, Невесту Христову променять на блудницу. Почитайте послание ап. Павла – он к адресатам обращается как к святым и предопределенным ко спасению. Больными он ни одну общину не назвал. Но святы они не какой-то своей мифической добродетелью и заслугами, а за счет Искупления Кровию Спасителя и Пребывания в Его Теле. А еретик в эту категорию ну никак не подпадает.
2 ) ну и любимая тема всех киприанитов ссылка на что Собор не осудил ту или иную ересь. Мы уже этот вопрос разбирали, но м. А такой еще нашел нюанс. Он признает, что новый календарь был осужден 4 патриархами ( Антиохия Александрия Константинополь Иерусалим), но Элладской Церковью — нет. Значит — для Греческой Церкви эти решения неважны. Но Элладской Церкви в 16 веке просто не было. Она отделилась от Константинополя в результате национальной борьбы греков с Портой в 19 в. Так же как и осуждения экуменизма РПЦЗ ему недостаточно. Ведь по их экклезиологии Она лишь часть Поместной Церкви без полноты и полномочий. Так же как и букет других современных лжеучений, неосужденных вселенской полнотой, и их адептов Церковь Христова включает в себя как больных.
И в конце статьи есть замечательный совет: тому, кого волнует вопрос киприанизма — внимательно изучить эту тему. Мы и воспользовались этим добрым советом!! И вынесли этому учению суровый приговор. Лукавый для всех находит свои игрушки. Для сильных мира сего – глобализм, для клира обмирщенного= экуменизм, для ревнителей сущих в ИПЦ – киприанизм.
